Жизнь после смерти отзывы: Жизнь после смерти (2019) — Всё о фильме, отзывы, рецензии

Содержание

Что я увидел после смерти

Первый приступ пневмонии случился со мной в Соединенных Штатах. После десятидневного пребывания в больнице в Нью-Йорке врачи сказали, что я вполне здоров. Однако утром того дня, когда меня уже собирались выписывать, рентген показал, что в одном из легких продолжается воспалительный процесс. Врач, который больше всего мне сочувствовал, предложил остаться в больнице еще на несколько дней. Я уважал его мнение, однако психологически уже был настроен на то, что болезнь прошла, поэтому решил рискнуть. После этого я несколько дней жил в квартире у своей приемной дочери [Найджелы Лоусон], занимаясь подготовкой к перелету домой, в Англию.

После прибытия я считал себя совершенно здоровым и незамедлительно погрузился в еще более бурную светскую жизнь, чем вел до отъезда в Америку. Возмездие пришло в воскресенье, 30 мая. Я отобедал в ресторане, где много ел, пил и беспрерывно болтал. А вечером у меня случился рецидив. Я не мог ничего есть, хотя ко мне пришла моя приятельница специально, чтобы что-нибудь приготовить.

На следующий день – это был выходной – я должен был обедать в «Савойе» еще с одной приятельницей, которая очень хотела познакомить меня со своим сыном. Я бы отменил встречу, но она жила в Эксетере, и я не знал ее лондонского телефона. Я поехал в ресторан на такси и с трудом доковылял до столика. К заказанному мной запеченному палтусу я едва притронулся, хотя он был неплох: все мои силы ушли на поддержание разговора. При первой же возможности я вернулся домой на такси.

Вечером мне стало еще хуже. Я едва попробовал ужин, который мне принесла еще одна приятельница. Ее так напугал мой бледный вид, что она осталась на ночь. К утру мне не полегчало, и она позвонила моему терапевту и старшему сыну Джулиану. Врач лишь пообещал, что свяжется со специалистом, зато Джулиан – человек ненавязчивый, но очень эффективный – сразу же вызвал скорую. Вскоре приехал врач с двумя санитарами, и очень кстати подошел еще один мой приятель, предложивший забрать ключ, он же был со мной, когда меня везли в больницу Университетского колледжа Лондона.

Я плохо помню, что происходило дальше. Де­журный специалист осмотрел меня и определил в отдельную палату на том же этаже. После рентгена и множества анализов стало ясно, что у меня острая пневмония, и меня перевели в реанимацию в главном крыле больницы.

К счастью для меня, молодой врач, отвечавший за мое лечение, окончил Нью-колледж Оксфорда, профессором которого я состоял, поэтому обходился со мной особенно бережно: он даже запретил беспокоить меня по ночам, хотя опытная медсестра считала это необходимым.

Под их присмотром состояние мое резко улучшилось, и я ожидал уже через неделю вернуться из реанимации в отдельную палату. Но я сам испортил себе жизнь. Я даже не пытался есть больничную еду. Друзья и родственники приносили мне все, что было нужно. Я особенно люблю копченый лосось, и однажды вечером я небрежно закинул кусочек себе в рот. Он попал не в то горло, и почти сразу же пульс на моем кардиомониторе стал резко падать. На помощь примчалась медсестра, но, несмотря на все ее усилия, у меня остановилось сердце. Позже мне сказали, что в этом смысле я был мертв четыре минуты, и у меня нет оснований этому не верить.

Врач напугал моего сына Николаса, который прилетел из Нью-Йорка, что шансов поправиться у меня немного, но даже в случае физического выздоровления мои умственные способности едва ли восстановятся. Сестры были настроены более оптимистично, и Николас разумно предпочел встать на их сторону.

Я не помню ничего из того, что происходило со мной все это время. Друзья рассказывали, что я весь был увешан трубками, но я так и не знаю, сколько их было и – за единственным исключением – в чем было их предназначение. Я не помню, как мне в горло вставляли трубку, чтобы откачать мокроту из легких. Я даже не знаю, сколько человек приходили навестить меня – а их было так много, что сестре пришлось ввести квоту. Я знаю, что врачи и сестры были удивлены быстротой моего выздоровления, а когда я заговорил, специалист сказал, что впервые видит человека в ясном сознании, у которого так мало кислорода в легких.

Моими первыми словами, убедившими тех, кто меня услышал, что я не превратился в овощ, было восклицание: «Вы все сошли с ума». Я не уверен, как это следует интерпретировать. Возможно, я счел своих слушателей христианами и таким образом сообщил им, что не видел ничего «на том свете». А может, я решил, что они скептики, и имел в виду обратное – что я открыл там нечто. Пожалуй, первое более вероятно, ибо во втором случае я должен был бы закричать: «Мы все с ума сошли». И все же полной уверенности у меня нет.

Другие первые слова, оставшиеся у меня в памяти, помимо первого восклицания, относятся к периоду через несколько часов после того, как я вернулся к жизни. Они были адресованы моей французской приятельнице, с которой мы знакомы более пятнадцати лет. Очнувшись, я увидел, что она сидит у моей кровати, и, узнав ее, заговорил с ней по-французски. Я свободно говорю на этом языке и бегло рассказал ей что-то в этом роде: «Ты знаешь, что я был мертв? Когда я в первый раз пытался перейти реку, у меня не получилось, но со второй попытки удалось. Это было невероятно. Мои мысли превратились в людей».

Смысл этих слов показывает, что я не совсем забыл свое классическое образование. В греческой мифологии души мертвых, превратившись в бесплотные тени, должны пересечь Стикс по дороге в Аид, заплатив один обол паромщику Харону. Возможно, мне вспомнился мой любимый философ Дэвид Юм, который, умирая от «непорядка в кишечнике», воображал, как потерявший терпение Харон называет его «ленивым, замешкавшимся негодяем». На что Юм со свойственной ему вежливостью отвечал, что смерть его уже близка, о чем он не сожалеет и никоим образом не пытается ее отсрочить. Это один из редких случаев, когда я не вполне понимаю Юма. Я, несомненно, пытался продлить свои дни.

Единственное воспоминание, связанное с моим умиранием, весьма ярко.

Я увидел красный свет, яркий настолько, что на него было больно смотреть, так что я отвернулся. Я понимал, что этот свет правит вселенной. Два его служителя отвечали за пространство. Они периодически проверяли пространство, причем последний раз – совсем недавно. Однако работу свою они сделали плохо, поэтому пространство, как неправильно собранный пазл, было немного искажено. В результате законы природы действовали неправильно. Я почувствовал, что мне поручено это исправить. Еще мне хотелось найти способ убрать болезненный свет. Я предположил, что он дает мне понять, что пространство перекосило, и если его поправить, он выключится. К сожалению, я понятия не имел, куда подевались хранители пространства, и боялся, что даже если найду их, не смогу с ними общаться. Мне пришло в голову, что хотя вплоть до ХХ века физики принимали ньютоновское разделение времени и пространства, после подтверждения теории относительности Эйнштейна пространство-время принято считать единым целым. Поэтому, думал я, исправить пространство можно путем манипуляций с временем. Я смутно осознавал, что служители, ответственные за время, находятся где-то рядом, и я начал их звать. Но у меня снова ничего не вышло. То ли они меня не слышали, то ли не обращали внимания, то ли не понимали. Я подумал, что имеет смысл походить взад-вперед, размахивая часами, чтобы они обратили внимание не на сами часы, а на измеряемое ими время. Ответа не последовало. Я начал приходить в отчаяние, но вдруг все исчезло.

Весь этот опыт вполне мог быть галлюцинацией. Слабый довод в пользу его достоверности [объективной реальности] привела моя французская приятельница, а точнее, ее мать, которая много лет назад пережила остановку сердца. Когда дочь спросила ее, что она чувствовала, она ответила, что помнит только одно: надо держаться поближе к красному цвету.

Внешне кажется, что эти переживания – если предположить, что второе достоверно – являются весьма мощными свидетельствами того, что смерть не обрывает деятельность сознания. Значит ли это, что есть жизнь после смерти? Не обязательно. Проблема в том, что критериев смерти несколько, и даже если удовлетворены некоторые из них, окончательная смерть еще не наступила.

В данном случае остановка сердца не приво­дит – логически или каузально – к прекращению мозговой деятельности. Учитывая не­-
оспоримые свидетельства того, что мысли зависят от состояния мозга, самая очевидная гипотеза состоит в том, что мой мозг продолжал функционировать, несмотря на то, что сердце остановилось.

Будь у меня достаточные основания верить в загробную жизнь, это бы относилось не только ко мне. Пожалуй, твердая вера в то, что другие сознания существуют и имеют собственное содержание, еще должным образом философски не обоснована («Проблема других сознаний»). Несмотря на это, ни один философ не скатывался в солипсизм (возможно, за исключением Фихте, говорившего, что мир – его выдумка, хотя он мог понимать это не буквально) и не утверждал всерьез, что он единственное сознательное существо в универсуме. Да и вообще уверенность в том, что сознание других вполне подобно нашему, считается само собой разумеющимся – и не только у философов. Соответственно, если бы мне предоставили разумные основания рассчитывать на загробную жизнь, другие вполне могли бы надеяться на то же самое.

Предположим, что после смерти жизнь не кон­­-
чается. Какую форму она может принять? Са­мый простой ответ – продление нашего опыта без его физической составляющей. Эта теория должна быть близка радикальным эмпирикам, ведь она согласуется с понятием самотождественности личности в духе Юма и Уильяма Джемса, согласно которым идентичность личности основана не на обладании бессмертной душой, а на непрерывности опыта, обеспечиваемой памятью. К загробной жизни они эту теорию не применяли – Юм, в частности, в нее и не верил.

Для тех, кого привлекает эта теория – и меня в том числе, – главная проблема (Юм признавал, что не может ее решить) состоит в нахождении отношения или отношений, скрепляющих опыт, так что он остается опытом одного и того же «я». Уильям Джемс полагал, что нашел ответ на этот вопрос: единство и непрерывность разделенных во времени чувств и мыслей обеспечивает память. Однако память является необходимым, но недостаточным звеном в данном вопросе.

Я подробным образом анализирую эту теорию и ее последствия в книге «Происхождение прагматизма» (1968). Там я без особого энтузиазма был вынужден признать, что не могу объяснить идентичность личности, не прибегая к идентичности – во времени – одного или нескольких тел, которые эта личность последовательно занимает. Но даже в этом случае я не мог удовлетворительно объяснить, каким образом серия опытов в каждый конкретный момент времени привязана к данному телу.

В христианстве неожиданным образом утверждается, что для идентичности личности во вре-­
мени необходимо тело. Я считаю это неожиданным, потому что христиане, как мне кажется, часто забывают, что воскрешение тела – элемент их веры. Вопрос о том, как сохраняется во времени идентичность тела, не так сложен. В качестве ответа можно постулировать воссоединение тех же самых атомов, что образует внешне подобное существо, вероятно, с похожим поведением.

Широко распространенным заблуждением является мысль, что наличие жизни после смерти доказывает бытие бога. Это отнюдь не так. Если вместе со мной признать, что нет никаких оснований верить, что бог сотворил этот мир и правит им, точно так же нет никаких оснований верить, что бог сотворил тот мир, даже если бы он существовал. Можно представить, что опыт в загробном мире, если таковой все же существует, предоставит свидетельства бытия бога, но мы не имеем права строить на этот счет предположения, поскольку никогда подобного опыта не имели.

В этой связи следует отметить, что два значимых кембриджских философа этого века, Дж. Э. Мак-Таггарт и Ч. Д. Броуд, которые в это верили – Мак-Таггарт в то, что он продолжит жить после смерти, Броуд в то, что существует 50-процентная вероятность этого, – оба были атеистами. Мак-Таггарт черпал уверенность из собственной метафизической теории, согласно которой то, что мы ошибочно воспринимаем как материальные предметы, в отдельных случаях наделенные разумом, на самом деле души, бесконечно смотрящие друг на друга с чем-то вроде любви.

Менее мечтательный Броуд был впечатлен открытиями физиков. Он был слишком умен, чтобы думать, будто наличие у отдельных людей удивительных способностей угадывать карты (он доказал их реальность, используя статистический инструментарий) может что-то сказать нам о загробной жизни. Поэтому он, скорее всего, опирался на свидетельства медиумов. Он наверняка знал, что большинство из них были в итоге разоблачены как шарлатаны, однако некоторые были настоящими. Я не хочу сказать, что он был излишне оптимистичен. Он полагал, что наш мир ужасен, но мир загробный, если он существует, возможно, еще ужаснее. Поэтому ему не особенно хотелось жить после смерти. Однако он считал, что вероятность этого нельзя исключать. В одной из своих самых удачных эпиграмм он писал, что если руководствоваться свидетельствами медиумов, загробная жизнь похожа на бесконечный банкет в каком-нибудь уэльском университете.

В отличие от Броуда, мой приятель Джеймс Альфред Юинг атеистом не был. Он несколько наивно считал, что Броуд как философ лучше Витгенштейна и даже по академическим стандартам был немного не от мира сего – тончайший ум, бескомпромиссная честность, твердая вера в Христа. Однажды, желая подшутить над ним, я спросил: «Скажи мне, Альфред, что ты больше всего хочешь увидеть на том свете?» Он ответил не раздумывая: «Что Бог расскажет мне, существуют ли априорные суждения». Тот факт, что мы находим этот ответ смешным, сам по себе подчеркивает странность обсуждаемого нами предмета.  

Я решил рассказать эту историю, чтобы напомнить: философские проблемы, вроде той, являются ли логические и чисто математические суждения аналитическими или синтетическими, а если аналитическими, является ли их истинность конвенциональной, не могут быть решены путем получения новых данных. Для их решения необходимо более ясно увидеть затрагиваемую ими область. Можно рассчитывать на это в загробной жизни, но у нас нет реальных оснований полагать, что на том свете – если он существует – мы окажемся умнее, чем на этом. Бог, если и он есть, мог бы в этом поспособствовать, но на это не рассчитывают даже самые ревностные деисты.

Единственная философская проблема, решение которой может прийти к нам после смерти, касается связи души и тела – если наша жизнь продолжится не в воскресшем теле, а в дальнейшей череде опытов. В этом случае мы станем свидетелями триумфа дуализма, хотя и не в том виде, как его задумал Декарт. Если наша жизнь сводится к череде опытов, у нас нет серьезных оснований считать себя духовными существами.

На этом все. Мой недавний опыт слегка ослабил мою уверенность в том, что моя настоящая смерть, до которой все равно рукой подать, станет окончательным концом, хотя я не перестаю на это надеяться. Мой опыт не ослабил моей убежденности в том, что бога нет. Тот факт, что я остаюсь атеистом, должен успокоить моих коллег по Британской ассоциации гуманистов, Ассоциации рационалистической прессы и Этическому обществу в Конвей-холле. 

Послесловие к некрологу[1. Это послесловие к своей статье Айер опубликовал в газете «Спектейтор» 15 октября 1988 года.]

А. Дж. Айер был «мертв» четыре минуты и теперь размышляет о том, что это значило

Я решил написать послесловие к статье о своей «смерти», опубликованной 28 августа в «Сандей Телеграф», не совсем для того, чтобы взять назад какие-то свои слова или посетовать на то, что редактор изменил мой шекспировский заголовок – «Безвестный край, откуда нет возврата», – а чтобы развеять недоразумение, которое она породила.

Я говорю «не совсем для того, чтобы взять назад свои слова», потому что в одном предложении я выразился так неосторожно, что получилась чистейшая неправда. В последнем абзаце я пишу: «Мой недавний опыт слегка ослабил мою уверенность в том, что моя настоящая смерть… станет окончательным концом». Никакие события эту уверенность не ослабляли и не смогут ослабить в будущем. Я должен был сказать – и сказал бы, если бы не старался так сильно не выглядеть догматиком, – что мой опыт ослабил не мою веру в то, что нет жизни после смерти, а мое безапелляционное отношение к такой вере. Прежде мой интерес к этой теме был сугубо полемическим. Я хотел указать на слабые места в позиции тех, кто надеется на жизнь после смерти. Мой опыт заставил меня задуматься о том, что гипотетические варианты жизни после смерти сами по себе достойны рассмотрения. Я не имел в виду, что в результате моих размышлений вероятность одного из таких сценариев станет чуть выше, даже если допустить, что в данном случае речь вообще может идти о ненулевой вероятности.

К написанию первой статьи меня побудили две вещи. Я полагал, что мой опыт достаточно любопытен, чтобы его описать, а кроме того, я хотел развенчать приписываемое мне нелогичное утверждение, что я якобы открыл нечто «на том свете». Очевидно, мое открытие чего-то на том свете имеет своим условием необходимость в полной мере там оказаться. Из этого следует, что если я ничего не открыл, то меня там и не было и у меня нет права предполагать, что это «там», куда можно попасть, существует. И наоборот: если бы имелись свидетельства, что я прошел через некий необычный опыт, из этого вовсе не следует, что это опыт «потусторонний». В частности, из этого невозможно определить, побывал я там или нет.

В своей статье я говорил, что наиболее вероятное объяснение моего опыта в том, что в течение четырехминутной остановки сердца мой мозг работать не переставал. Позже меня уверили – не знаю, насколько обоснованно, – что мозг может функционировать в таком состоянии гораздо дольше без необратимых последствий. Продолжение функционирования мозга казалось мне настолько очевидным объяснением, что я не подчеркнул это отдельно. Делаю это сейчас. Все остальные гипотезы представляются гораздо менее правдоподобными.

У Декарта в наши дни мало последователей. Не так много современных философов самых разных убеждений верят в духовные субстанции. Те, кто отступает от нынешней моды не рассматривать человеческую идентичность с материалистической точки зрения, обычно приравнивают личность к последовательности восприятий. В принципе, нет оснований обрывать эту последовательность после того, как восприятия перестанут относиться к конкретному телу. Но, к сожалению, как я отмечал в статье, пока никому не удалось определить, какого рода отношения связывают воедино отдельные восприятия, из которых образуется личность. Есть и более серьезное возражение. Какими бы ни были такие отношения, они должны быть контингентны, их нельзя развить. Однако тогда получается, что возможны восприятия, которые никому не принадлежат, опыт сам по себе. Невозможность этого не является для меня чем-то очевидным, однако следует отнести это к неисправимым недостаткам данной теории.

Если же отбросить все эти предположения, можно обратиться к христианской доктрине телесного воскрешения. Однако и она, по правде говоря, сталкивается с массой трудностей. Упо­мяну лишь две. Так, можно спросить: в каком виде вернутся к нам наши тела – в том, какими они были, когда мы умерли, или в самом расцвете сил? Будем ли мы способны болеть и вообще испытывать боль? Каковы перспективы у младенцев, калек, шизофреников или больных амнезией? В каком виде будут жить они?

«Блистательной, великолепной, больная плоть, воскреснешь ты»[2. Цитата из церковного гимна, приписываемого Фоме Кем­пийскому.]. Вот эта моя плоть? А зачем оставлять будущему ненужных заложников? Допустим, я воскресну в теле, если уж воскресну. Но из этого не следует, что мое воскресшее тело должно быть тем же самым, в котором я живу сейчас, оно даже не обязательно должно быть на него похоже. Главное, чтобы оно в принципе было похоже, то есть было человеческим телом – скажем, обычным мужским телом, не слишком сильным или красивым, здоровым, но беззащитным перед болезнями. Не думаю, что нам будет позволено выбирать себе пол и возраст. Сохранение или обновление нашей личности будет в данном случае обеспечиваться непрерывностью состояний ума, причем память является необходимым, но недостаточным условием. Я предполагаю, что эти состояния ума не могут существовать сами по себе, отсюда необходимость материального тела в качестве их носителя.

Я далек от того, чтобы назвать этот сценарий правдоподобным. Однако у него есть два достоинства. Во-первых, мы избавлены от необходимости принимать гипотезу, что наше тело потребуется реконструировать через какое-то время после его смерти. Во-вторых, нет необходимости постулировать существование в будущем другого мира. Почему бы нам не воскреснуть в тот же самый мир, в котором мы живем сейчас?

Здесь уже становится ясно, что от идеи телесного воскрешения лучше бы отказаться в пользу идеи реинкарнации. Разница между ними не так велика, но у реинкарнации есть два преимущества: тело при воскрешении может меняться, и возвращается оно в тот же мир, в котором жило раньше.

На Востоке идея реинкарнации весьма популярна. На Западе над ней обычно посмеиваются. Я занимался этим довольно часто. Даже сейчас я никоим образом не утверждаю, что она реальна или когда-либо таковой будет. Или просто могла бы быть. Наше понятие личности несовместимо с идеей того, что умерший может вернуться на землю по прошествии продолжительного периода времени.

Однако наши понятия не священные коровы. Их можно модифицировать, если они перестают соответствовать опыту. В данном случае поводом для изменения нашего понятия личности и допущения реинкарнации может оказаться сущая мелочь: подтвержденные факты того, что многие люди способны предоставить о своих предыдущих жизнях настолько точные и многообразные сведения, что будет трудно представить, откуда они столько знают, если не предположить, что они прожили все эти жизни.

Это условие является необходимым. Нет смысла заявлять, что ты в прошлой жизни был Антонием или, скажем, Клеопатрой, если ты знаешь о них меньше, чем хороший специалист по Шекспиру или историк-классик. Забывчивость в данном вопросе буквально означает смерть.

Я должен отметить, что даже если описанное выше условие будет удовлетворено, это еще не означает, что у нас нет иного выхода, кроме как поменять наше понятие личности. Чтобы восстановить гармонию, может оказаться достаточным уточнить наше понятие памяти. Можно допустить наличие памяти об опыте, которого у нас никогда не было, – не так, как мы помним те или иные факты, а так, как помним собственный опыт.

Какое из этих решений приведет нас к истине? Это бессмысленный вопрос. В такого рода вещах отсутствует, как выражался профессор Куайн, дело факта, которое нам требовалось бы изучать. Возможен факт, по отношению к которому мы должны перенастроить наш язык: в данном случае это тот факт, что люди проявляют поразительные способности. Однако предпринимаемая нами модификация – будет ли она касаться нашего понятия личности, памяти или чего-то еще, – все равно будет делом выбора. Самое большее, что можно было бы в данном случае сказать об идее реинкарнации, – это то, что в такой ситуации она стала бы любопытным вариантом.

На этот раз я позволю себе обозначить свою позицию предельно четко. Я не утверждаю ни то, что эти чудесные проявления памяти имели место в достаточном количестве, ни то, что они вообще когда-либо имели место, ни то, что они когда-либо случатся. Я говорю только то, что логически вполне допустимо, что они будут иметь место в таком количестве, что у нас появится повод пересмотреть понятие реинкарнации, и если мы признаем ее в качестве возможности, то мы можем допустить ее и в качестве факта.

Последствия такового допущения будут весьма радикальны, однако не так радикальны, как мечты научных фантастов о пересадке мозга и телепортации. И менее радикальны, чем гипотезы математических физиков. При этом их гипотезы скорее развлекают публику, чем пугают ее. Книга профессора Хокинга «Краткая история времени» стала бестселлером. Вероятно, читающая публика не вполне осознала, какие выводы следуют из содержащихся в ней гипотез. Там, в частности, говорится, что направление стрелы времени может быть повернуто вспять. Это привело бы к куда более странным последствиям, чем воскрешение мертвых. Это привело бы к тому, что смерть предшествует рождению. И эта возможность с точки зрения здравого смысла представляется весьма эпатажной.

© The Sunday Telegraph, 28 августа 1988 года

Пережившая клиническую смерть женщина рассказала о загробной жизни: Люди: Из жизни: Lenta.

ru

Пожелавшая остаться неизвестной женщина рассказала об ощущениях во время клинической смерти после автокатастрофы. Об этом сообщает издание Express.

Женщина по имени Фэйтс (Faith) попала в аварию в Ираке. После того как пострадавшая очнулась в больнице через несколько дней, она рассказала, что во время клинической смерти испытала непостижимое чувство.

Фэйтс заявила, что видела свое безжизненное тело и обломки автомобиля, после чего отправилась, как она считает, в рай. Она написала о своих ощущениях в Фонд исследования посмертного опыта: «Я смотрела на все сверху. Я видела свое тело, покрытое кровью, и людей, которые пытались извлечь его из машины».

Материалы по теме

00:01 — 12 июля 2018

00:02 — 20 июня 2018

Концы в воду

После смерти не все ложатся в гроб. Некоторые выбирают утонуть в щелочи

«Все, о чем я пишу, невозможно описать словами. Я была окружена ярким светом. Это было такое спокойное, теплое чувство, которое живущие на земле люди просто не могут представить. Это был такой красивый цвет, как цвета радуги, но гораздо ярче. Меня окружал пейзаж с зелеными холмами», — рассказала Фэйтс. Она отметила, что слышала спокойную музыку, которая не была похожа ни на что из слышанного ею ранее.

Некоторые исследователи считают, что подобные видения — научно объяснимый феномен, который не является свидетельством загробной жизни. Доктор Сэм Парниа (Sam Parnia) из медицинской школы Лэнгон в Нью-Йорке, США, объяснил: «Люди описывают ощущение яркого, теплого, приветливого света, который тянет их к себе. Они описывают чувство встречи с умершими родственниками. Они часто говорят, что не хотели возвращаться назад, этот свет притягивает их как магнит».

По словам Парниа, многие описывают ощущение, как будто они отделяются от своего тела и наблюдают за врачами и медсестрами, которые работают над их телом, со стороны. По мнению ученого, этой реакции есть научное объяснение: мозг сканирует сам себя в качестве техники выживания.

Нейробиолог Кристоф Кох (Christof Koch), президент и главный ученый Института исследования мозга Аллена, также склонен объяснять посмертные переживания естественными механизмами работы мозга, а не сверхъестественными причинами. «Смерть происходит в результате необратимой потери функций мозга. Когда мозгу не хватает притока крови (ишемия) и кислорода (аноксия), пациент теряет сознание, а его или ее электроэнцефалограмма становится ровной», — сказал Кох.

Истории без цензуры и запретов — в «Ленте дна» в Telegram

Ученые нашли доказательства жизни после смерти :: Общество :: РБК

Ученые дали утвердительный ответ на вопрос, существует ли жизнь после смерти. Доктор Стюарт Хамерофф из Аризонского университета рассказал о научной теории, которая подтверждает существование и загробной жизни, и бессмертной души.

Фото: РБК

Американский анестезиолог заявил об этом в эфире телеканала Science, в программе «Сквозь тоннель в пространстве». По его словам, человеческие души созданы из некоего материала, «гораздо более фундаментального, чем нейроны, из самой ткани Вселенной».

«Думаю, что сознание всегда существовало во Вселенной. Возможно, со времен Большого взрыва», — говорит профессор. По его словам, когда человек умирает и тело разрушается, то квантовая информация, содержащаяся в микротрубочках (белковые внутриклеточные структуры), не уничтожается, а распространяется в космосе.

С.Хамерофф считает, что именно поэтому люди в состоянии клинической смерти испытывают околосмертные переживания: например, видят яркий свет или ощущают, что летят по какому-то туннелю. Когда врачи возвращают их к жизни, эта квантовая информация, побывшая в космосе, вновь возвращается в тело, поэтому человек и помнит этот необычный опыт.

Некоторые коллеги С.Хамероффа критикуют его теорию, но ученый отмечает, что они до сих пор не смогли опровергнуть ее.

Рецензия на сериал After Life / «Жизнь после смерти»

After Life – новый комедийный сериал британца Рики Джервейса, вышедший на Netflix. Комик традиционно для себя выступил продюсером, режиссером и сценаристом шоу, и, конечно же, сыграл в нем главную роль. After Life – это попытка Рики Джервейса ответить на главный вопрос жизни, смерти и всего остального.

Жанр черная комедия
Создатель Рики Джервейс
В ролях Рики Джервейс (Тони), Том Базден (Мэт), Тони Уэй (Ленни), Мэндип Диллон (Сэнди), Эшли Дженсен (Эмма), Дэвид Брэдли (отец Тони), Кэрри Годлиман (Лиза) и др.
Канал Netflix
Год выпуска 2019
Серий 6
Сайты IMDb

Если вы не знаете, кто такой Рики Джервейс (семь BAFTA, четыре British Comedy Awards, две премии Emmy Award и три — Golden Globe), то у меня есть для вас лишь одно название – The Office. Оригинальный британский сериал выходил всего два сезона (12 серий плюс два Christmas specials), зато шоу транслировалось в 80 странах мира и было адаптировано в США, Канаде, Франции, Германии, Бразилии, Чили, Израиле и Швеции. Американская версия The Office продержалась 201 серию на протяжении 9 сезонов. Впрочем, не «Офисом» единым, Рики Джервейс — успешный стенд-ап комик, актер, актер озвучания, режиссер, продюсер, писатель, музыкант и общественный деятель. Одним словом, многогранная личность. After Life — во многом типичный сериал Джервейса, в котором под слоем классического британского юмора скрывается попытка поговорить на очень серьезные темы.

Тони, журналист бесплатной газеты заштатного британского городка, тяжело переживает смерть жены. Обожавший дурные шутки и наслаждавшийся своей ординарной жизнью мужчина становится мрачным, постоянно думает о самоубийстве, перестает следить за собой и за домом. Но внезапно он понимает, что его нежелание жить в чем-то сродни суперсиле. Он может позволить себе буквально все, что угодно. Он может сбросить маску добродушия и начать говорить людям правду, насколько бы неприятной она ни была. Тони становится злым, едким и очень непростым в общении. Да, все что он говорит – это правда, но в приличном обществе так не принято.

After Life – черная комедия, так что Рики Джервейс в роли Тони может позволить себе очень остро шутить на достаточно болезненные темы. Например, высмеивать излишнюю толерантность современного западного общества. Шутить на тему стариков, наркоманов и проституток. Обсуждать смерть современной прессы и бесполезность психоаналитиков. Недалекость, ханжество и притворство большей части населения. Черная комедия – это тоже своего рода суперсила, позволяющая авторам делать почти все, что им вздумается. Впрочем, нашлось в After Life место и традиционным для Джервейса темам – тривиальность человеческого поведения, неумение вести себя в обществе, разочарованию в жизни.

В After Life просто шикарные персонажи второго плана. Начиная от нахального почтальона Пэта и женщины на кладбище Энн (актрисе Пенелопе Уилтон, исполнившей эту роль, явно уготована роль Терезы Мэй в фильме о Brexit, если таковой снимут), заканчивая дружелюбной прости… секс-работницей Дафной и бестолковым психоаналитиком Тони. А лучшая роль сериала достается Дэвиду Брэдли (Аргус Филч в Harry Potter и лорд Уолдер «Кровавая свадьба» Фрей в Game of Thrones), сыгравшего впавшего в деменцию отца Тони. Да, а еще собака, как же можно забыть про собаку.

На протяжении пяти серий Тони скучает по жене, думает о самоубийстве и ведет себя как последняя сволочь. И это действительно смешно. К сожалению, авторы решили, что заканчивать сериал о самоубийце, ненавидящем весь окружающий мир, на такой нотке нельзя и решили помочь Тони найти в этой жизни хоть что-то, ради чего еще стоит жить. Увы, последняя серия полностью выпадает из сериала. Она слишком банальная, слишком слащавая, слишком правильная. Если вы можете остановиться, не досматривая сериал, то в случае с After Life мы рекомендуем посмотреть только пять серий из шести. Поверьте, так лучше.

Подобное окончание сериала вроде бы не подразумевает продолжения, да и в целом Рики Джервейс, в британских традициях, редко снимает больше двух коротких сезонов своих шоу. Будет ли второй сезон у After Life, пока неизвестно. Если да, то совсем непонятно, как после такой шестой серии авторы планируют вернуться к настроению первых пяти, которое собственно и составляет львиную долю шарма сериала.

After Life — хороший, смешной и актуальный британский сериал, который, к сожалению, испорчен слишком банальным финалом.

Плюсы: Черный британский юмор; фирменный стиль Рики Джервейса; великолепные актеры второго плана

Минусы: Последний эпизод выпадает из сериала

Вывод: Отличная черная комедия, которая затрагивает очень непростые темы

Петр Туманов — книги автора, биография, фото, личная жизнь

  •  

     

    Код товара 967093

    Издательство: Vivat

    Язык: Русский

    Год издания: 2019

    Переплет: Твердый

  •  

    Код товара 933706

    Издательство: Vivat

    Язык: Русский

    Год издания: 2019

    Переплет: Твердый

Жизнь после смерти есть?! | Общество

Однако, как говорила Наталья Бехтерева, знаменитый учёный, всю жизнь изучавшая деятельность мозга, наше сознание — такая материя, что, кажется, уже подобраны ключи к тайной двери. Но за ней обнаруживается ещё десять… Что за дверью жизни? Небытие? Другая жизнь? Это и пытаются выяснить журналисты и эксперты «АиФ».

«Она всё видит насквозь…»

Галина Лагода возвращалась с мужем на «жигулях» из загородной поездки. Пытаясь разойтись на узком шоссе со встречным грузовиком, муж резко вырулил вправо… Автомобиль смяло о стоявшее у дороги дерево.

Внутривидение

Галину привезли в калининградскую областную больницу с тяжелейшими повреждениями мозга, разрывами почек, лёгких, селезёнки и печени, множеством переломов. Сердце остановилось, давление было на нуле.

— Пролетев чёрный космос, я оказалась в сияющем, залитом светом пространстве, — рассказывает мне Галина Семёновна спустя двадцать лет. — Передо мной стоял огромный мужчина в ослепительно-белой одежде. Его лица я не разглядела из-за направленного на меня светового потока. «Зачем ты сюда пришла?» — сурово спросил он. «Я очень устала, позвольте мне немного отдохнуть». — «Отдохни и возвращайся — у тебя ещё много дел».

Придя в сознание после двух недель, в течение которых она балансировала между жизнью и смертью, больная рассказала завотделением реаниматологии Евгению Затовке, как проходили операции, кто из врачей где стоял и что делал, какое привозили оборудование, из каких шкафов что доставали.

После очередной операции на раздробленной руке Галина во время утреннего врачебного обхода спросила врача-ортопеда: «Ну как ваш желудок?» От изумления он не знал, что ответить — действительно, врача мучили боли в животе.

Потом женщина исцеляла больных. Особенно успешно, буквально за два сеанса, заживляла переломы и язвы. Галина Семёновна живёт в ладу с собой, верит в Бога и совершенно не боится смерти.

«Летал, как облако»

Юрий Бурков, майор запаса, не любит вспоминать о прошлом. Его историю рассказала жена Людмила:

— Юра упал с большой высоты, сломал позвоночник и получил черепно-мозговую травму, потерял сознание. После остановки сердца он долго лежал в коме.

Я пребывала в ужасном стрессе. Во время одного из посещений больницы потеряла ключи. А муж, придя наконец в сознание, первым делом спросил: «Ты нашла ключи?» Я испуганно замотала головой. «Они лежат под лестницей», — сказал он.

Лишь много лет спустя он признался мне: пока был в коме, видел каждый мой шаг и слышал каждое слово — причём как бы далеко от него я ни находилась. Он летал в виде облачка, в том числе и туда, где живут его умершие родители и брат. Мать уговаривала сына вернуться, а брат объяснил, что все они живы, только больше не имеют тел.

Спустя годы, сидя у постели тяжело болевшего сына, он успокаивал супругу: «Людочка, не плачь, я точно знаю, что сейчас он не уйдёт. Ещё год побудет с нами». А через год на поминках умершего сына вразумлял жену: «Он не умер, а только раньше нас с тобой переселился в другой мир. Поверь мне, ведь я там был».

Савелий КАШНИЦКИЙ,Калининград — Москва

Роды под потолком

«Пока врачи пытались меня откачать, я наблюдала интересную вещь: яркий белый свет (такого на Земле-то и нет!) и длинный коридор. И вот я как будто жду, чтобы в этот коридор войти. Но тут врачи реанимировали меня. За это время почувствовала, что ТАМ очень здорово. Даже уходить не хотелось!»

Это воспоминания 19-летней Анны Р., пережившей клиническую смерть. Такие истории в изобилии можно найти на интернет-форумах, где обсуждается тема «жизнь после смерти».

Свет в тоннеле

Свет в конце тоннеля, проносящиеся перед глазами картины жизни, чувство любви и покоя, встречи с умершими родственниками и неким светящимся существом — об этом рассказывают вернувшиеся с того света пациенты. Правда, не все, а лишь 10-15% из них. Остальные не видели и не помнили вообще ничего. Умирающему мозгу не хватает кислорода, вот его и «глючит» — утверждают скептики.

Разногласия в среде учёных дошли до того, что недавно было объявлено о начале нового эксперимента. В течение трёх лет американские и британские врачи будут изучать показания пациентов, у которых останавливалось сердце или отключался мозг. В числе прочего исследователи собираются разложить на полках в палатах реанимации различные картинки. Разглядеть их можно, лишь воспарив под самый потолок. Если пациенты, пережившие клиническую смерть, перескажут их содержание, значит, сознание действительно способно покидать тело.

Одним из первых, кто пытался разъяснить феномен околосмертного опыта, был академик Владимир Неговский. Он основал первый в мире Институт общей реаниматологии. Неговский полагал (и с тех пор научный взгляд не изменился), что «свет в конце тоннеля» объясняется так называемым трубчатым зрением. Кора затылочных долей мозга отмирает постепенно, поле зрения сужается до узкой полосы, создавая впечатление тоннеля.

Аналогичным образом медики объясняют видение картин прошедшей жизни, проносящихся перед взором умирающего. Структуры мозга угасают, а затем восстанавливаются неравномерно. Потому человек успевает вспомнить наиболее яркие события, отложившиеся в памяти. А иллюзия выхода из тела, по мнению врачей,  — результат сбоя нервных сигналов. Однако скептики заходят в тупик, когда нужно дать ответ на более каверзные вопросы. Почему слепые от рождения люди в момент клинической смерти видят и затем детально описывают то, что происходит в операционной вокруг них? А такие свидетельства есть.

Выход из тела — защитная реакция

Любопытно, но многие учёные в том, что сознание может покидать тело, не видят ничего мистического. Вопрос лишь, какой из этого делать вывод. Ведущий научный сотрудник Института мозга человека РАН Дмитрий Спивак, входящий в состав Международной ассоциации исследования околосмертельных переживаний, уверяет, что клиническая смерть — лишь один из вариантов изменённого состояния сознания. «Их очень много: это и сны, и наркотический опыт, и стрессовая ситуация, и следствие болезней, — говорит он. — По статистике, до 30% людей хотя бы раз в жизни ощущали выход из тела и наблюдали себя со стороны».

Сам Дмитрий Спивак исследовал психическое состояние рожениц и выяснил, что около 9% женщин во время родов переживают «выход из тела»! Вот показания 33-летней С.: «Во время родов у меня была большая кровопотеря. Неожиданно я стала видеть себя из-под потолка. Исчезли болевые ощущения. А примерно через минуту также неожиданно возвратилась на своё место в палате и вновь стала испытывать сильную боль». Получается, что «выход из тела» — это нормальное явление при родах. Какой-то заложенный в психику механизм, программа, срабатывающая в экстремальных ситуациях.

Бесспорно, роды — ситуация экстремальная. Но что может быть экстремальнее самой смерти?! Не исключено, что «полёт в тоннеле» — это тоже защитная программа, которая включается в роковой для человека момент. А вот что будет с его сознанием (душой) дальше?

«Одну умирающую женщину я попросил: если ТАМ действительно что-то есть, постарайтесь дать мне знак, — вспоминает доктор медицинских наук Андрей Гнездилов, работающий в Санкт-Петербургском хосписе. — И на 40-й день после смерти я увидел её во сне. Женщина произнесла: «Это не смерть». Долгие годы работы в хосписе убедили меня и моих коллег: смерть — это не конец, не разрушение всего. Душа продолжает жить».

Дмитрий ПИСАРЕНКО

Чашка и платье в горошек

Эту историю рассказал Андрей Гнездилов, доктор медицинских наук: «Во время операции у пациентки остановилось сердце. Врачи смогли завести его, и, когда женщину перевели в реанимацию, я навестил её. Она посетовала, что её оперировал не тот хирург, который обещал. А ведь видеть врача она не могла, находясь всё время в бессознательном состоянии. Пациентка рассказала, что во время операции какая-то сила вытолкнула её из тела. Она спокойно разглядывала врачей, но тут её охватил ужас: а что если я умру, не успев попрощаться с мамой и дочкой? И её сознание мгновенно переместилось домой. Она увидела, что мама сидит, вяжет, а дочка играет с куклой. Тут зашла соседка, принесла для дочки платье в горошек. Девочка бросилась к ней, но задела чашку — та упала и разбилась. Соседка сказала: «Ну, это к добру. Видно, Юлю скоро выпишут». И тут пациентка вновь оказалась у операционного стола и услышала: «Всё в порядке, она спасена». Сознание вернулось в тело.

Я зашёл в гости к родственникам этой женщины. И выяснилось, что во время операции к ним… заглядывала соседка с платьем в горошек для девочки и была разбита чашка».

Это не единственный загадочный случай в практике Гнездилова и других работников Санкт-Петербургского хосписа. Их не удивляет, когда врачу снится его больной и благодарит за заботу, за трогательное отношение. А утром, приехав на работу, врач узнаёт: больной-то ночью умер…

Что происходит с мозгом

Затылочная доля мозга отвечает за зрение. Когда её кора уже пострадала от недостатка кислорода и начала умирать, центральная зона ещё живёт. Этим объясняется видение света в конце тоннеля.

Основные признаки клинической смерти:

  • нет дыхания
  • нет сердцебиения
  • общая бледность
  • нет реакции зрачков на свет

При раздражении коры височной области появляется ощущение выхода из тела. Точка восприятия своего тела поднимается на несколько метров выше.

Восстановление мозга при оживлении идёт от древних его участков к молодым. Воспоминания о событиях жизни всплывают, начиная с ранних и заканчивая более поздними.

Во время агонии в стволе мозга может произойти замыкание рефлекса на свет. Это делает зрительное восприятие более ярким, «неземным».

Продолжительность клинической смерти зависит от того, как долго подкорка и кора мозга сохраняют жизнеспособность при недостатке кислорода. Учёные выделяют два срока:

1) 5-6 минут. При превышении этого срока возможно «выключение» коры мозга.

2) Десятки минут. Наблюдаются в особых условиях — при ударе электрическим током, утоплении, применении некоторых медпрепаратов, переливании донорской крови и др. Отмирание высших отделов мозга при этом замедляется.

Мнение скептика

Виктор Мороз, директор Института общей реаниматологии РАМН, главный анестезиолог и реаниматолог России, член-корреспондент РАМН, профессор, доктор медицинских наук:

— Проблема видений и переживаний пациента в период клинической смерти надуманная и вымышленная. Всё, на 99,9%, о чём рассказывают парамедики, к медицинской практике не имеет никакого отношения.

Мнение церкви

Священник Владимир Вигилянский, руководитель пресс-службы Московской патриархии:

— Православные люди верят в загробную жизнь и бессмертие. В Священном Писании Ветхого и Нового заветов существует множество подтверждений и свидетельств этому. Само понятие смерти мы рассматриваем только в связи с грядущим воскресением, и эта тайна перестаёт быть таковой, если жить со Христом и ради Христа. «Всякий, живущий и верующий в Меня, не умрёт вовек», — говорит Господь (Ин. 11, 26). 

По преданию, душа усопшего в первые дни ходит по тем местам, в которых творила правду, а в третий день возносится на небо к престолу Божию, где до девятого дня ей показывают обители святых и красоту рая. В девятый день душа опять приходит к Богу, и её отправляют в ад, где пребывают нечестивые грешники и где душа проходит тридцатидневные мытарства (испытания). На сороковой день душа опять приходит к Престолу Божию, где она предстаёт обнажённой перед судом собственной совести: прошла ли она эти испытания или нет? И даже в том случае, когда некоторые испытания обличают душу в её грехах, мы надеемся на милосердие Бога, у которого все дела жертвенной любви и сострадания не останутся втуне.

Смотрите также:

Свет в окошке. Святослав Логинов

Очередная версия загробного мира: жизнь после смерти есть, но она не вечна; более того, за нее нужно платить. 84-летний герой умирает и попадает в некий Нихиль, город мертвецов, который еще больше похож на живой мир, чем мы могли это себе представить. Здесь так же есть бедняки и своя элита, но критерием, определяющим уровень каждого из уже умерших, являются не заработанные деньги, а валюта, в которую превращаются воспоминания. Воспоминания живых о мертвых. Вспомнил о тебе твой друг, получи один мнемон, вспомнил незнакомец — получи лямишку. А дальше делай с этими монетами что хочешь — омоложайся, строй себе замок, ешь-пей, что заблагорассудится; можно себя и скромнее вести, а за монеты продлевать себе жизнь в Нихиле. Жизнь после смерти.

Описание порядков загробного города, конечно, ужасают. А в сущности-то: Логинов играется живым и мертвым мирами, и к середине книги уже и забываешь, что читаешь о Нихиле, а не о Земле. Даже после смерти без денег существование невозможно, ты всегда зависишь от кого-то другого; здесь даже есть своя несправедливость: дольше всех живут те, о ком больше вспоминают, причем неважно — хорошо или плохо. Поэтому Гитлер здесь такой же вечнопрописанный как Гоголь. В общем, всё как при жизни.

Так есть ли разница между жизнью и смертью? Да никакой, если смыслом этой жизни является лишь увеличение ее в длину. Логинов, конечно, сильно бьет по читателя по голове; но ничего, хороший способ вспомнить об умерших, да и о себе, живых, задуматься. А ведь кто сказал, что «там» жить лучше? Кто знает… Именно от того, что Логинов отошел от традиционных религиозных представлениях об ином мире, а сделал его близнецом нашего, все получилось так правдиво, с шокирующим эффектом. Понятно, почему фантастика с такой философской начинкой долго не издавалась отдельной книгой (хотя была написана еще в 2002-ом), и даже немного удивительно, что роман наконец выходит в твердой обложке. Но главное, что вышел, и упусать его теперь из виду не стоит.

Обзор моей жизни после смерти (9781582705606) — Предисловие обзоры

Мемуары с небес

Эрик Медхус
Элиза Медхус, Мэриленд (Автор)
Beyond Words (сентябрь 2015 г. )
Мягкая обложка $ 16,00 (224 стр.)
978-1-58270-560-6

Мама и сын прорываются на другую сторону смерти и находят утешение.

Самоубийство Эрика Медхуса в возрасте двадцати лет опустошило его семью и друзей. Но вскоре они узнали, что Эрика, которого больше не было среди них физически, совсем не было. В своей второй книге мать Эрика, Элиза Медхус, узнает, на что на самом деле похожа жизнь ее сына «по ту сторону», когда мать и сын общаются через одаренного медиума Джейми Батлера.

«Первая встреча с Эриком была шоком, — признается Джейми. Столкнувшись с откровенным и грубым описанием молодого человека своего самоубийства, она заплакала.Джейми вспоминает, как, разговаривая с матерью Эрика по телефону, он рассказал ей, что именно он чувствовал, когда держал пистолет в руке, и о своем спокойствии, когда раздался выстрел. «Обычно я не плачу на сессиях, — говорит она, — но бывают случаи, когда дух, подобный Эрику, может перенести вас и воспроизвести сцену. … Не имея возможности делать что-либо, кроме наблюдения, я чувствовал себя невероятно беспомощным ».

Эрик описал свою борьбу с биполярным расстройством и знал и горе своей матери, и ее прощение.По мере того, как их беседы продолжались с течением времени, Элиза нашла ответы на свои вопросы о благополучии своего любимого сына, а также о загробной жизни и ее обитателях. Эти разговоры оказались для многих серьезной помощью, когда они были обнародованы в ее блоге ChannelingErik.com и в ее первой книге « Мой сын и загробная жизнь » (2013).

Моя жизнь после смерти: Мемуары с небес продолжает историю Эрика, когда неудержимый, любящий шутки и сострадательный «мертвый парень» берет на себя новую роль духовного наставника для тех, кого он любит.

Эрик описывает, как обзор своей жизни принес ему новое понимание роли, которую он играл на Земле, и его связи с другими живыми существами, с которыми он разделил свою жизнь. Он увидел, как каждый сделанный им выбор повлиял на других, понял, как важно быть верным себе, и открыл для себя ценность благодарности. «Будьте благодарны за все ценное в своей жизни и за все ценное», — советует Эрик.

Самое главное, он узнал, что нет осуждения даже для тех, кто покончил жизнь самоубийством.Что касается его матери, Эрик утверждает, что она узнала, что мир за пределами того, который она сейчас переживает, реален и осязаем, и что ее любимый сын всегда будет с ней. Более того, теперь она верит, что, когда она покинет этот мир, ее также «безоговорочно примут и полюбят».

Делясь искренним, честным и часто даже забавным общением между ними, Эрик, Элиза и Джейми предлагают заглянуть в загробную жизнь, которая утешит, развлечет и поразит. Их утверждение о том, что отрывок, который мы называем смертью, — это не конец, а новое начало, которое предлагает свои собственные возможности для обучения, роста и любви, предлагает утешение тем, кто скорбит, и пробуждает светлое ожидание того, что находится за его пределами.

Рассмотрено Кристин Моррис

Раскрытие информации: эта статья — не одобрение, а обзор. Издатель предоставил бесплатные экземпляры книги и заплатил небольшую плату за рецензирование своей книги профессиональным рецензентом. Обзоры предисловий и обзоры Clarion не гарантируют, что издатель получит положительный отзыв.Foreword Magazine, Inc. раскрывает это в соответствии с 16 CFR Федеральной торговой комиссии, часть 255.

Слушать или пропустить?

Пережить смерть, документальный сериал Рики Стерна (Пережить Джеффри Эпштейн) , основанный на книге Лесли Кина, исследует различные способы, которыми люди испытали идею о том, что смерть — это не конец жизни. Будь то миллионы людей, переживших околосмертный опыт (околосмертные переживания), медиумы, утверждающие, что разговаривают с мертвыми, идея реинкарнации, или люди, которые видят знаки или реальных людей из потустороннего мира, Стерн надеется серьезно отнестись к этим явлениям. журналистский взгляд на изучение загробной жизни.

Первый снимок: Женщина плывет на каяках в Джексон-Хоул, штат Вайоминг.

The Gist: Каякинг для женщин — это пример журналистского подхода Стерна, когда он разговаривает с людьми, у которых был подобный опыт, но которые, возможно, ранее не верили в эти концепции. Мэри Нил, хирург-ортопед, вернулась к смерти в 1999 году, когда она случайно проехала на байдарке по крутому водопаду.

Она утонула и перестала дышать более чем на 30 минут, и околосмертное переживание, которое она пережила, было ярким, с цветами, которых она никогда раньше не видела, с теплыми объятиями, о которых рассказывали многие, и непреодолимым чувством сопричастности, времени, которое рушится и расширение.Как врач, она никогда не была склонна думать о сознании как о чем-то, кроме чего-то, связанного с физическим состоянием мозга. Но после ее опыта все кардинально изменилось.

Мы слышим много похожих, но не одинаковых историй в первом эпизоде, посвященном околосмертным переживаниям. Мы также получаем известия от таких экспертов, как доктор Брюс Грейсон из отдела исследований восприятия Университета Вирджинии, которые постоянно стремятся дать определение науки, лежащей в основе околосмертных переживаний и других концепций, которые расширяют определение сознания за пределы физического человеческого тела.Опять же, они говорят об этих вещах в научных терминах, выражая как общие черты, так и различия, которые они видели в миллионах описаний околосмертных переживаний, но также объясняют, почему они думают, что преобладающие научные теории о них ошибочны и как разочаровывают их попытки совместить эти переживания с тем, что они знают с научной точки зрения.

Фото: Netflix

О чем он вам напомнит? Пережить смерть вызывает те же проблемы, что и такие фильмы, как Загробная жизнь, и Жизнь после смерти.

Наше мнение: Я один из тех людей, которые не обязательно верят в жизнь после смерти, но полны надежд. Поэтому мне всегда интересно услышать мнение людей, переживших околосмертные переживания или другие явления, которые расширяют наши представления о сознании. Но не кто-нибудь; Мне неинтересно слышать от людей, которые имеют глубокие религиозные убеждения или думают, что то, что они пережили, было «чудом».

Нет, мне больше интересно услышать от ученых или других неверующих, которые глубоко изменились тем, через что они прошли. Surviving Death придерживается этой линии, и благодаря этому это гораздо более интересное шоу. Не то чтобы это был скептический подход, но Рики Стерн пытается найти как можно больше научных точек зрения, по крайней мере, в эпизоде ​​NDE. Эти эксперты не пытаются объяснить необъяснимое; они действительно рассказывают, что эти исследования изменили их взгляд на вещи, даже если за их изменением точки зрения все еще нет твердого научного факта.

Меня немного больше беспокоит двухэтапный экзамен на медиумов — профессию, к которой я всегда скептически относился.На мой взгляд, они работают над обобщениями и читают невербальные сигналы от людей, которым они «читают». Но я надеюсь, что они займут объективную журналистскую и научную точку зрения на эту и другие темы. Не то чтобы это могло повлиять на ваше мнение, но такой подход поможет зрителям раскрыть свое мнение и обратить внимание, вместо того, чтобы отвергать опрошенных людей как «ненормальных» или «религиозных психов».

Производственные ценности также помогают, не только со сценами здесь и сейчас.Стерн хорошо справляется с отображением видений людей, переживших околосмертные переживания, делая что-то для зрителя чем-то, в чем он может потеряться, пока люди описывают свои переживания.

Пол и кожа: Нет.

Прощальный снимок: Введение в следующую тему, состоящую из двух частей, посвященных медиумам.

Спящая звезда: Стефани Арнольд, которая предчувствовала смерть во время родов, парила над ее телом во время кесарева сечения.Между логичным мужем, который произнес ее на словах (она бросает на него испепеляющий взгляд во время интервью, который, я надеюсь, кто-то изобразит в гифке), и ее крайним изумлением и разочарованием своими видениями, она была самым убедительным интервью в течение часа.

Самая экспериментальная линия: Лидер группы поддержки ОСП в Сиэтле под названием IANDS спрашивает собравшуюся группу, у кого было околосмертное переживание, и большинство из них поднимают руку: «Хорошо, у нас в комнате много мертвых людей. ! » — говорит она несколько болезненно.

Наш звонок: STREAM IT. Surviving Death не занимает сенсационной точки зрения при рассмотрении вопросов, касающихся жизни после смерти. Его журналистский подход, предпочитающий голоса ученых, а не «верующих», делает просмотр увлекательным, независимо от того, верите ли вы в это или нет.

Джоэл Келлер (@joelkeller) пишет о еде, развлечениях, воспитании детей и технологиях, но он не обманывает себя: он телезритель. Его статьи были опубликованы в New York Times, Slate, Salon, RollingStone.com, VanityFair.com, Fast Company и др.

Stream Suviving Death на Netflix

Изобретательная новая комедия исследует (виртуальную) жизнь после смерти: NPR

В сериале Amazon Prime « Upload», Натан Браун (Робби Амелл) погиб в ужасной аварии, и его богатая девушка заплатила за то, чтобы его воспоминания и личность были загружены в похожий аватар. Аарон Эпштейн / Amazon Prime Video скрыть подпись

переключить подпись Аарон Эпштейн / Amazon Prime Video

В сериале Amazon Prime « Upload», Натан Браун (Робби Амелл) погиб в ужасной аварии, и его богатая подруга заплатила за то, чтобы его воспоминания и личность были загружены в похожий аватар.

Аарон Эпштейн / Amazon Prime Video

Мы едва узнаем главного героя новой научно-фантастической комедии « Загрузить » — и мир ближайшего будущего, в котором он живет — прежде, чем он перестанет жить .

Когда Натан Браун (Робби Амелл) погибает в ужасной аварии с участием его беспилотного автомобиля, его богатая подруга вкладывает деньги, чтобы его воспоминания и личность были загружены в похожий аватар.Аватар Натана пребывает в том, что сейчас считается его вечной загробной жизнью. Это мир, созданный гигантской корпорацией — одной из нескольких, конкурирующих за то, чтобы предложить людям альтернативу естественной смерти и справиться с тем, что произойдет, а что нет.

Одна из многих блестящих концепций в Upload заключается в том, что создатель сериала Грег Дэниэлс представляет себе свой воображаемый мир как место, где переход от «биографии» к «загрузке» является преимущественно финансовой транзакцией.Чем больше вы можете себе позволить, тем лучше ваша компьютеризированная загробная жизнь. Поскольку дом буквально принадлежит семье его девушки, Натану приходится жить с одним процентом — хочет он того или нет.

Upload исследует как созданный компьютером Lake View, так и «реальный» мир 2033 года, когда начинается серия (и когда Натан умирает). В обоих местах детали — комические и другие — втиснуты в каждый кадр, как панели из рисунка в Mad Magazine .Чем ближе вы посмотрите, тем больше вы найдете.

В «реальном» мире у одного персонажа на стене висит «старинный» политический плакат, поддерживающий политический билет 2024 года «Опра и Камала». В загробной жизни аватаров жители могут поворачивать диск, чтобы настроить великолепный вид за окном в зависимости от времени года — это похоже на изменение фона на собрании Zoom. Завтрак «шведский стол» полон бесконечных угощений, но, как и за большинство вещей в этих коммерческих виртуальных реальностях, вам придется доплачивать, чтобы получить то, что вы хотите.

В случае с Натаном его подруга Ингрид (Аллегра Эдвардс) контролирует его бюджет и решает, когда каждый запрос на покупку поступает на ее счет, потакать ему или нет. Есть даже способы взаимодействия виртуального и реального миров. Натаном руководит Нора (Энди Алло), специалист по поддержке клиентов в реальном мире. Нора выступает в качестве его личной Сири или Алексы и может посещать его мир в качестве своего временного аватара.

Ингрид и Натан могут видеть друг друга по визуальным компьютерным связям, наблюдая и разговаривая на мониторах.Это случайное, очень жуткое прикосновение; наблюдать, как они обращаются друг к другу, пытаясь установить связь только через экраны телевизоров, внезапно становится слишком знакомым.

Но эта новая телевизионная комедия без смеха делает больше, чем просто создает новые изобретательные миры. Как и The Good Place , , , он полон вдумчивых вопросов и сложных идей — даже о смысле самой жизни и самой смерти. Upload также выдерживает сравнение с эпизодами Black Mirror, , , , охватывающими миры внутри миров аватаров и компьютеризированной идентичности.И на похожие темы в Westworld и в фильме Her .

И очень быстро Upload обнаруживает, что имеет еще больше слоев. Это любовная история, в которой Натан и Нора чрезвычайно тянутся друг к другу, но борются с, казалось бы, непреодолимыми препятствиями. И вскоре Натан начинает подозревать, что ужасная авария, в которой он погиб, вовсе не была случайностью. Это превращает эту комедию в детективный сериал, поскольку Натан и другие намереваются раскрыть его собственное убийство.

Мне нравится Загрузить , потому что он такой умный, забавный и творчески сложный. Это может звучать парадоксально, но просмотр прямо сейчас телешоу о персонаже, который чувствует себя ограниченным, беспомощным и пойманным в ловушку — в эти тревожные дни, когда многие из нас разделяют те же чувства — оказывается прекрасным способом сбежать.

«Жизнь после смерти»: история сестры Соулджа не закончилась

Первый роман сестры Соулджа был продан тиражом более 1 миллиона экземпляров с момента его публикации, статистика, которая даже не учитывает многих молодых читателей, которые передавали его в Интернете. классы, автобусы и раздевалки, как контрабанда.« Самая холодная зима в мире« »- одна из тех книг, которые мы все читали в средней или старшей школе, когда были совсем молоды», — написала книжный блоггер г-жа Малкольм Хьюз в недавнем видеообзоре.

Atria / Emily Bestler Books

«Я не считаю правильным, чтобы какой-либо автор решил, что [его собственная] работа является классической», — сказала мне сестра Соулджа в интервью на прошлой неделе. «Но когда … в средних школах им пользуются; и неполные средние школы не разрешены, но они все равно используют это; и все это читала мать; и бабушка его прочитала — то есть люди говорят: «» Нет, это классический роман «». Самая холодная зима в мире часто приписывают популяризации «уличного освещения», иногда называемого «городской фантастикой». В течение десяти лет после выхода книги этот жанр стал самым популярным в книжных магазинах, принадлежащих Блэку, в Соединенных Штатах. И теперь Life After Death предоставляет возможность более тщательно изучить литературу подобного рода — для тех из нас, кто впервые познакомился с Винтер в подростковом возрасте, и для издательской индустрии, которая все еще не совсем понимает персонажей, подобных ей.


Street lit — обманчиво простое название богатого метатекстового вида искусства. Ранние работы, в том числе « Flyy Girl » Омара Тайри, изображали молодых женщин-главных героев, увязших в эксцессах хип-хоп культуры 80-х, бандитской жизни и употреблении наркотиков. Но жанр может включать и менее нигилистические блюда. Художественная литература для молодежи, такая как роман Энджи Томас 2017 года под названием The Hate U Give , в котором рассказывается о последствиях применения огнестрельного оружия и жестокости полиции через историю девочки-подростка, является естественным участником этой категории.

Прочитано: «Ненависть, которую ты отдаешь» входит в ряды великих романов молодежной публики

Во введении к антологии уличного освещения 2013 года редактор Кинан Норрис связал этот жанр с долгой историей литературы и журналистики, рассказывая о красоте. и подводные камни городской жизни. Он описал этот жанр как «совокупность американской литературы, созданной чернокожими и латиноамериканскими писателями после 1980-х годов и черпающих свою формальную структуру, повествовательную технику и темы из детерминистской и натуралистической фантастики прошлых эпох в афроамериканской и американской литературе.Норрис провел параллели между уличным освещением и романами-нуарами начала 20-го века, отметив, что такие авторы, как Честер Хаймс, привнесли «детективные повествовательные приемы» и моральную двусмысленность книг этих белых нуаров в художественную литературу о Гарлеме.

Как также отмечает Норрис, уличное освещение «несомненно связано с хип-хопом с точки зрения его происхождения, исходного содержания и прогрессивного предпринимательства на этапах производства и распространения». Действительно, Life After Death берет свое название от посмертного второго альбома другого бруклинского джаггернаута, Notorious B.I.G., и делает больше, чем просто показывает на его влияние. В романе, услышав один из синглов покойного артиста, Уинтер размышляет о силе рэпа: «Рэперы 90-х и хип-хоп музыка управляли радиоволнами, отражали нашу культуру и двигали наши улицы», — объясняет она. «Он был доминирующим не только в Бруклине, но и во всех регионах Америки и во всем мире».

15 книг, которые помогут вам понять жизнь после смерти

Многие люди верят в жизнь после смерти из-за религиозных учений или личного опыта.Другие более скептически относятся к идее о том, что сознание сохраняется после нашей смерти. Независимо от того, в какую категорию вы попадаете, чтение о жизни после смерти может дать ценную информацию по теме смерти.

В этой статье мы предложим 15 наших любимых книг, которые помогут вам понять жизнь после смерти. Верите вы или нет, эти книги дадут вам повод задуматься и по-новому взглянуть на смертность.

1.

Жизнь после жизни: Исследование феномена — Выживание после телесной смерти Раймонда А.Муди младший

Раймонд Муди, «отец современного движения NDE», представляет новаторское научное исследование в этом новаторском бестселлере. Жизнь после смерти была первоначально опубликована в 1975 году, и с тех пор она вызывает любопытство и вызывает размышления о загробной жизни.

В этой книге представлены концепции, которые вам наверняка будут знакомы: яркий свет, туннель и идея о том, что близкие ждут нас на другой стороне.

В книге « Жизнь после смерти» Муди представляет свое исследование 100 человек, переживших клиническую смерть и вернувшихся с другой стороны.Вы прочтете их опыт, их собственные слова, и вас попросят подумать о том, что происходит после смерти.

Вы можете купить Life After Life на Amazon.

2.

Почти смертельный опыт Ли В. Бейли и Дженни Йейтс

Если вы хотите глубоко погрузиться в околосмертные переживания (ОСП), обязательно прочтите The Near-Death Experience . Его коллекция случаев и историй околосмертного переживания дает широкий спектр точек зрения.Это помогает читателям задуматься об этом явлении через множество разных точек зрения.

Например, биолог объясняет, как мозг может выделять эндорфины и создавать яркие галлюцинации в конце жизни, в то время как философия больше фокусируется на символическом.

Разные религии тоже по-разному объясняют околосмертные переживания. А The Near-Death Experience даст вам уникальные духовные интерпретации с точки зрения каждой религии.

Вы можете купить The Near-Death Experience на Amazon.

3.

В другом месте Габриэль Зевин

«В другом месте» — это таинственное и умиротворенное место, где жители не могут заболеть или постареть. Главная героиня Elsewhere, 14-летняя Лиз , после смерти оказывается в Elsewhere.

В этой проникновенной фантастике Лиз пытается справиться со своим новым затруднительным положением, живя в месте, очень похожем на Землю, но совсем другом.

Эта трогательная книга отправляет читателей в эмоциональное, но беззаботное путешествие о горе, смерти и принятии неизбежного.

Вы можете купить В другом месте на Amazon.

4.

Небеса реальны: поразительная история маленького мальчика о его путешествии на небеса и обратно Тодд Бурпо

Heaven is for Real изображает путешествие Колтона Берпо, маленького ребенка, который чудом пережил экстренную операцию. После его выздоровления родители Колтона были потрясены, узнав все о его путешествии на небеса и обратно.

Колтон, которому почти четыре года, описывает, как он покинул свое тело во время операции.Он может точно объяснить, что его родители делали в другой комнате больницы.

В этом документальном произведении отец Колтона пересказывает увлекательную и захватывающую историю ребенка о жизни после смерти.

Вы можете купить Heaven is for Real на Amazon.

5.

Прекрасные кости Элис Себольд

Четырнадцатилетняя Сьюзи Салмон уже находится в загробной жизни, когда мы впервые встречаемся с ней. Она таинственным образом исчезла в 1973 году, и ее история до сих пор не раскрыта.

Сьюзи рассказывает о трагическом событии своей смерти умным голосом девочки-подростка, говорящей из странного места, которое очень похоже на школьную площадку.

В фильме The Lovely Bones мы переживаем боль и потерю семьи Сьюзи, когда они охотятся за убийцей своей дочери. Мы также можем заглянуть в жизнь после смерти, с версией загробной жизни Сюзи.

Вы можете купить The Lovely Bones на Amazon.

6.

Пять человек, которых вы встретите на небесах Митч Албом

Митч Албом, автор бестселлеров книги « вторников» с «Морри », представляет нам этот роман, исследующий идею о том, что рай — это больше, чем просто место.

История разворачивается вокруг Эдди, раненого ветерана войны. В свой 83-й день рождения Эдди умирает и пробуждается в загробной жизни, где он познает истинную природу «рая».

Эдди понимает, что рай — это не пункт назначения: это место, где пять человек рассказывают вам историю вашей собственной жизни. Пять человек, которых вы встречаете на небесах отвечает на вопрос, который многие из нас задают себе, когда думают о смерти: «Почему я был здесь?»

Вы можете купить Пять человек, которых вы встретите на небесах на Amazon.

На всякий случай поделитесь своими последними пожеланиями.

Создайте бесплатный профиль для планирования конца жизни Cake и мгновенно поделитесь своим здоровьем, юридическими решениями, похоронами и прежними решениями с любимым человеком.

7.

Доказательство небес: путешествие нейрохирурга в загробную жизнь Эбен Александр

Ученые утверждали, что околосмертный опыт невозможен, и доктор Эбен Александер был среди скептиков. Как опытный нейрохирург, доктор Александер понимал, что околосмертные переживания кажутся реальными; но он предположил, что это были просто галлюцинации, вызванные сильным стрессом.

После того, как его мозг поражен болезнью, доктор Александр приходит к новому пониманию жизни после смерти. Он несколько дней лежит в коме, но чудесным образом выздоравливает. Однако, находясь на грани смерти, доктор Александр испытал вещи, которые он изо всех сил пытается объяснить с помощью одной только науки.

Вы можете купить Proof of Heaven на Amazon.

8.

Доказательства загробной жизни Джеффри Лонга с Полом Перри

Доктор Лонг и его жена Джоди основали Фонд исследования предсмертного опыта в 1998 году.Их цель состояла в том, чтобы создать форум для «опытных людей», чтобы они могли рассказывать свои истории.

Через фонд доктор Лонг собрал более 1600 подтвержденных отчетов о клинических переживаниях.

В этой документальной работе Свидетельства загробной жизни , Лонг представляет один из самых убедительных аргументов в пользу существования загробной жизни.

Вы можете купить Доказательства загробной жизни на Amazon.

9. Жизнь после смерти: бремя доказательства Дипак Чопра

Дипак Чопра всемирно известен своими работами в области медицины разума и тела.В книге Life After Death Чопра обращается к фундаментальному вопросу, который у всех нас есть: что происходит после того, как мы умрем?

Чопра опирается на личный опыт, а также на древние знания и философию. Он объединяет физику элементарных частиц и науку, чтобы соединить теоретическое с физическим.

Жизнь после смерти помогает читателям противостоять своим страхам смерти и рассматривать даже некоторые из самых фантастических теорий загробной жизни.

Вы можете купить Life After Death на Amazon.

10.

Путешествие душ: примеры из жизни между жизнями Майкла Ньютона

Доктор Майкл Ньютон — гипнотерапевт, разработавший метод извлечения скрытых воспоминаний пациентов о загробной жизни. Его рассказ « Путешествие душ » читается как серия журналов путешествий 29 из этих пациентов.

Находясь в состоянии глубокого гипноза — или «сверхсознания» — субъекты точно описывают, что с ними происходило между состояниями реинкарнации.Они объясняют, что они пережили между концом предыдущей жизни и началом следующей.

Journey of Souls представляет собой уникальную интерпретацию загробной жизни и того, что там происходит, изображенную в рассказах о регрессе в прошлые жизни.

Вы можете купить Journey of Souls на Amazon.

11.

Незаконченное дело: чему мертвые могут нас научить о жизни Джеймса Ван Праа

Незавершенное дело предлагает уникальную перспективу изучения загробной жизни: точку зрения тех, кто уже перешел.

Джеймс Ван Прааг занимается духовным общением и чтением более 25 лет. В своей книге он делится советами и личными историями умерших, которые использовали его в качестве медиума.

Посредством этих историй Джеймс Ван Прааг отправляет читателя в путешествие между жизнью и загробной жизнью. Он передает все, что он узнал за время работы в среднем бизнесе, от важности кармы до опасностей эмоционального багажа.

Вы можете купить Незаконченный бизнес на Amazon.

12.

Время ухода , Джоди Пиколт

Leaving Time — это роман, который знакомит читателей с историей о жизни после смерти. В фильме « Leaving Time » Алиса Меткалф не может перестать думать о своей матери, которая таинственным образом исчезла более десяти лет назад.

Алиса отказывается верить, что мать бросила ее, и вместо этого усердно ищет ее в Интернете. Она изучает дневники матери в поисках подсказок. В конце концов, воспоминания Дженны о матери синхронизируются с событиями, разворачивающимися в дневниках.

С помощью экстрасенса и бывшего детектива Дженна быстро приближается к неожиданному завершению своих поисков.

Вы можете купить Leaving Time на Amazon.

13.

О жизни после смерти Элизабет Кублер-Росс

Доктор Элизабет Кублер-Росс — всемирно известный автор книги О смерти и умирании. Она — один из ведущих мировых экспертов по вопросам смерти и горя. В этой книге « О жизни после смерти » Кюблер-Росс демонстрирует свой опыт и в теме жизни после смерти.

Это научно-популярное произведение представляет четыре эссе о работе доктора Кублер-Росс с умирающими пациентами. От этих пациентов она смогла узнать, «что такое жизнь».

О жизни после смерти предоставляет подробные экспертные исследования жизни после смерти, а также личные мысли доктора Кублер-Росс по этой теме.

Вы можете купить On Life After Death на Amazon.

14.

Ближе к свету: уроки предсмертного опыта детей Мелвин Морс

Исторически сложилось так, что дети представляют собой одно из самых убедительных доказательств жизни после смерти.В книге « Closer to the Light » доктор Мелвин Морс дает интервью с сотнями этих детей, каждый из которых был однажды объявлен клинически мертвым.

Доктор Морс предполагает, что дети с большей готовностью вспоминают свои переживания после смерти, чем взрослые. Это потому, что (согласно Морзе) дети еще не усвоили наши социальные представления о смерти.

В серии Closer to the Light эти дети делятся своими рассказами из первых рук о телепатическом общении, внетелесных путешествиях и встречах с мертвыми членами семьи — и все это после смерти.

Купить Closer to the Light можно на Amazon.

15.

Загробная жизнь Билли Фингерса Энни Каган

Энни Каган не медиум, но она общалась с мертвыми: ее покойным братом Билли. В эпизоде ​​ «Загробная жизнь Билли Фингерс » Энни рассказывает правдивую историю о том, как ее брат начал с ней разговаривать через несколько недель после его безвременной смерти.

История Кагана — одна из самых подробных и убедительных историй о послесмертном общении (ADC), когда-либо записанных.История выходит за рамки околосмертного опыта и рассказывает историю Билли о яркой загробной жизни.

Вы можете купить Загробная жизнь Билли Фингерса на Amazon.

Чтение о жизни после смерти

Верите ли вы в жизнь после смерти, околосмертные переживания и загробную жизнь или нет, книги выше — это увлекательное и полезное чтение. Когда вы читаете о жизни после смерти, вы больше узнаете о себе и о том, как вы воспринимаете смерть.

Хотя смерть неизбежна для всех нас, мы думаем о смерти глубоко индивидуально и лично.Ваша уникальная концепция загробной жизни — лишь одна из вещей, которые делают ваше переживание смерти особенным.

Вы можете найти одну или несколько из вышеперечисленных книг полезными в процессе принятия смерти или в том, чтобы скорбеть о потере любимого человека. Если вы это сделаете, может быть полезно поделиться книгой с другом или членом семьи и поделиться своими идеями о жизни после смерти.

Если вам нужны другие рекомендации по книгам, ознакомьтесь с нашей подборкой лучших книг о горе, лучших детских книг о раке и лучших детских книг о смерти.

Хамелеоновские преобразования Кролика ведут в сюрреалистическое царство в «Жизнь после смерти»

Life After Death — третья пластинка продюсера Эрика Бертона под псевдонимом Rabit. Rabit ворвался на сцену в 2016 году с Communion, работой , направленной на яростные экспериментальные индустриальные мотивы и прогрессии грайма. Два года спустя Бертон вернулся с другим предложением — абстрактным Les Fleurs Du Mal . На записи он выполнил деконструктивистскую реконфигурацию электронной музыки, оставив позади многие влияния, которые подпитывали адское звучание Communion , в пользу более минималистичного подхода.Вместо этого альбом был основан на дронах и обширных саундскейпах, которые обнажили мрачный, первобытный и элементарный аспект Rabit.

Бертон теперь возвращается со своим новейшим предложением в Life After Death , рекорд, который, как говорят, является результатом двухлетних экспериментов в различных формах синтеза. И снова Rabit предлагают иную точку зрения на свою музыку: Life After Death дистанцируются как от Communion , так и от Les Fleurs Du Mal .

В данном случае преобладающим фактором является экспериментальный подход к электронной музыке, который черпает влияние из легендарных групп, таких как Coil, аспект, который, возможно, отразился на Бертоне в его сотрудничестве с Дрю МакДауэллом на Les Fleurs Du Mal . Это метод, который напоминает безволновую эстетику, поскольку Рабит использует ритмическую нестабильность и необычный прогресс таких записей, как Scatology , чтобы сформировать свои идеи для таких треков, как «Spiral». Точно так же подобные мантре повторения вместе с элементами шума еще больше усиливают эту сторону Rabit в «All I Have», поскольку мимолетные звуковые моменты рассказывают тревожную историю.Глубокая реконфигурация продюсера электронной музыки в случае «Daydream» граничит с деконструктивным завершением, но также обнаруживает чувство извращенной игривости. Результатом является обильное и привлекательное изложение идей и концепций, исследуемых в более абстрактной манере, похожей на песочницу.

Где Причастие было взрывоопасным, а Les Fleurs Du Mal антиутопией, Жизнь после смерти помещает себя в область сюрреализма. Начало «The Quickening» демонстрирует этот менталитет, поскольку странные синтезаторы, кажется, тают, как часы в The Persistence of Memory .Кристаллический звук «V», создающий сказочную атмосферу, открывает множество возможностей. Это как если бы Rabit проецировал электронику на причудливое зеркало и фиксировал искаженные отражения отдельных звуков, собирая кусочки, чтобы построить свою собственную интерпретацию жанра. Общее качество музыки приобретает характеристики идеального саундтрека к ранним фильмам Алехандро Ходоровски, например, El Topo . Фон, похожий на техасскую пустыню, преображается благодаря сюрреалистическому прикосновению Rabit, предлагая сладкие капли из реальности.

Это кинематографическое качество более доминирует в случае Life After Death , чем в предыдущих работах Rabit, и оно способно раскрыть различные аспекты личности продюсера. Использование сэмплов — ключ к приданию пластинке таинственности и усилению ее умопомрачительных качеств. «Spiral» видит эту реализацию, когда Рабит использует адский сэмпл, чтобы начать это путешествие, прежде чем вернуться в свой окружающий абстрактный мир психоделии. Более тонкая грань пластинки показывает, что это кинематографическое качество склоняется к подходу к пейзажу мечты, с такими треками, как «Dream», предлагающими минималистичное, утонченное исполнение.Кристаллические звуки «IX (Regret)» раскрывают еще один слой этого менталитета, поступая с более задумчивой прогрессией, но сохраняя то же качество погружения.

Однако бывают моменты, когда погружаются в гораздо более темные места, как в случае с «6 Devil», когда Рабит проецирует свое видение через адскую линзу. Медленная прогрессия сочетается с семплами со смещенной высотой тона, добавляя тревожному качеству трека. Звуковые эффекты заставляют трек возвращаться к странной точке происхождения, чувствуя, как будто они заставляют само время перематываться назад, в то время как колокола вдалеке добавляют к этой церемониальной атмосфере.То же самое и с «Blue Death», поскольку Rabit использует струнные синтезаторы и брутальные сэмплы (включая крики и выстрелы) для создания враждебной и разрушительной среды посредством звукового диссонанса.

Жизнь после смерти видит, что Rabit снова смешивает вещи и исследует совершенно иную, творческую сторону, чем то, что мы испытали в Communion или Les Fleurs Du Mal . На протяжении всей записи продюсер представляет сюрреалистическое кинематографическое видение, подпитываемое его экспериментальным духом и находящееся под влиянием различных влияний.Прослушивание «III» убедит вас в великолепии этой работы, поскольку хаотичный звуковой дизайн превращается в странную комбинацию оперных вокальных сэмплов, неоклассических наклонностей и футуристических прогрессий. Удивительно видеть, чего Бертон достиг за такой небольшой отрезок времени, а его хамелеонские наклонности делают еще более интригующим то, что он может сделать дальше.

Жизнь после смерти Дэмиена Эколса: 9780142180280

Похвала

Похвала Жизнь после смерти

«[Эхолс] написал захватывающую книгу, и история, которую она рассказывает, еще не закончена.Он переживает продолжение, которое не менее странно и волшебно, чем то, через что он уже прошел ». — Джанет Маслин, The New York Times

«[] рассказ о романтике, стойкости и силе письменного слова». O, журнал «Опра»

«Дэмиен Эколс провел восемнадцать лет в камере смертников за убийства, которых он не совершал. Каким-то образом в глубине своего невыразимого кошмара он нашел в себе смелость и силу не только выжить, но и расти, творить, прощать и понимать. Жизнь после смерти — это блестящий, захватывающий, болезненный и воодушевляющий рассказ о безнадежном детстве, неправомерном осуждении, жестоком заключении и начале новой жизни ». —Джон Гришем

«Дэмиен Эколс потерпел шокирующую судебную ошибку. Кошмар, который могли вынести немногие. Невинный мужчина, приговоренный к смертной казни более восемнадцати лет, подвергся жестокому обращению со стороны самой системы, которую мы все финансируем. Его история потрясет, увлечет и ослабит слезы и смех.Блестящие мемуары о борьбе с литературными гигантами уровня Жана Жене, Грегори Дэвида Робертса и Достоевского ». —Джонни Депп

«Незаконно заключенный в тюрьму заведомо невежественными полицейскими, прокурорами и судьей, Дэмиен Эколс использует весь свой ум и свой уникальный взгляд на человечество, чтобы выжить восемнадцать лет в камере смертников. Мое восхищение им и сила его духа возрастают с каждой страницей ». — Сэр Питер Джексон, режиссер, продюсер и сценарист, удостоенный премии Оскар.

«Я в восторге от способности Дэмиена писать так красиво, с такой легкостью, юмором и честностью — это вдохновенное повествование, замечательная книга!» —Фрэн Уолш, сценарист, композитор и продюсер, удостоенный премии «Оскар».

«Жизнь Дэмиена Эколса — это путешествие, подобное путешествию металла, который становится мечом самурая.Нагревая и растирая до тех пор, пока он не затвердеет, он может сохранять острие веками. Невероятно, что Дэмиен пережил и пережил одну из самых трагических ошибок американского правосудия и стал таким сосредоточенным, красноречивым и необыкновенным человеком и писателем. Жизнь после смерти доказывает, что он дорого заплатил за свою мудрость ». —Генри Роллинз

«Исключительные мемуары самого известного из« тройки »Западного Мемфиса. [B] одни факты сделают интересную историю.Тем не менее, Эколс в душе поэт и мистик, и он написал не просто краткую одноразовую книгу, чтобы извлечь выгоду из мрачных новостей, а, скорее, произведение искусства, которое иногда имеет сходство с работами Жана Жене. Жадный читатель всю свою жизнь, Эколс живо рассказывает свою историю, начиная со своего обедневшего детства в лачугах и передвижных домах, и заканчивая тем, что после полжизни за решеткой он стал психически травмированным человеком, заново открывающим для себя свободу в Нью-Йорке. Автор также эффективно демонстрирует свой ум и чувствительность — качества, которые система уголовного правосудия Арканзаса не хотела признавать во время испытаний Эколса.Основное чтение ». Kirkus Обзоры (в звездочках)

«Это потрясающая работа. Такая надежда пока столкнулась с несправедливостью. Дэмиен учит нас жить ». —Эдди Веддер

«Дело [Эколса] привлекло внимание всего мира, но [его] мемуары как можно дальше далеки от пресловутой истории о том, что меня обидели. Автор выбирает более плотный и, конечно, более захватывающий рассказ о своей жизни за решеткой, в сочетании с воспоминаниями о его детстве …Эколс — талантливый писатель, и когда книга погружается в его собственные духовные и философские убеждения… она достигает своего рода эмоционального резонанса, которого не хватает многим подобным книгам… Трагическая и часто тревожная история ». —Список книг

«[Это] красноречивое, даже горько лирическое изображение того, как невиновный человек может проскользнуть сквозь трещины правовой системы и бороться за выживание. Эти захватывающие и глубоко трогательные воспоминания, выполненные в традициях « Мертвеца идет » Хелен Прежан и «Песня палача» Нормана Мейлера , понравятся широкой публике.

Добавить комментарий