Антифосфолипидный синдром во время беременности: Антифосфолипидный синдром и беременность

Содержание

Антифосфолипидный синдром (АФС) – диагностика и лечение

В Клиническом госпитале на Яузе диагноз АФС ставится на основании клинических симптомов и подтверждается результатами обследования на антифосфолипидный синдром (анализы — определение волчаночного антикоагулянта, антител к кардиолипину; УЗИ, КТ, МРТ, допплер и др.).

Эффективное лечение АФС по индивидуально составленной схеме, с применением инновационных методов терапии, например, экстракорпоральной гемокоррекции (ЭГ) снижает риск тромбозов и помогает успешно выносить беременность.

  • 5% распространённость антифосфолипидного синдрома среди населения
  • 1-е место по частоте среди симптомов АФС занимают нарушения кровоснабжения головного мозга, 3/4 из них дебютирует ишемическим инсультом
  • В 2-5 раз чаще, чем мужчины, женщины подвержены данной патологии

записаться на консультацию

Своевременная диагностика и адекватная терапия с применением ЭГ позволяют с почти 100% вероятностью предотвратить развитие нарушений свертывания крови.

О развитии заболевания

Антифосфолипидный синдром — это патология, которая характеризуется рецидивирующими тромбозами в сосудах любого калибра, а также проблемами со стороны репродуктивной системы (например, повторяющимися эпизодами невынашивания беременности).

Аутоиммунная природа

Причина данной патологии не установлена. Симптоматика заболевания связана с появлением в крови аутоантител к определенным компонентам клеток собственного организма: антифосфолипидных (аФЛ) (в частности — к кардиолипину (АКЛ)) и волчаночного антикоагулянта.

Склонность к тромбообразованию

Образование АФЛ приводит к нарушению функций внутреннего слоя сосудов — эндотелия, провоцирует дисбаланс в свертывающей системе крови (депрессию противосвертывающих механизмов, увеличение агрегации тромбоцитов). Следствием подобных изменений будет появление тромбов в различных участках кровеносного русла, что чревато развитием выкидышей у беременных женщин, инсультами, появлением участков некроза в любых органах.

Формы АФС

Существует три формы течения АФС:

  • первичный антифосфолипидный синдром — у пациентов без аутоиммунной патологии,
  • вторичный — на фоне уже имеющихся аутоиммунных заболеваний,
  • катастрофическая форма — наиболее тяжелый вариант болезни.

Клиническая картина

Наиболее частыми и специфическими признаками антифосфолипидного синдрома считаются:

  • Артериальные и/или венозные тромбозы: зачастую страдают глубокие вены нижних конечностей. Что касается артериального русла, тут мишенями становятся внутримозговые сосуды.
  • Акушерская патология: потеря плода во втором или третьем триместре беременности, поздний гестоз, пре- и эклампсия, задержка внутриутробного развития плода.
  • Поражение ЦНС сопровождается развитием ишемических атак, инсультов, эпилептических приступов, хореей, тугоухостью.
  • Беспричинные головные боли: могут проявляться в виде приступов мигрени или постоянных и не поддающихся лечению болей.
  • Дисфункция миокарда: у больного диагностируют инфаркт (при отсутствии атеросклероза), поражение клапанов, ишемическую кардиомиопатию, легочную или артериальную гипертензию.
  • Тромбоцитопения: количество тромбоцитов варьируется в диапазоне 70-100*109/л.

Также при АФС поражаются мочевыделительная система (почечная недостаточность), печень, ЖКТ, опорно-двигательный аппарат (некроз костной ткани), кожа (появляются геморрагии, язвы).

Диагностика антифосфолипидного синдрома

Диагноз АФЛ считается достоверным только в случае сочетания одного клинического и одного лабораторного признаков из приведенных ниже.

Клинические критерии:

  • Один или более эпизодов тромбоза, который подтвержден с помощью инструментальных методов обследования (УЗИ, КТ, МРТ) или морфологически.
  • Один из трех вариантов акушерской патологии:
    • наличие в анамнезе случаев внутриутробной гибели плода после 10 недель беременности;
    • эпизоды преждевременных родов (до 34 недели), вызванных преэклмпсией или эклампсией, плацентарной недостаточностью;
    • три и больше случаев спонтанных абортов до 10 недель беременности.

Лабораторные критерии:

  • Наличие аутоантител к кардиолипину (классы IgG или IGM) в высоких или средних титрах (используется двукратная диагностика иммуноферментным методом с интервалом в 6 недель).
  • Положительный результат двукратной диагностики на волчаночный антикоагулянт.
записаться на приём

Лечение

После тщательного клинического осмотра, интерпретации лабораторных данных и сбора анамнеза ревматолог Клинического госпиталя на Яузе разрабатывает индивидуальную схему лечения АФС для каждого из пациентов.

Ее компонентами могут быть:

  • антикоагулянты непрямого действия и антиагреганты;
  • глюкокортикоиды;
  • иммуносупрессоры;
  • аминохолины;
  • селективные НПВС;
  • иммуноглобулины;
  • комплексы витаминов и микроэлементов.

Экстракорпоральная гемокоррекция в лечении антифосфолипидного синдрома

Чтобы уменьшить количество аутоантител в крови пациента, увеличить восприимчивость его организма к медикаментозной терапии, снизить вероятность развития побочных действий препаратов, нашими специалистами используется инновационная методика лечения АФС — экстракорпоральная гемокоррекция. Применяются следующие методы ЭГ:

  • криоаферез;
  • каскадная фильтрация плазмы;
  • иммуносорбция;
  • высокообъемный плазмообмен;
  • экстракорпоральная фармакотерапия;
  • фотоферез.

Применение экстракорпоральных технологий в лечении АФС способствует купированию аутоиммунного процесса, облегчению течения заболевания, а также наступлению беременности и ее благоприятному вынашиванию почти в 90% случаев.

Кроме того, курс гемокоррекции в 100 % случаев нормализует свертывающую способность крови, что устраняет повышенный риск тромбозов и тромбоэмболии, характерный для АФС.

Почему мы?

  • Ультрасовременное оборудование. Квалификация наших специалистов, экспертная аппаратура и современные методики позволяют своевременно и точно диагностировать АФС.
  • Консультация смежных специалистов. Пациента осматривает консилиум врачей, особенно это относится к беременным женщинам.
  • Комфортные условия. Каждому клиенту наши ревматологи уделяют максимум времени. Все услуги оказываются в одном здании в центре Москвы, что экономит силы и время.
  • Инновации. Применение высокотехнологичных методов лечения обеспечивает успешность терапии.

Используйте весь потенциал современной медицины, чтобы сохранить собственное здоровье и подарить жизнь вашему ребенку — обратитесь к ревматологу Клинического госпиталя на Яузе.

Цены на услуги Вы можете посмотреть в прайсе или уточнить по телефону, указанному на сайте.

Статья проверена врачом-трансфузиологом, специалистом по экстракорпоральной гемокоррекции Ольшанским А.Г., носит общий информационный характер, не заменяет консультацию специалиста.
Для рекомендаций по диагностике и лечению необходима консультация врача.

СОСТОЯНИЕ ЗДОРОВЬЯ ДЕТЕЙ, РОДИВШИХСЯ У ЖЕНЩИН С АНТИФОСФОЛИПИДНЫМ СИНДРОМОМ | Сукало

1. Gómez-Puerta, J. A. Diagnosis and classification of the antiphospholipid syndrome / J. A. Gómez-Puerta, R. Cervera // J. of Autoimmunity. – 2014. – Vol. 48–49. – P. 20–25. DOI: 10.1016/j.jaut.2014.01.006

2. Lockshin, M. D. Update on antiphospholipid syndrome / M. D. Lockshin // Bulletin of the NYU Hospital for Joint Diseases.

– 2006. – Vol. 66, N 3. – P. 195–197.

3. Antiphospholipid Syndrome during pregnancy: the state of the art / F. A. Di Prima [et al.] // J. of Prenatal Medicine. – 2011. – Vol. 5, N 2. – P. 41–53.

4. Ateka-Barrutia, O. The challenge of pregnancy for patients with SLE / O. Ateka-Barrutia, M. A. Khamashta // Lupus. – 2013. – Vol. 22, N 12. – P. 1295–1308. DOI: 10.1177/0961203313504637

5. International consensus statement on an update of the classification criteria for definite antiphospholipid syndrome (APS) / S. Miyakis [et al.] // J. of Thrombosis and Haemostasis. – 2006. – Vol. 4, N 2. – P. 295–306. DOI: 10.1111/j.15387836.2006.01753.x

6. Complement C3 activation is required for antiphospholipid antibody-induced fetal loss / V. M. Holers [et al.] // J. of Experimental Medicine. – 2002. – Vol. 195, N 2. – P. 211–220. DOI: 10.1084/jem.200116116

7. Giannakopoulos, B. The pathogenesis of the antiphospholipid syndrome / B. Giannakopoulos, S. A. Krilis // New England J. of Medicine. – 2013. – Vol. 368, N 11. – P. 1033–1044. DOI: 10.1056 / NEJMra1112830

8. Hanly, J. G. Antiphospholipid syndrome: an overview / J. G. Hanly // CMAJ. – 2003. – Vol. 168, N 13. – P. 1675–1682.

9. Neonatal effects of maternal antiphospholipid syndrome / A. Tincani [et al.] // Current Rheumatology Reports. – 2009. – Vol. 11, N 1. – P. 70–76. DOI: 10.1007/s11926-009-0010-8

10. Antiphospholipid antibodies affect trophoblast gonadotropin secretion and invasiveness by binding directly and through adhered beta2-glycoprotein I / N. Di Simone [et al.] // Arthritis and Rheumatism. – 2000. – Vol. 43, N 1. – P. 140–150. DOI: 10.1002/1529-0131(200001)43:1<140::AID-ANR18>3.0.CO;2-P

11. The effects of lupus and antiphospholipid antibody syndrome on foetal outcomes / C. Nalli [et al.] // Lupus. – 2014. – Vol. 23, N 6. – P. 507–517. DOI: 10.1177/0961203313501402

12. Харкевич, О. Н. Ведение беременности и родов у пациенток с антифосфолипидным синдромом / О. Н. Харкевич, Е. А. Латникова // Мед. новости. – 2011. – № 2. – C. 51–59

13. Histologic features of placentas and abortion specimens from women with antiphospholipid and antiphospholipid-like syndromes / J. T. van Horn [et al.] // Placenta. – 2004. – Vol. 25, N 7. – P. 642–648. DOI: 10.1016/j.placenta.2003.12.006

14. AB0485 Primary antiphospholipid syndrome: maternal and fetal outcome / C. Otaduy [et al.] // Аnnals Rheumatic Diseases. – 2017. – Vol. 76, Suppl. 2. – P. 1220–1221. DOI: 10.1136/annrheumdis-2017-eular.5621

15. Fetal outcome and recommendations of pregnancies in lupus nephritis in the 21st century. A prospective multicenter study / G. Moroni [et al.] // J. of Autoimmunity. – 2016. – Vol. 74. – P. 6–12. DOI: 10.1016/j.jaut.2016.07.010

16. Кошелева, Н. М. Неонатальная волчанка / Н. М. Кошелева, З. C. Алекберова // Соврем. ревматология. – 2015. – Т. 9, № 4. – С. 92–97.

17. Outcomes of pregnancies in women with suspected antiphospholipid syndrome / F. Nili [et al.] // J. of Neonatal Perinatal Medicine. – 2013. – Vol. 6, N 3. – P. 225–230. DOI: 10.3233/NPM-1370113

18. European registry of babies born to mothers with antiphospholipid syndrome / A. Mekinian [et al.] // Annals of the Rheumatic Diseases. – 2013. – Vol. 72, N 2. – P. 217–222. DOI: 10.1136/annrheumdis-2011-201167

19. European registry of infants born to mothers with antiphospholipid syndrome: preliminary results / M. Motta [et al.] // Minerva Pediatrica. – 2010. – Vol. 62, N 3, Suppl. 1. – P. 25–27.

20. Primary antiphospholipid syndrome: pregnancy outcome in a portuguese population / F. Serrano [et al.] // Acta Reumatológica Portuguesa, 2009. – Vol. 34, N 3. – P. 492–497.

21. Neonatal outcome in pregnant patients with antiphospholipid syndrome / K. Jeremic [et al.] // J. of Perinatal Medicine. – 2015. – Vol. 43, N 6. – P. 761–768. DOI: 10.1515/jpm-2014-0118

22. Тромбофилия как этиопатогенетический фактор нарушений в системе «женщина–плод–новорожденный» / А. Я. Ильина [и др.] // Акушерство, гинекология и репродукция. – 2016. – Т. 10, № 4. – С. 21–29.

23. Антифосфолипидный синдром: состояние системы гемостаза и липидного обмена в системе «женщина–плод– новорожденный» / А. Я. Ильина [и др.] // Педиатрия. Журнал им. Г. Н. Сперанского. – 2016. – Т. 95, № 4. – С. 74–84.

24. Boffa, M. C. Infant perinatal thrombosis and antiphospholipid antibodies: a review / M. C. Boffa, E. Lachassinne // Lupus. – 2007. – Vol. 16, N 8. – P. 634–641. DOI: 10.1177/0961203307079039

25. De Peixoto, M. V. Clinical, laboratory, and therapeutic analyses of 21 patients with neonatal thrombosis and antiphospholipid antibodies: a literature review / M. V. de Peixoto, J. F. de Carvalho, C. E. M. Rodrigues // J. of Immunology Research. – 2014. – Vol. 2014, Art. ID 672603. – 9 p. DOI: 10.1155/2014/672603

26. Maternal lupus anticoagulant and fatal neonatal thrombosis / G. Finazzi [et al.] // Thrombosis and Haemostasis. – 1987. – Vol. 57, N 2, Art. N 238.

27. Neonatal aortic thrombosis associated with the lupus anticoagulant / M. Sheridan-Pereira [et al.] // Obstetrics and Gynecology. – 1988. – Vol. 71, N 6, Pt. 2. – P. 1016–1018.

28. Fetal stroke associated with elevated maternal anticardiolipin antibodies / R. K. Silver [et al.] // Obstetrics and Gynecology. – 1992. – Vol. 80, N 3, Pt. 2. – P. 497–499.

29. Neonatal thrombosis with anticardiolipin antibody in baby and mother / S. Contractor [et al.] // Amer. J. of Perinatology. – 1992. – Vol. 9, N 5–6. – P. 409–410. DOI: 410. 10.1055/s-2007-999276

30. Multiple thromboses in a premature infant associated with maternal phospholipid antibody syndrome / S. Tabbutt [et al.] // J. of Perinatology. – 1994. – Vol. 14, N 1. – P. 66–70.

31. Fetal renal vein thrombosis, hydrops fetalis, and maternal lupus anticoagulant. A case report / M. L. Hage [et al.] // Prenatal Diagnosis. – 1994. – Vol. 14, N 9. – P. 873–877.

32. Anticorps anticardiolipine, ischémie cérébrale et hémorragie surrénalienne chez un nouveau-né / G. Teysier [et al.] // Archives de Pédiatrie. – 1995. – Vol. 2, N 11. – P. 1086–1088. DOI: 10.1016/0929-693X(96)81285-1

33. De Klerk, O. L. An unusual cause of neonatal seizures in a newborn infant / O. L. de Klerk, T. W. de Fries, L. G. Sinnige // Pediatrics. – 1997. – Vol. 100, N 4, Art. E8. – 3 p. DOI: 10.1542/peds.100.4.e8

34. Navarro, F. Neonatal antiphospholipid syndrome / F. Navarro, M. A. Doña-Naranjo, I. Villanueva // J. of Rheumatology. – 1997. – Vol. 24, N 6. – P. 1240–1241.

35. Neonatal middle cerebral artery infarction: association with elevated maternal anticardiolipin antibodies / L. F. Akanli [et al.] // Amer. J. of Perinatology. – 1998. – Vol. 15, N 6. – P. 399–402. DOI: 10.1055/s-2007-993965

36. Chow, G. Neonatal cerebral ischaemia with elevated maternal and infant anticardiolipin antibodies / G. Chow, D. Mellor // Developmental Medicine and Child Neurology. – 2000. – Vol. 42, N 6. – P. 412–413. DOI: 10.1017/s001216220000075x

37. Tuohy, J. Prenatal transfer of anticardiolipin antibodies associated with fatal neonatal aortic thrombosis / J. Tuohy, A. Harrison // Australian and New Zealand J. Obstetrics and Gynaecology. – 2005. – Vol. 45, N 2. – P. 175–176. DOI: 10.1111/j.1479-828x.2005.00371.x

38. Soares Rolim, A. M. Neonatal antiphospholipid syndrome / A. M. Soares Rolim, M. Castro, M. B. Santiago // Lupus. – 2006. – Vol. 15, N 5. – P. 301–303. DOI: 10.1191/0961203306lu2295cr

39. Paro-Panjan, D. Neonatal antiphospholipid syndrome associated with heterozygous methylentetrahydrofolate reductase C677T and prothrombin G20210A gene mutations / D. Paro-Panjan, L. Kitanovski, T. Avcin // Rheumatology. – 2007. – Vol. 46, N 4. – P. 720–721. DOI: 10.1093/rheumatology/kem011

40. Isolated cerebral sinovenous thrombosis: a rare case of neonatal antiphospholipid syndrome / M. P. De Carolis [et al.] // Indian Pediatrics. – 2012. – Vol. 49. – P. 411–412.

41. De novo neonatal antiphospholipid syndrome: a case report and review of the literature / O. Gordon [et al.] // Seminars in Arthritis and Rheumatism. – 2014. – Vol. 44, N 2. – P. 241–245. DOI: 10.1016/j.semarthrit.2014.04.003

42. Magalhães, C. S. Neonatal Antiphospholipid Syndrome / C. S. Magalhães, L. M. Suppo de Souza Rugolo, C. E. P. Trindade // NeoReviews. – 2014. – Vol. 15, N 5. – P. e169–e176. DOI: 10.1542/neo.15-5-e169

43. Antiphospholipid syndrome in a neonate / M. A. Bhat [et al.] // Pediatric Dermatology. – 2011. – Vol. 28. – P. 342–345. DOI: 10.1111/j.1525-1470.2010.01254.x

44. Alshekaili, J. De novo infantile primary antiphospholipid antibody syndrome / J. Alshekaili, G. Reynolds, M. C. Cook // Lupus. – 2010. – Vol. 19, N 13. – P. 1565–1568. DOI: 10.1177/0961203310375263

45. Neuropsychological development of children born to patients with antiphospholipid syndrome / R. Nacinovich [et al.] // Arthritis and Rheumatism. – 2008. – Vol. 59, N 3. – P. 345–351. DOI: 10.1002/art.23311

46. Москаленко, М. А. Церебральный паралич у детей, рожденных от матерей с серопозитивным и серонегативным вариантом антифосфолипидного синдрома: автореф. дис. … канд. мед. наук : 14.01.15 / М. А. Москаленко; Харьк. гос. мед. акад. последипл. образования. – Харьков, 2003. – 22 с.

47. Москаленко, М. А. Модель патогенеза и принципы диагностики церебрального паралича у детей, рожденных от матерей с антифосфолипидным синдромом / М. А. Москаленко // Медико-социальные проблемы семьи. – 2003. – Т. 8, № 2. – С. 92–99.

48. Autism spectrum disorders in babies born to mothers with antiphospholipid syndrome / N. Abisror [et al.] // Seminars in Arthritis and Rheumatism. – 2013. – Vol. 43, N 3. – P. 348–351. DOI: 10.1016/j.semarthrit.2013.07.001

49. Prevalence of anti-cardiolipin, anti-β2 glycoprotein I, and anti-prothrombin antibodies in young patients with epilepsy / R. Cimaz [et al.] // Epilepsia. – 2002. – Vol. 43, N 1. – P. 52–59. DOI: 10.1046/j.1528-1157.2002.00701.x

50. Antiphospholipid antibodies in neonates with stroke – a unique entity or variant of antiphospholipid syndrome? / Y. Berkun [et al.] // Lupus. – 2014. – Vol. 23, N 10. – P. 986–993. DOI: 10.1177/0961203314531842

51. Cognitive impairment in antiphospholipid syndrome: evidence from animal models / S. Appenzeller [et al.] // Clinical Rheumatology. – 2012. – Vol. 31, N 3. – P. 403–406. DOI: 10.1007/s10067-011-1922-z

52. Rajagopal, R. Thromboembolism and anticoagulation management in the preterm infant / R. Rajagopal, F. C. Cheah, P. Monagle // Seminars in Fetal and Neonatal Medicine. – 2016. – Vol. 21, N 1. – P. 50–56. DOI: 10.1016/j.siny.2015.10.005

Антифосфолипидный синдром | Медицинский центр ЛМД

Антифосфолипидный синдром (АФС) — это аутоиммунное заболевание преимущественно женщин молодого возраста, характеризуемое рецидивирующими тромбозами, привычным невынашиванием беременности, тромбоцитопенией и стойким наличием антифосфолипидных антител. Диагноз АФС устанавливается на основании соответствия клинических и лабораторных находок диагностическим критериям этого заболевания.

Основу клинических проявлений АФС составляют повторные венозные тромбозы, локализуемые наиболее часто в глубоких венах голеней, что может осложняться тромбоэмболией легочной артерии. Однако тромбозы могут развиваться также в поверхностных венах и в любом другом венозном бассейне. Артериальные тромбозы проявляются гангреной конечностей, инсультами, окклюзией аорты с асептическим некрозом головок бедренной кости, инфарктом миокарда, почек и других внутренних органов. Тромбы могут образоваться на клапанах и в полостях сердца. Кожные проявления заключаются в язвах на голенях, кровоизлияниях в подногтевом ложе и сетчатым ливедо. Сетчатое ливедо в виде поверхностной синеватой венозной сеточки на голенях и бедрах особенно хорошо выявляется после охлаждения.Тромбоцитопения при АФС умеренная, редко приводит к осложнениям и не требует самостоятельной терапии. Идиопатическая тромбоцитопения, как и гемолитическая анемия является показанием к назначению лабораторных тестов, направленных на выявление антифосфолипидных антител.  Необъяснимые спонтанные аборты на ранних сроках или внутриутробная гибель плода во 2-3 триметрах могут возникнуть при АФС без или на фоне тяжелой преэклампсии.

Выделяют несколько форм АФС. Прежде всего, это первичный или идиопатический АФС, возникающий у лиц моложе 45 лет. После этого возраста большинство случаев рассматривается как вторичный АФС по отношению к основному заболеванию, обычно атеросклерозу и сердечной и венозной недостаточности. В то же время, обнаружение других факторов риска тромбоза не является поводом для исключения диагноза антифосфолипидного синдрома. Кроме того, у молодых лиц вторичный АФС развивается на фоне системной красной волчанки, синдрома Шегрена, склеродермии, опухолей, некоторых вирусных заболеваниях, лекарственной терапии.

В основе антифосфолипидного синдрома лежит появление антифосфолипидных антител (АФЛА). Они представляют собой гетерогенную популяцию иммуноглобулинов, взаимодействующих с отрицательно заряженными, реже с нейтральными фосфолипидами. АФС представляет собой иммуноопосредованое нарушение коагуляции, в ходе которого аутоантитела нарушают свертывание крови invitro, что в организме приводит к повторным тромбозам. Аутоантитела реагируют с фосфолипидами и их белковыми кофакторами, которые участвуют в образовании протромбинового комплекса каскада коагуляции. В результате удлиняется активированное частичное тромбопластиновое время (АЧТВ), которое отражает присутствие волчаночного антикоагулянта (ВАК).

Первые клинико-лабораторные критерии АФС были разработаны в 1998 году экспертами международного симпозиума в японском Саппоро. Они значительно ограничили клинические проявления, рассматриваемые как проявления АФС, а лабораторные критерии была основана на антителах к кардиолипину классов IgG и IgM и ВАК. В австралийском Сиднее в 2006 году произошел последний пересмотр критериев этого заболевания. Была несколько изменена трактовка клинических проявлений и в лабораторные критерии добавлены антитела к бета-2 гликопротеину I. На основе австралийских критериев в настоящее время строится практическая диагностика АФС.

Для иммунологического подтверждения АФС требуется в каждом случае проведение более одного теста, уровень антител должен был высоким, и эти значения должны сохраняться при повторном исследовании через 12 недель. Однако имеются исключения. Так, при привычном невынашивании беременности с прогностической целью достаточно определения антител к кардиолипину. Важно еще раз подчеркнуть, что согласно существующим критериям диагностики АФС для подтверждения этого аутоиммунного заболевания требуется обязательное сочетание хотя бы по одного иммунологического и одного клинического признака.

Существует три общепринятых лабораторных теста, позволяющих выявить антитела, характерные для антифосфолипидного сиднома. К ним относят антитела к кардиолипину классов IgG и IgM, и антитела к бета-2 гликопротеину. Выявление ВАК является коагулогическим тестом. Назначение антикоагулянтов нередко препятствует обследованию пациентов в отношении ВАК.

Антитела к кардиолипину.

Кардиолипин (дифосфатидил глицерол) является отрицательно заряженным фосфолипидом обладающим значительной структурной гомологией с другими фосфолипидами (фосфатидилсерином, фосафтидилэтаноламином и другими), из которых состоят мембраны клеток человека. Кроме того, в комплексе с белками фосфолипиды принимают участие во многих рецепторных и ферментативных системах, в том числе системе свертывания крови. Антитела к кардиолипину относят к семейству антифосфолипидных антител.

Наряду с антителами к бета-2-гликопротеину, антитела к кардиолипину входят в международные критерии антифосфолипидного синдрома 2006 года, а вместе с антителами к двуспиральной ДНК и Sm антигену в иммунологические критерии системной красной волчанки.

Мишенью антител к кардиолипину являются антигены, формирующиеся при объединении белковых ко-факторов и фосфолипидов. Основной мишенью антикардиолипиновых антител является неоантиген, образующийся при взаимодействии кардиолипина и сывороточного белка — бета-2-гликопротеина, который является естественным антикоагулянтом. Антитела к бета-2-гликопротеину отмечаются изолированно у 10-20% больных с АФС. В то же время, анти-кардиолипиновые антитела, направленные против фосфолипидов встречаются при сифилисе и ряде инфекционных и соматических заболеваний, поэтому малоспецифичны для диагноза антифосфолипидного синдрома. Носительство антител к кардилипину при инфекциях имеет транзиторный характер, поэтому в таких случаях антитела отсутствуют при повторном определении через 3-6 месяцев.

В связи с вовлеченностью антител к кардиолипину во множество патогенетических процессов, их выявление имеет большое значение при АФС и ассоциированных состояниях. В патогенезе антифосфолипидного синдрома антитела in vitro нарушают образование протромбинового комплекса (протромбиназы), который состоит из фактора X, фактора V, фосфолипидов из тромбоцитов и кальция, что приводит к гипокоагуляции и удлинению времени основных коагуляционных тестов. Однако in vivo у больных АФС имеет место тромбообразование, генез которого окончательно не установлен. Кроме стимуляции протромботических механизмов, антикардиолипиновые антитела участвуют в индукции воспаления, нарушают функции эндотелия, нарушают функции трофобласта и плаценты, могут принимать участие в развитие атеросклероза.

Выявление антител к кардиолипину указывает на высокий риск развития системной красной волчанки. Антитела к кардиолипину классов IgG и IgM выявляются у 20-50% больных с системной красной волчанкой (СКВ) и 3-20% больных с другими системными ревматическими заболеваниями. СКВ является не единственным ревматологическим заболеванием, сопровождающимся синтезом антител к кардиолипидам. Сравнительно часто данные антитела находят у больных системной склеродермией, васкулитами и васкулитоподобными состояниями, например, при синдроме Бехчета и болезни Крона. Таким образом, клинические проявления антифосфолипидного синдрома на фоне другого ревматического заболевания указывают на «вторичный» антифосфолипидный синдром. Для его выявления целесообразно дообследовать пациентов для выявления антинуклеарного фактора на НЕр2 клеточной линии. Отдельную клиническую форму АФС представляет собой фульминантный «катастрофический» АФС, характеризующийся множественными тромбозами и быстрым развитием ДВС синдрома. У всех больных с катастрофическим антифосфолипидным синдромом отмечаются крайне высокие титры антител к кардиолипину.  При отсутствии системного ревматического заболевания антифосфолипидный синдром рассматривают как первичный АФС.

Антитела к бета-2-гликопротеин I.

Бета-2-гликопротеин I представляет собой гликозилированный белок плазмы крови, содержание которого в норме составляет около 150-300 мг/л. Хотя его функции окончательно не установлены, однако известно, что он обладает выраженной антикоагулянтной активностью. Немаловажной функцией бета-2-гликопротеина является его способность связываться с апоптотическими тельцами и участвовать в их клиренсе. Именно участие бета-2-гликопротеина в процессах апоптоза может быть одним из основных механизмов, приводящих к сенсибилизации иммунной системы аутоантигеном, что приводит к таким аутоиммунным заболеваниям как АФС и системная красная волчанка. В 2006 году определение антител к бета-2-гликопротину-1 было включено в лабораторные классификационые критерии антифосфолипидного синдрома.

Бета-2-гликопротеин I  является белковым кофактором антител к кардиолипину и образует неоантиген, который распознается бета2-гликопротеин зависимыми антителами к кардиолипину. Этот антигенный комплекс является основной серологической мишенью при АФС. В эксперименте иммунизация бета-2-гликопротеином индуцирует характерную картину с появлением антител к кардиолипину, значительному увеличению числа резорбций плода, тромбоцитопении и удлинению времени ряда коагулогических тестов.

Связывание бета-2-гликопротеину I на пластике иммуноферментного планшета приводит к экспозиции скрытых эпитопов молекулы. Антитела к бета-2-гликопротеину I  являются единственным серологическим маркером АФС у значимой части пациентов. Диагностическая важность выявления антител к бета-2-гликопротеину I в патогенезе АФС подтвержадается его включением в число лабораторных классификационных критериев АФС.

В тест системах для выявления антител к кардиолипину первого поколения использовался бета2 гликопротеин сыворотки крупного рогатого скота, в то время как в тест-системах второго поколения используется рекомбинантный человеческий белок.

Антитела к фосфатидилсерин-протромбиновому комплексу.

Антитела к фосфатидилсерин-протромбиновому комплексу относятся к семейству антифосфолипидных антител. Фосфатилилсерин представляет собой основной отрицательно заряженный фосфолипид клеточных мембран. Кроме того, фосфатидилсерин является кофактором бета-2-гликопротеина  I , протромбина, тромбомодулина и ряда других фосфолипид-зазависимых белков принимающих участие в каскаде свертывания.

Протромбин (фактор II) представляет собой витамин К-зависимый гликопротеин с концентрацией в плазме 100 мг/л. Трансформация протромбина в тромбин происходит под действием протромбинового комплекса, состоящего из факторов коагуляции Xa, Vaи ионов Ca2+.

Фосфатидилсериновый-протромбиновый (PS-PT) комплекс является одной из мишеней антифосфолипидных антител. Аутоантитела к фосфатидилсерин-протромбиновому комплексу играют роль в нарушении каскада коагуляции, принимают большое развитии артериальных и венозных тромбозов у больных с антифосфолипидным синдромом.

Антитела к фосфатидилсерин-протромбиновому комплексу отмечаются у 40-60% больных с классическим антифосфолипидным синдромом, кроме того могут встречаться при «серонегативном» некритериальном антифосфолипидном синдроме.  Антитела отмечаются при высоком риске артериального тромбоза, кроме того их выявление может быть одним из факторов риска сосудистых тромбозов при системных ревматических заболеваниях.

Выявление этой разновидности антител хорошо коррелирует с результатами выявления ВАК, поэтому выявление антител к фосфатидилсерин-протромбиновому комплексу может подтверждать наличие ВАК в случае назначения антикоагуляционной терапии.

Антитела к аннексину V.

Аннексин V представляет собой кальций-зависимый белок, связывающийся с анионными фосфолипидами (фосфатидилсерином, кардиолипином ). Он связан на мембранах клеток, которые находятся в контакте с плазмой крови, в том числе эндотелиоцитах, тромбоцитах и клетках трофобласта. Благодаря его способности образовать внутреннюю «выстилку» сосудов, на поверхности эндотелиоцитов аннексин V проявляет выраженную антикоагулянтную активность. За счет формирования защитного антикоагулянтный слоя на поверхности эндотелиоцитов и ворсин трофобласта, обращенных в просвет сосуда, поддерживается целостность эндотелиальных мембран.

При АФС аннексин V является одним из кофакторов фосфолипидных антител. Антитела к фосфолипидам способны связываться с аннексином, что приводит к разрушению защитной выстилки, в результате чего значительно повышается риск тромбозов и нарушается микроциркуляция. Особенно чувствительны к антителам к аннексину V клетки трофобласта. Антитела приводят к нарушению формирования плаценты, снижают синтез ряда гормонов и факторов синцитиотрофобластом.

Кроме того, показана способность антител к аннексину V принимать участие в нарушениях микроциркуляции при ряде аутоиммунных состояний, включая повторные выкидыши при АФС и системной красной волчанке, поражения сосудов при аортоартериите Такаясу, легочной гипертензии при склеродермии.

Клинические исследования указывают, что клинико-диагностические параметры тестов по обнаружению антител к аннексину V не позволяют их использовать для оценки риска невынашивания в общей популяции, однако тест целесообразен для анализа причины невынашивания у больных с аутоиммунными заболеваниями (например, больных СКВ).

Иммуноблот антифосфолипидных антител.

К антифосфолипидным антителами относятся антититела к негативно-заряженным фосфолипидам — кардиолипину, фосфатидилхолину, фосфатидилэтаноламину, фосфатидилглицеролу, фосфатидилэназитолу, фосфатидилсерину, антитела к их кофакторам — бета-2-гликопротеину I, аннексину V и протромбину и функциональный коагулогический тест —  ВАК. Патогенные свойства антифосфолипидных антител обусловлены их протромбогенным потенциалом, индукцией воспаления, нарушением  функции эндотелия,  функции трофобласта и плаценты,  участием в развитие атеросклероза. Так как антифосфолипидные антитела встречаются при других аутоиммунных, инфекционных и лимфопролиферативных заболеваний, их выявление малоспецифично для диагноза АФС. Носительство антител при инфекциях имеет транзиторный характер, поэтому в таких случаях антитела отсутствуют при повторном определении через 3-6 месяцев.

Диагностика  АФС, основанная только на одном из трех лабораторных критериев, может быть ошибочна.  Это утверждение подтверждается мета-анализом, показывающим, что присутствие только антител к кардиолипину и бета-2-гликопротеину I само по себе не связано с тромбоэмболическими событиями. При этом важно исследовать спектр антифосфолипидных антител, позволяющий установить позитивность по нескольким маркерам, которая более точно выявляет риск повторных тромбозов и тромбоэмболий, а также патологию беременности.

Основным отличием  иммуноблота антифосфолипидных антител от твердофазных ИФА тест-систем является пористая структура гидрофобной PVDF-мембраны, которая ориентирует гидрофильные участки фосфолипидов и обеспечивает тем самым более плотное их распределение. Мембранная иммобилизация такого рода имитирует представление антигена на анионных фосфолипидах in vivo и может улучшить связывание антител.

Также тест является комплексным и позволяет детектировать не только к кардиолипину и бета-2-гликопротеину I, но и антитела к фосфатидилхолину, фосфатидилэтаноламину, фосфатидилглицеролу, фосфатидилиназитолу, фосфатидилсерину, аннексину V и протромбину IgG и IgM.

Антиген аутоантител и класс антител

Значение

Кардиолипин (дифосфатидил-глицерол) ,антитела класса IgG

Основной лабораторный показатель при АФС. Содержание антител в среднем и высоком титре указывает на наличие АФС.

Фосфатидная кислота,антитела класса IgG

Ассоциированы с АФС. Часто встречаются в сочетании с антителами к кардилипину и фосфатидилсерину.

Фосфатидилхолин ,антитела класса IgG

Ассоциированы с АФС. Часто встречаются в сочетании с антителами к кардилипину и фосфатидилсерину.

Фосфатидилэтаноламин, антитела класса IgG

Ассоциированы с АФС. Встречаются у 43% пациентов с АФС, в 5-17% отмечаются  изолированно. Являются маркером серонегативного АФС.

Фосфатидилглицерол, антитела класса IgG

Ассоциированы с АФС, часто отмечаются вместе с другими отрицательно-заряженными фосфолипидами

Фосфатидилинозитол, антитела класса IgG

Встречаются в сочетании с антителами к кардилипину и фосфатидилсерину. Являются доминантным маркером у молодых пациентов с церебральной ишемией, инсультом, мигренозными головными болями.

Фосфатидилсерин, антитела класса IgG

Являются маркером серонегативного АФС, коррелируют с волчаночным антикоагулянтом, реже встречаются при инфекционной патологии.

Аннексин V, антитела класса IgG

Являются некритериальным маркером АФС, часто отмечаются у больных с акушерской патологией на фоне аутоиммунных заболеваний. Тест целесообразен для анализа причины невынашивания.

Бета-2 гликопротеин 1, антитела класса IgG

Лабораторный критерий АФС. Содержание антител в среднем и высоком титре указывает на наличие АФС. Антитела класса IgGотмечаются у больных с высоким риском артериальных тромбозов.

Протромбин, антитела класса IgG

Ассоциированы с клиническими проявлениями АФС и волчаночным антикоагулянтом.  Отмечаются у больных с высоким риском тромбозов.

Кардиолипин (дифосфатидил-глицерол),  антитела класса IgM

Лабораторный критерий АФС. Содержание антител в среднем и высоком титре указывает на наличие АФС. Антитела класса IgM отмечаются у пациентов с риском венозных тромбозов.

Фосфатидная кислота,  антитела класса IgM

Ассоциированы с АФС. Часто встречаются в сочетании с антителами к кардилипину и фосфатидилсерину.

Фосфатидилхолин,  антитела класса IgM

Ассоциированы с АФС. Часто встречаются в сочетании с антителами к кардилипину и фосфатидилсерину.

Фосфатидилэтаноламин,  антитела класса IgM

Ассоциированы с АФС. Встречаются у 43% пациентов с АФС, в 5-17%  — изолированно. Являются маркером серонегативного АФС.

Фосфатидилглицерол,  антитела класса IgM

Ассоциированы с АФС.

Фосфатидилинозитол, антитела класса IgM

Встречаются в сочетании с антителами к кардилипину и фосфатидилсерину. Являются доминантным маркером у молодых пациентов с церебральной ишемией

Фосфатидилсерин,  антитела класса IgM

Являются маркером серонегативного АФС, коррелируют с волчаночным антикоагулянтом, реже встречаются при инфекционной патологии.

Аннексин V,  антитела класса IgM

Являются некритериальным маркером АФС. Тест целесообразен для анализа причины невынашивания у больных с аутоиммунными заболеваниями.

Бета-2 гликопротеин 1,  антитела класса IgM

Лабораторный критерий АФС. Содержание антител в среднем и высоком титре указывает на наличие АФС.

Протромбин, антитела класса IgM

Ассоциированы с клиническими проявлениями АФС и волчаночным антикоагулянтом.

 

Документы

особенности течения у беременных и варианты терапии

В настоящей работе представлен обзор данных о беременности при некоторых ревматических заболеваниях с акцентом на антифосфолипидный синдром (АФС). АФС представляет собой системное аутоиммунное заболевание, связанное с тромбозами сосудов и/или повторными эпизодами гибели плода в условиях стабильно повышенного уровня антифосфолипидных антител. Антифосфолипидные антитела – это гетерогенная группа антител, которые реагируют на фосфолипиды, фосфолипид-связывающие белки и комплексы фосфолипидов с белками. Антифосфолипидные антитела могут оказывать влияние на рост и развитие плода, и это воздействие может проявляться на любой стадии беременности. Проанализированы факторы, влияющие на исход беременности, развитие неонатальной патологии, оценены риски возможных осложнений ревматических заболеваний у данной категории пациентов. Особое внимание уделено вопросам планирования и подготовки к беременности. Тактика ведения беременных с АФС, режим дозирования во многом зависят от предшествующего анамнеза (наличия/отсутствия неплацентарных тромбозов, количества спонтанных абортов, предшествующей терапии). В связи с этим в статье определены клинические группы с различными видами терапии.
Следует отметить, что некоторые обсуждаемые средства медикаментозного лечения не являются одобренными национальными регулирующими органами (Росздравнадзор, FDA и др.) и, как правило, в реальной клинической практике назначаются без официальных показаний («off label»).

Ключевые слова: антифосфолипидный синдром, беременность, профилактика обострений.

Для цитирования: Трофимов Е.А., Трофимова А.С. Антифосфолипидный  синдром: особенности течения у беременных и варианты терапии // РМЖ. 2016. № 15. С. 1032–1036.

Для цитирования: Трофимов Е.А., Трофимова А.С. Антифосфолипидный синдром: особенности течения у беременных и варианты терапии. РМЖ. Мать и дитя. 2016;24(15):1032-1036.

The course of antiphospholipid syndrome during pregnancy and its therapy
Trofimov E.A., Trofimova A.S.

I.I. Mechnikov North-West State Medical University, St. Petersburg

The paper reviews the data on the course of the pregnancy in certain rheumatic diseases, in particular, in antiphospholipid syndrome (AFS). AFS is a systemic autoimmune disorder which is characterized by chronic increase in antiphospholipid antibody levels and manifests itself as vascular thrombosis and/or recurrent fetal loss. Antiphospholipid antibodies are a heterogeneous group antibodies reactive against phospholipids, phospholipid-binding proteins, and phospholipid-protein complexes. Antiphospholipid antibodies affect fetal growth and development during each each stage of the pregnancy. The factors which affect pregnancy outcome and neonatal pathology are analyzed. The risks of potential complications of rheumatic diseases in these patients are evaluated. Special attention is given to the planning and preparing for pregnancy. Management of pregnancy in AFS and dosing regimen mainly depend on medical history, i.e., non-placental thrombosis, the number of spontaneous abortions, and prior therapy. Considering this, clinical groups with different therapy were described in the paper. It should be noted that some of the drugs under discussion are not approved by national regulatory authorities (Russian Federal Service for Surveillance on Consumer Rights Protection and Human Wellbeing, Food and Drug Administration etc.) and are generally prescribed for an off-label use in real-world clinical practice.

Key words: antiphospholipid syndrome (AFS), pregnancy, prevention of exacerbations.

For citation: Trofimov E.A., Trofimova A.S. The course of antiphospholipid syndrome during pregnancy and its therapy // RMJ. 2016. № 15. P. 1032–1036.

Статья посвящена особенностям течения антифосфолипидного синдрома у беременных и вариантам терапии

    Беременность существенным образом влияет на иммунную систему матери: депрессия клеточного звена иммунитета, повышенная секреция иммуноглобулинов, снижение функции лимфоцитов вследствие экспрессии особых белков PSP (pregnancy-specific proteins). Все эти преобразования направлены на выживание плода. Процессы изменения цитокинового профиля Т-хелперов 2 типа являются доминирующими в поддержании «иммунотолерантности» при беременности и могут влиять на различные аутоиммунные заболевания. Существует ряд феноменов, с помощью которых можно увидеть влияние ревматической патологии на беременность, и наоборот. Процессы эти носят разнонаправленный характер: с одной стороны,  может отмечаться как дебют системного аутоиммунного заболевания (САЗ), так и обострение существующей патологии (например, вспышка люпус-нефрита), с другой стороны, описаны многочисленные случаи ремиссии, индуцированной беременностью, у пациенток с ревматоидным артритом. Кроме того, аутоиммунная дисфункция, характерная для САЗ, наличие антифосфолипидных антител (АФА) могут привести к повышению риска выкидыша, гибели плода и преэклампсии. Трансплацентарный транспорт патологических макромолекул, особенно анти-Ro/La или SS-A, SS-B антител,  напрямую влияет на плод  и повышает вероятность развития неонатальной волчанки. Наконец, высокая иммуновоспалительная активность, поражение внутренних органов в рамках САЗ могут оказать существенное влияние на показатели материнской и фетальной смертности.
    Беременность вызывает множество физиологических изменений в организме матери помимо дисфункции иммунной системы. Так, отмечается значительное увеличение объема циркулирующей крови (до 40–45%), что может усугубить течение заболеваний почек или сердечно-сосудистой системы. Скорость клубочковой фильтрации (СКФ) увеличивается примерно на 50% при нормальном течении беременности, поэтому у пациентки с предшествующей протеинурией почти наверняка будет отмечаться некоторое увеличение количества белка в моче. В результате изменений коагуляционного звена гемостаза, активности тромбоцитов, фибринолиза, венозного стаза, компрессии сосудов беременной маткой, вынужденного постельного режима повышается вероятность тромботических осложнений. Отмечаются отек и кровоточивость десен, желудочно-пищеводный рефлюкс, значительные потери костной массы из-за беременности,  лактации, а также возможного применения глюкокортикостероидов (ГКС). Таким образом, даже нормальная беременность может усугубить течение САЗ.
    Физиологические или патологические изменения, в т. ч. вызванная беременностью гипертензия, могут также имитировать активность САЗ, что представляет собой определенные трудности при проведении дифференциального диагноза. Например, покраснение или гиперпигментацию лица легко спутать с  центробежной скуловой сыпью по типу «бабочки». Ладонная эритема у беременных может выглядеть, как кожный васкулит. Физиологический лейкоцитоз, анемия и низкий уровень тромбоцитов вследствие гемодилюции, распространенной у  беременных, могут имитировать гематологические проявления САЗ. В результате повышения уровня фибриногена, анемии может отмечаться ускорение скорости оседания эритроцитов, и данный параметр не может быть объективным маркером активности заболевания. Многие женщины предъявляют жалобы на диффузные артралгии, боли в мышцах и костях, особенно во время первой беременности. Гипертензия, протеинурия, почечная недостаточность и отеки, связанные с гестозом, могут имитировать различные заболевания или их обострение, включая волчаночный нефрит, острую склеродермическую нефропатию, рецидив васкулита, некротизирующего гломерулонефрита. HELLP-синдром  – вариант преэклампсии,  характеризующийся низким количеством тромбоцитов, повышенным уровнем печеночных ферментов, гемолизом, болью в животе, может имитировать системную красную волчанку (СКВ) или обострение системного васкулита. Наконец, эклампсию, которая включает в себя судорожный синдром или нарушение мозгового кровообращения, можно спутать с поражением центральной нервной системы при СКВ или нейроваскулитом. 

    Антифосфолипидный синдром
    В начале 1950-х гг. антифосфолипидный синдром (АФС) был описан как вариант СКВ или волчаночноподобного синдрома. Однако очень скоро было установлено, что связь между гиперпродукцией АФА и тромботическими нарушениями наблюдается в отсутствие достоверных клинических и серологических признаков СКВ или какого-либо другого ведущего заболевания. Для определения этой новой нозологической формы был предложен термин «первичный антифосфолипидный синдром». 
     Разработка методов радиоиммунологического (1983) и иммуноферментного анализа для определения антител к кардиолипину способствовала расширению исследований, касающихся роли АФА при заболеваниях человека. Оказалось, что эти антитела являются серологическим маркером своеобразного симптомокомплекса, включающего венозные и/или артериальные тромбозы, различные формы акушерской патологии (в первую очередь привычное невынашивание беременности), тромбоцитопению, а также другие разнообразные неврологические, кожные, сердечно-сосудистые, гематологические нарушения. В 1986 г. G. Hughes et al. предложили обозначать этот симптомокомплекс как АФС. В 1994 г. на VI международном симпозиуме, посвященном изучению АФА, было предложено называть АФС синдромом Hughes – по имени английского ревматолога, впервые описавшего его и внесшего наибольший вклад в разработку этой проблемы.
    В 2006 г. в Сиднее произошел последний пересмотр критериев этого заболевания. Несколько изменена была трактовка клинических проявлений, в лабораторные критерии добавлены антитела к бета-2 гликопротеину I (АБ2ГП) (табл. 1). На основе австралийских критериев в настоящее время строится практическая диагностика АФС.

    Клинический спектр проявлений, которые связывают с АФС, достаточно широк: мигрень, артриты/артралгии, легочная гипертензия, livedo reticularis, язвы ног и др. Хотя большинство из них не были включены в итоговые критерии диагностики АФС от 2006 г., место этих феноменов  активно обсуждается в литературе.
    Потеря беременности является частым осложнением АФС в акушерской практике, кроме того, обращает на себя внимание тот факт, что преэклампсия и эклампсия часто встречаются при сочетании АФС и СКВ. HELLP-синдром в сочетании с циркуляцией АКЛА  протекает тяжелее и часто встречается во II, а не III триместре. Риск развития инфаркта печени у пациентов с HELLP-синдромом, ассоциированным с АКЛА, увеличивается в 30 раз по сравнению с таковым при серонегативном  варианте HELLP-синдрома [2]. Кроме того,  при АФС  часто развиваются другие множественные тромботические осложнения, которые требуют более агрессивного лечения, чем у пациентов с традиционным течением HELLP-синдрома. Сама по себе беременность является фактором риска развития гиперкоагуляции, и при появлении АФС вероятность тромбозов у матери существенно увеличивается. В редких случаях во время беременности может формироваться катастрофический АФС: в проанализированных работах было выявлено 15 случаев, характерной особенностью которых явился тот факт, что почти половина пациенток до этого имела в анамнезе латентно протекающий АФС [3]. Пациентки могут иметь и другие гематологические осложнения АФС, такие как выраженная тромбоцитопения во II и III триместрах беременности.
    Наиболее распространенными нежелательными явлениями, связанными с АФС у беременных, являются преждевременные роды и задержка внутриутробного развития. Преждевременные роды наиболее часто встречаются у пациенток, у которых есть сочетание АФС и СКВ, а заболеваемость колеблется от 10 до 40%. В одном исследовании авторы попытались определить причины неблагоприятных неонатальных исходов (преждевременные роды, задержка внутриутробного развития, низкая оценка по шкале Апгар). Такими факторами явились присутствие ВАК, АКЛА, АБ2ГП антител, наличие в анамнезе сосудистых тромбозов перед беременностью. При отсутствии этих факторов (даже при наличии предшествующего отягощенного акушерского анамнеза) отмечался более благоприятный неонатальный исход [4].
    В редких случаях у плода или  новорожденного формируются тромбозы вследствие трансплацентарного транспорта АФА. В таких случаях речь может идти о наличии  неонатального АФС [5]. Риск тромбозов в данной когорте пациентов уменьшается вместе со снижением концентрации материнских АФА, однако в дальнейшем отмечаются затруднение обучаемости, снижение памяти и других когнитивных функций. В настоящее время существуют регистры (European registry to babies born to mothers with antiphospholipid syndromе) по наблюдению за отдаленными нейропсихическими последствиями неонатального АФС [6].
    ВАК, по-видимому, является наиболее важным фактором риска неблагоприятного исхода беременности, в т. ч. ее потери.  В настоящее время способы определения концентрации ВАК являются нестандартизованными в отличие от тестов, связанных с определением антикардиолипинов и бета-2 гликопротеина I. В настоящее время завершается многоцентровое проспективное наблюдательное исследование PROMISSE, основная цель которого – наблюдение за АФС-позитивными и СКВ-ассоциированными беременными женщинами. Недавний анализ промежуточных данных установил, что только уровень ВАК  является единственным лабораторным маркером АФС, связанным  с такими неблагоприятными исходами беременности, как интранатальная гибель плода, задержка внутриутробного развития и преждевременные роды [7]. С другой стороны, появляются данные о том, что только совокупность ВАК, АКЛА и АБ2ГП у конкретной пациентки является предиктором интранатальной гибели плода [8]. Эта информация несколько обнадеживает тех пациенток, которые имеют низкий или умеренный титр АКЛА, АБ2ГП. Для своевременной оценки риска тромбозов у пациенток с АФС необходимо проводить тщательный скрининг на наличие маркеров наследственной тромбофилии (гены фибринолиза: PAI-I, PLAT; гены тромбоцитарных рецепторов: ITGA2, ITGB3, Gplba; гены системы свертывания крови: Fl, F2, F5, F7), наличие гипергомоцистеинемии [8–10]. В последнее время появляются данные о взаимосвязи  изменения уровня комплемента в сыворотке во время беременности и неблагоприятных исходов. Интерпретация этого феномена представляется весьма затруднительной: при эклампсии и первичном АФС возможно повышение титра, а при СКВ и  вторичном АФС  – гипокомплементемия. Комплемент является важным прогностическим фактором неблагоприятного исхода беременности и смертности в мышиной модели АФС [11],  представляется вероятным, что активация  системы комплемента играет такую же негативную роль и в человеческой популяции.

     Рекомендации по ведению беременных женщин с АФС
    Своевременное становление лечения акушерского АФС относится к 1980–1985 гг. , когда пациентки с наличием АКЛА, ВАК и акушерскими неудачами стали получать ГКС (преднизолон) и ацетилсалициловую кислоту (АСК) в небольших дозах. Более того, дозу ГКС постепенно увеличивали вплоть до достижения ВАК или другими маркерами АФС приемлемых уровней. В 1990-х гг. исследования показали, что низкие дозы гепарина в сочетании с малыми дозами АСК оказались столь же эффективными, как ГКС, но с  гораздо меньшим количеством побочных эффектов. На сегодняшний момент комбинация антитромбоцитарных препаратов и прямых антикоагулянтов является стандартной: дозировка низкомолекулярного гепарина (НМГ)  обычно – 40 мг эноксапарина ежедневно, некоторые специалисты используют 30 мг 2 р./сут, доза для нефракционированного гепарина (НФГ) обычно – 5000 ЕД 2 р./сут [12].
    Исследования показывают, что  сочетание низких доз гепарина и низких доз АСК более эффективно, чем монотерапия АСК [13], с успешностью около 75% против 40%. Не получено принципиальных  отличий между малыми и высокими дозами антикоагулянтов, а также НФГ и НМГ  гепарина [14, 15]. Такой вид терапии относится к первой линии и является наиболее эффективным в плане профилактики потери беременности на ранних сроках [16].
    Терапия второй линии включает в себя применение внутривенного человеческого иммуноглобулина (ВВИГ). Некоторые эксперты на этом этапе рекомендуют увеличение дозы гепарина до  общетерапевтических доз. В единственном контролируемом исследовании с использованием ВВИГ не было получено достоверного улучшения исходов беременности. Однако существует значительное количество неконтролируемых исследований, опубликованных клинических случаев с блестящим эффектом при комбинированном применении ВВИГ, низких доз АСК и НМГ. При дальнейшем повышении уровня АКЛА, ВАК с успехом может применяться плазмаферез. Наиболее перспективными методами лечения АФС в будущем являются ингибирование комплемента [11], а также применение средств генно-инженерной биологической терапии [17].
    Лечение средними/высокими дозами ГКС в настоящее время практически не применяется из-за отсутствия доказательств их эффективности и негативного воздействия на организм как матери, так и плода. Применение ГКС оправданно, только если АФС развивается на фоне какого-то заболевания (СКВ, болезни Шегрена и др.). Использование ГКС в этих случаях направлено на лечение не АФС, а основного заболевания.
    В послеродовом периоде антикоагулянтная терапия должна быть продолжена на срок от 6 до 8 нед. даже у пациенток без тромбозов в анамнезе.
    Тактика ведения беременных с АФС, режим дозирования во многом зависят от предшествующего анамнеза (наличия/отсутствия неплацентарных тромбозов, количества спонтанных абортов, предшествующей терапии). В связи с этим можно выделить следующие подгруппы:

    1. Пациентки только с серологическими маркерами АФС (без предшествующей беременности, с одним эпизодом необъяснимого спонтанного аборта до 10 нед. гестации), без тромбозов в анамнезе.
    Тактика ведения этой категории женщин заключается в применении малых доз АСК, которая назначается на весь период беременности и в течение 6 мес. после родоразрешения.
    При наличии у беременных высокопозитивных АКЛА (более 65 ЕД GPL) целесообразно назначение НМГ. Риск развития тромботических осложнений высок не только во время беременности, но и в послеродовом периоде (в течение 6 мес. после родов). При родоразрешении естественным путем целесообразно возобновление лечения НМГ в послеродовом периоде. В случае проведения кесарева сечения введение НМГ отменяется за 2—3 дня и возобновляется в послеродовом периоде с последующим переходом на прием непрямых антикоагулянтов.
    2. Пациентки с АФС без неплацентарных тромбозов в анамнезе и женщины с серологическими маркерами АФС и двумя или более необъяснимыми спонтанными абортами (до 10 нед. гестации) в анамнезе.
    Тактика ведения данной категории беременных заключается в сочетанном применении малых доз АСК (50–150 мг/сут) с момента зачатия до родоразрешения и НФГ (эноксапарина и др.) или НФГ (5000–10 000 ЕД каждые 12 ч) с момента документированной беременности и до родов. Через 12 ч после родов необходимо возобновить лечение НМГ, НФГ (или варфарином).
    Длительная терапия гепарином у беременных женщин может приводить к развитию остеопороза. Вследствие этого все беременные, получающие гепаринотерапию, обязательно должны принимать препараты кальция (1500 мг/сут) и витамина D3 (не менее 1000 МЕ/сут).
    3. Пациентки с АФС и неплацентарными тромбозами в анамнезе (получавшие варфарин до беременности).
Необходимо до 6 нед. беременности отменить варфарин. В последующем беременная принимает АСК в низких дозах в сочетании с НФГ.
    4. При неэффективности стандартной терапии в период следующей беременности применяют иммуноглобулин в/в 0,4 г/кг в течение 5 сут каждый месяц беременности.

Литература

1. Miyakis S., Lockshin M.D., Atsumi T. et al. International consensus statement on an update of the classification criteria for define antiphospholipid syndrome (APS) // J Thromb Haemost. 2006. Vol. 4. Р. 295–306.
2. Tsirigotis P., Mantzios G., Pappa V. et al. Antiphospholipid syndrome: a predisposing factor for early onset HELLP syndrome // Rheumatol Int. 2007. Vol. 28. Р. 171–174.
3. Gomez-Puerta J., Cervera R., Espinosa G. et al. Catastrophic antiphospholipid syndrome during pregnancy and puerperium: maternal and fetal characteristics of 15 cases // Ann Rheum Dis. 2007. Vol. 66. Р. 740–746.
4. Ruffatti A., Calligaro A., Hoxha A. et al. Laboratory and clinical features of pregnant women with antiphospholipid syndrome and neonatal outcome // Arthritis Care Res. 2010. Vol. 62. Р. 302–309.
5. Boffa M.C., Lachassinne E. Infant perinatal thrombosis and antiphospholipid antibody: a review // Lupus. 2007. Vol. 16. Р. 634–641.
6. Mekinian A., Lachassinne E., Nicaise-Roland P. et al. European registry to babies born to mothers with antiphospholipid syndrome // Ann Rheum Dis. 2013. Vol. 72. Р. 217–222.
7. Lockshin M.D., Kim M., Laskin C.A. et al. Prediction of adverse pregnancy outcome by the presence of lupus anticoagulant, but not anticardiolipin antibody, in patients with antiphospholipid antibody // Arthritis Rheum. 2012. Vol. 64. Р. 2311–2318.
8. Ruffatti A., Tonello M., DelRoss T. et al. Antibody profile and clinical course in primary antiphospholipid syndrome with pregnancy morbidity // Thromb Haemost. 2006. Vol. 96. Р. 337–341.
9. Danowski A., de Azevedo M.N., de Souza Papi J.A. et al. Determinants of risk for venous and arterial thrombosis in primary antiphospholipid syndrome and antiphospholipid syndrome with systemic lupus erythematosus // J Rheumatol. 2009. Vol. 36. Р. 1195–1199.
10. Gris J.C., Perneger T.V., Quere I. et al. Antiphospholipid/antiprotein antibodies, hemostasis-related autoantibodies, and plasma homocysteine as risk factors for a first early pregnancy loss: a matched case-control study // Blood. 2003. Vol. 102. Р. 3504–3513.
11. Salmon J.E., Girardi G., Holers N.M. Activation of complement mediates antiphospholipid antibody-induced pregnancy loss // Lupus. 2003. Vol. 12. Р. 535–538.
12. Cowchock F.S., Reece E.A., Balaban D. et al. Repeated fetal losses associated with antiphospholipid antibody: a collaborative randomized trial comparing prednisone with low-dose heparin treatment // Am JObstet Gynecol. 1992. Vol. 166. Р. 1318–1323.
13. Rai R., Cohen H., Dave M. et al. Randomized controlled trial of aspirin and aspirin plus heparin in pregnant women with recurrent miscarriage associated with phospholipid antibody (or antiphospholipid antibody) // BMJ. 1997. Vol. 314. Р. 253–256.
14. Kutteh W.H. Antiphospholipid antibody-associated recurrent pregnancy loss: treatment with heparin and low-dose aspirin is superior to low-dose aspirin alone // Am J Obstet Gynecol. 1996. Vol. 174. Р. 1584–1589.
15. Ziakas P.D., Pavlou M., Voulgarelis M. Heparin treatment in antiphospholipid syndrome with recurrent pregnancy loss: a systematic review and meta-analysis // Obstet Gynecol. 2010. Vol. 115. Р. 1256–1261.
16. Mak A., Cheung M.W.L., Cheak A.A.C. et al. Combination of heparin and aspirin is superior to aspirin alone in enhancing live births in patients with recurrent pregnancy loss and positive anti-phospholipid antibodies: a meta-analysis of randomized controlled trials and meta-regression // Rheumatology. 2010. Vol. 49. Р. 281–288.
17. Fishman P., Falach-Vaknine E., Zigelman R. et al. Prevention of fetal loss in experimental anti-phospholipid syndrome by in vitro administration of recombinant interleukin-3 // J Clin Invest. 1993. Vol. 41. Р. 1834–1877.





Контент доступен под лицензией Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная.

Предыдущая статья

Следующая статья


Антифосфолипидный синдром: возникновение, симптомы, лечение

Антифосфолипидный синдром (АФС) – это аутоиммунное заболевание, которое характеризуется повышением в организме антител к фосфолипидным элементам клеточных мембран. Увеличение антител приводит к повышению свертываемости тромбоцитов и образованию тромбов, за счет уменьшения в крови веществ, разрушению клеток-тромбоцитов и тромбоцитопении, анемии.

При заболевании поражаются крупные и мелкие сосуды, вызывая артериальные и венозные тромбозы, а также АФС вызывает различные патологические состояния при беременности (невынашивание, гестоз и т.д.), нарушения в работе сердечных клапанов, недостаточность сердца и почек, ишемическую болезнь, артериальную гипертензию, нарушения неврологического характера и другие патологии.

Причины возникновения и классификация АФС

На данный момент причины возникновения антифосфолипидного синдрома недостаточно изучены. Различают следующие типы АФС:

  • Первичный возникает как самостоятельное заболевание, и причины его возникновения точно не определены. Довольно часто первичный АФС диагностируется при наследственной предрасположенности к развитию болезни.
  • Вторичная форма болезни развивается как следствие развития основного заболевания. АФС может возникнуть при аутоиммунных, ревматических, онкологических или инфекционных заболеваниях, приеме медпрепаратов.

Симптомы и диагностика заболевания

Клинических проявлений развития болезни может быть множество и довольно часто они маскируются под другие заболевания. Но всегда патология характеризуется возникновением тромбозов различных сосудов (чаще всего венозных), что в зависимости от размера и расположения сосуда приводит к нарушению кровоснабжения органа или области организма. Поражение мелких сосудов не вызывает явных признаков патологии, но с течением времени приводит к серьезному поражению органа.

При антифосфолипидном синдроме происходит поражение ЦНС, возникает недостаточность сердца, печени или почек, заболевания сердечнососудистой системы, желудочно-кишечного тракта, кожных покровов и т.д. Особенно опасен АФС во время беременности. Тромбоз сосудов плаценты приводит к привычному невынашиванию, преждевременным родам, отслойке плаценты, гестозу и другим нарушениям течения беременности.

Диагностика заболевания довольно сложна и постановка диагноза ведется с учетом как клинических проявлений заболевания (тромбозы сосудов, невынашивание беременности, характерное поражение кожи, анемия и др. ). Так и данных лабораторных исследований (повышенное количество антител к фосфолипидам IgG или IgM, признаки анемии, повышенный уровень СОЭ и лейкоцитов, при уменьшении количества тромбоцитов и другие показатели).

Лечение антифосфолипидного синдрома в отделении гравитационной хирургии крови

При лечении АФС необходим системный подход. Наряду с применением медикаментозной терапии в отделении гравитационной хирургии крови используются специальные лечебные процедуры: плазмаферез, каскадная плазмофильтрация, внутривенное облучение крови, внутривенная озонотерапия.

  1. Плазмаферез (дискретный и мембранный). Применяется для очищения плазмы крови от патологических иммунных комплексов, антител, антигенов, токсинов, гормонов, липидов или белков. Поимо очищения крови процедура благоприятно влияет на способность организма отвечать на медикаментозное лечение.

    На курс лечения в зависимости от тяжести заболевания потребуется от 3 до 5 процедур. В процессе первой процедуры очищается кровь, второй – межклеточная жидкость, третьей – патологические компоненты выводятся из клеток.

  2. Каскадная плазмофильтрация. В процессе процедуры кровь пациента пропускается через специальный аппарат, в котором она разделяется на компоненты крови – плазму и клетки крови. Далее плазма очищается от патогенных элементов и вместе с клетками вводится в кровоток.

  3. Внутривенное лазерное облучение крови (ВЛОК). Во время процедуры кровь очищается непосредственно в кровяном русле с помощью лазерного оптического волновода со спектром волны (630 нм), который помещается в легкодоступную вену. ВЛОК помогает рассасыванию микротромбов, снижает повышенную вязкость крови, повышает уровень кислорода в тканях, обладает противовоспалительным, антивирусным и антибактериальным действием.

  4. Внутривенная озонотерапия. Сеансы озонотерапии оказываю общеукрепляющее действие на организм, повышает снабжение тканей кислородом, очищает кровь и улучшает ее циркуляцию, выводят вредные и токсичные продукты обмена веществ, облают противовоспалительным действием. При АФС рекомендовано внутривенное введение физиологического раствора обогащенного озонокислородной смесью.

При правильном и адекватном лечении АФС (медикаментозной терапии в сочетании со специальными процедурами очищения крови, а также при регулярно контроле уровня антител в крови) можно добиться стойкой ремиссии заболевания, а также контролировать благоприятный исход течения беременности.

Что лечит врач гематолог?

Врач-гематолог занимается вопросами патологий, связанных с заболеваниями крови, диагностикой и лечением заболеваний, связанных с кровью. В клинике «Феминамед» работает врач-гематолог Марюшина Марина Александровна. В ее компетенции — лечение бесплодия, консультации женщин, планирующих стать мамами, а также ведение беременных пациенток с гематологическими проблемами.

С какими проблемами обращаются к врачу-гематологу?

Гематологические нарушения у беременных

Заболевания крови у беременных влекут за собой появление патологий , что может закончится прерыванием беременности. Самыми часто встречающимися проблемами являются: анемия, нарушенный гемостаз, лейкоцитоз, лимфома.

Антифосфолипидный синдром

Этот недуг связан с присутствием в крови антител АФА, которые атакуют протеины, повреждают мембраны клеток. Результатом антифосфолипидного синдрома становятся тромбозы, осложнения в период вынашивания ребенка и риски прерывания беременности или отсутствие развития плода.

Наследственные тромбофилии

Тромбофилия может быть наследственной и приобретенной. Генетическая патология передается от родителей и долгое время может протекать в латентной форме, никак себя не проявляя. При этом тромбофилия очень опасна во время беременности, так как образование сгустков крови нарушает транспортировку кислорода и питательных веществ через плаценту, необходимых ребенку. Диагностировать патологию нужно на этапе планирования беременности, чтобы избежать серьезных проблем после зачатия.

Геморрагические синдромы

Патологии связаны с проблемами свертываемости крови. У пациенток возможны внешние и внутренние кровотечения, повышенная кровоточивость разной продолжительности и интенсивности.

К врачу-гематологу направляют женщин в положении при риске невынашивания беременности, а также пациенток тяжелым течением предыдущих беременностей (с тяжелыми гестозами, отслойками плаценты, угрозой прерывания беременности, замершими беременностями и т. д.). Гематолог проводит обследование и консультирует женщин, страдающих первичным или вторичным бесплодием.

Записаться на прием к врачу-гематологу Марюшиной Марине Александровне в клинике «Феминамед» вы можете по телефону: +7 (861) 205 05 86.

Плазмоферез

Во II акушерском отделении патологии беременности применяются эфферентные методы терапии – мембранный плазмаферез на одноугольном аппарате «Гемос-ПФ».

 

Плазмаферез применяется более чем при 100 различных заболеваниях и синдромах. В частности, в акушерстве и гинекологии данный метод лечения применяется в следующих случаях: в терапии пациенток с антифосфолипидным синдром (АФС), в терапии привычного невынашивания беременности, при гестозах беременных, в комплексном лечении генитальных инфекций, при синдроме гиперстимуляции яичников, в комплексном лечении хронических рецидивирующих сальпингоофоритов, в сочетании с ультрафиолетовым облучением крови у женщин с хроническими воспалительными заболеваниями матки и придатков, в подготовке больных с трубно-перитонеальным бесплодием к  программе экстракорпорального оплодотворения и переносу эмбриона в полость матки, в лечении холестатического гепатоза беременных, при акушерском сепсисе, при резус-конфликте во время беременности и т. д.

 

Среди специфических эффектов плазмафереза выделяют детоксикацию,

коррекцию реологических свойств крови, иммунокоррекцию, повышение

чувствительности к эндогенным веществам и медикаментозным препаратам.

Детоксикационный эффект достигается не только путем элиминации экзогенных и эндогенных токсичных субстанций, но и посредством антиоксидантного действия вследствие активации процессов биотрансформации промежуточных метаболитов, эндотоксинов бактерий до конечных продуктов. Действие плазмафереза, корригирующее реологические свойства крови, реализуется путем влияния на все звенья системы гемостаза: плазменное, клеточное, сосудистое. Плазмаферез можно проводить в дискретном или непрерывном режиме с

использованием в качестве плазмозамещающих растворов кристаллоидных,

коллоидных и белковых препаратов.

 

В терапии больных с АФС особое значение приобретает удаление в процессе процедуры антифосфолипидиых аутоантител, иммунных комплексов, иммуногенных плазменных белков, аутоантигенов, что позволяет снизить активность aутоиммунного процесса. Под действием плазмафереза изменяются функциональные свойства мембран клеток, в частности, повышается деформируемость и снижаются агрегационные свойства эритроцитов и тромбоцитов, что особенно важно у больших с АФС, ввиду наличия у большинства из них выраженной гиперкоагуляции. Плазмаферез может быть использован как в качестве подготовки к беременности, так и во время нее.

 

Плазмаферез является эффективным и безопасным методом лечения внутрипеченочного холестаза беременных. Плазмаферез проводится с целью детоксикации, иммуно и реокоррекции крови, пролонгирования беременности, улучшения состояния плода.

 

Плазмаферез  используется при комплексном лечении гестоза. Плазмаферез применяется с целью нормализации микроциркуляции и реологии крови; удаления из крови среднемолекулярных токсинов, иммунных и фибрин-мономерных комплексов, ингибиторов эритропоэза; стимуляции антитромбиновой активности, фибринолиза; нормализации проницаемости базальной мембраны клубочков почек и, тем самым, снижения протеинурии и нормализации протеинограммы; пролонгирования беременности; подготовки к родоразрешению; устранения полиорганных нарушений; предупреждения развития тяжелого гестоза.

 

Плазмаферез используется в комплексном лечении привычного невынашивания беременности. Плазмаферез применяется с целью нормализации микроциркуляции и реологии крови; удаления из крови среднемолекулярных токсинов, иммунных и фибрин-мономерных комплексов, ингибиторов эритропоэза; стимуляции антитромбиновой активности, фибринолиза; нормализации кровообращения в системе мать-плацента-плод; пролонгирования беременности; подготовки к родоразрешению; устранения полиорганных нарушений; предупреждения развития тяжелой плацентарной недостаточности и гипотрофии плода.

Антифосфолипидный синдром (APS) | Tommy’s

Что такое антифосфолипидный синдром (АФС)?

Антифосфолипидный синдром — это заболевание иммунной системы, повышающее риск образования тромбов. Иногда его называют синдромом Хьюза.

Если у вас APS, у вас более высокий риск развития:

  • Тромбоз глубоких вен (ТГВ), тромб, который обычно образуется в ноге
  • артериальный тромбоз (сгусток в артерии), который может вызвать инсульт или сердечный приступ
  • тромбов в головном мозге, что может привести к проблемам с балансом, подвижностью, зрением, речью и памятью.

Как антифосфолипидный синдром может повлиять на беременность?

APS также был связан с осложнениями беременности, в том числе:

Звучит пугающе, но помните, что APS поддается лечению. При правильном лечении и уходе у большинства женщин с АФС наступает успешная беременность. APS также является одной из наиболее поддающихся лечению причин повторного выкидыша.

Если вам нужна эмоциональная поддержка

Не скрывайте своих чувств и не страдайте молча. Ты не одинок.Расскажите партнеру, семье или друзьям о своих чувствах. Ваш терапевт может помочь вам получить любую необходимую профессиональную поддержку, и благотворительная организация APS Support UK также может помочь.

Вы также можете бесплатно поговорить с акушеркой Томми по телефону 0800 014 7800 (с понедельника по пятницу, с 9:00 до 17:00) или написать нам по адресу [электронная почта защищена].

Как лечится АФС при беременности?

К сожалению, лекарства от APS нет. Лечение во время беременности направлено на поддержание здоровья вас и вашего ребенка за счет максимального снижения риска осложнений.

Если вам не был поставлен диагноз APS

Если у вас были повторные или поздние выкидыши, вы можете пройти тестирование, чтобы попытаться выяснить причину. Это может включать тест на APS.

Ваш врач расскажет вам о вашей истории болезни. Они спросят, было ли у вас:

  • 1 или несколько подтвержденных тромбов
  • 1 или более поздних невынашиваний по необъяснимой причине на 10 неделе беременности или после нее
  • 1 или несколько преждевременных родов на 34 неделе беременности или ранее
  • 3 или более необъяснимых ранних выкидыша до 10 недели беременности.

Вам также нужно будет сдать анализ крови на наличие аномальных антифосфолипидных антител, повышающих риск образования тромбов. Если у вас есть два отклоняющихся от нормы результата анализа крови с промежутком не менее 12 недель между ними, вам будет поставлен диагноз АФС.

Если вам был поставлен диагноз АФС до беременности

Лучшее, что вы можете сделать, это поговорить со своим терапевтом или специалистом, прежде чем забеременеть. Это связано с тем, что лечение, необходимое для обеспечения наилучших шансов на успешную беременность, наиболее эффективно, когда оно начинается как можно раньше.Некоторые лекарства, используемые для лечения APS, также могут нанести вред нерожденному ребенку, поэтому ваш врач захочет пересмотреть ваши лекарства, прежде чем вы забеременеете. Не прекращайте прием лекарств до посещения врача.

Иногда дела идут не по плану. Если у вас есть APS и вы не разговаривали со своим лечащим врачом до беременности, постарайтесь не беспокоиться. Как можно скорее поговорите со своим терапевтом или специалистом.

Ваш уход во время беременности

Из-за риска таких осложнений, как преэклампсия и задержка внутриутробного развития, вы должны находиться под тщательным наблюдением на протяжении всей беременности.

Вы будете рассматриваться как беременная с высоким риском, и вам будет предоставлен индивидуальный уход, основанный на вашем личном медицинском анамнезе, истории беременности и факторах риска.

Вам будет оказываться медицинская помощь под руководством врача, хотя акушерская бригада по-прежнему будет оказывать вам помощь. Скорее всего, у вас будет больше анализов крови, мочи и артериального давления, чем обычно. У вас также будет дополнительное сканирование, чтобы проверить рост вашего ребенка, а также кровоток через плаценту и пуповину к ребенку.

При неосложненной беременности иметь больше анализов и посещений дородового врача, чем ожидалось, может вызвать стресс.Но этот дополнительный уход поможет вашим врачам убедиться, что у вас безопасная и успешная беременность.

Лекарства

Вам будет предложено принимать ежедневные дозы аспирина или гепарина или их комбинации. Эти лекарства снижают вероятность свертывания крови, и их можно безопасно принимать во время беременности.

Варфарин не рекомендуется во время беременности, поскольку он несет небольшой риск возникновения врожденных дефектов. Однако, если вы принимаете варфарин для предотвращения свертывания крови, прекращать прием небезопасно.Его необходимо заменить на альтернативный препарат против свертывания крови, которым обычно является гепарин. Как можно скорее поговорите со своим терапевтом или специалистом, чтобы сменить лекарство безопасно.

Снижение риска образования тромбов при беременности

Есть несколько вещей, которые вы можете сделать, чтобы снизить риск образования тромбов и повысить ваши шансы на здоровую беременность и ребенка. К ним относятся:

Поскольку у вас более высокий риск, вас будут регулярно проверять на преэклампсию и сгустки крови.

Симптомы сгустка крови включают:

  • пульсирующая или схваткообразная боль, отек, покраснение и тепло в ноге или руке (может ощущаться как горячее пятно)
  • внезапная одышка, резкая боль в груди (может усиливаться при вдохе) и кашель или кашель с кровью.

Немедленно обратитесь к акушерке, врачу или в NHS 111, если вы считаете, что у вас есть тромб.

Движения вашего ребенка и APS

Поскольку существует более высокий риск мертворождения, также важно знать, как ребенок шевелится во время беременности.У вашего ребенка будет свой собственный паттерн движений, который вам следует усвоить. Вы должны продолжать чувствовать движение ребенка вплоть до начала схваток и во время родов.

Немедленно обратитесь к акушерке или родильному отделению, если вы считаете, что движения вашего ребенка замедлились, остановились или изменились.

Может ли APS повлиять на то, как я рожаю?

Если вы и ваш ребенок здоровы, возможны роды через естественные родовые пути. Ваша медицинская бригада может порекомендовать использовать электронный мониторинг плода (EFM).Это предполагает подключение к монитору, который непрерывно отслеживает сердцебиение вашего ребенка и ваши схватки.

Если есть какие-либо опасения по поводу вас или здоровья вашего ребенка, вам может потребоваться кесарево сечение.

После родов, если у вас АПС

Возможно, вам придется продолжать принимать лекарства в течение нескольких недель после родов, чтобы предотвратить образование тромбов.

Грудное вскармливание и APS

Гепарин безопасен для приема, если вы кормите грудью. Вам могут предложить варфарин после родов.Обычно вы можете принимать варфарин во время кормления грудью, но сначала вам следует обсудить это со своим специалистом, врачом или акушеркой.

Ваша фертильность после рождения

Вы можете забеременеть через 3 недели после родов, даже если вы кормите грудью и месячные больше не начались.

Если вы хотите завести еще одного ребенка, лучше всего поговорить со своим терапевтом или специалистом о том, когда вам лучше всего начать попытки. Важно использовать противозачаточные средства каждый раз, когда вы занимаетесь сексом, пока вы не поговорите со своим лечащим врачом.

Не все противозачаточные средства подходят для всех женщин после родов. Поскольку вы подвержены риску образования тромбов, вы не должны использовать следующее, по крайней мере, до 6 шести недель после рождения:

  • таблетки комбинированные
  • кольцо вагинальное
  • противозачаточный пластырь.

Обратитесь к акушерке, терапевту или патронажной сестре для получения дополнительной информации.

Дополнительная поддержка и информация

APS Support UK предоставляет поддержку всем, кто пострадал от APS в Великобритании.Их веб-сайт включает информационные бюллетени о жизни с APS и подробную информацию о специалистах в вашем районе (все направления должны проходить через вашего терапевта).

Как лечить женщину с антифосфолипидными антителами при беременности?

Устойчивое присутствие в плазме средних и высоких уровней антикардиолипиновых антител (aCL) класса IgG и / или IgM и / или волчаночного антикоагулянта (LAC) связано как с «повторяющейся потерей беременности», так и с венозным и артериальным тромбозом1. Клинико-серологическое заболевание, впервые описанное в начале 80-х годов у пациентов с системной красной волчанкой, было названо антифосфолипидным синдромом (APS).1 2 Признание того, что APS также встречается у здоровых людей, привело к появлению термина «первичный антифосфолипидный синдром». 3 Классические лабораторные маркеры APS, aCL и LAC относятся к семейству так называемых антифосфолипидных антител (aPL). Клинические исследования показывают, что APL связаны как с ранними потерями беременности, так и с гибелью плода на поздних сроках беременности, и что тромбоз плаценты и инфаркт являются частыми находками при внутриутробной смертности плода, связанной с APL.4 Исследования APS на животных моделях подтверждают причинную роль APL в потере беременности. .5 Проспективные клинические исследования подтвердили, что APL являются факторами риска потери беременности как у пациенток с системной красной волчанкой (60% против 13% выкидышей) 6, так и у здоровых первородящих женщин (16% против 7% выкидышей) 7. в анамнезе трех и более случаев выкидышей подряд постоянно положительные результаты тестов на aPL обнаруживаются у 15% 8, и в этих случаях частота последующей потери плода достигает 60–90% без специального лечения8. 9 Помимо того, что APL являются факторами риска гибели плода, они связаны с высокой частотой преэклампсии, задержкой внутриутробного развития, патологией плода и преждевременными родами.9 10

Лабораторные испытания

aCL выявляются с помощью иммуноферментных анализов (ELISA), в которых отрицательно заряженный фосфолипидный кардиолипин покрывают пластиковые планшеты, тогда как LAC относится к антителам, которые продлевают время свертывания фосфолипид-зависимых тестов коагуляции, конкурируя с факторами свертывания за связывание с каталитическая фосфолипидная матрица.11 aCL и антитела, вызывающие LAC, реагируют не с самими фосфолипидами, а с фосфолипид-связывающими белками плазмы (кофакторами).Установленными кофакторами являются β 2 гликопротеин I для aCL ELISA, и β 2 гликопротеин I и протромбин для антител, вызывающих LAC.11 Это объясняет более ранние представления о том, что aCL и LAC относятся к родственным, но не обязательно схожим антителам. Чтобы классифицировать пациента как имеющего APS, необходимо провести тесты как на aCL, так и на LAC2. Важно отметить, что разные лаборатории часто используют разные критерии для определения положительного результата теста на aCL или LAC. Специализированные лаборатории могут прийти к разумному соглашению по классификации выбранных образцов на нормальные, низкие, средние и высокие положительные для уровней aCL, 12 но ситуация хуже в повседневной практике, когда используются разные пороговые значения для положительности и часто отмечаются серьезные межлабораторные различия. .13 14 Есть надежда, что по крайней мере часть методологических проблем с aCL ELISA будет решена, когда стабильные стандарты для измерения aCL, такие как недавно описанные конструкции химерных антител, 15 найдут универсальное применение. Для выявления LAC доступны международно признанные руководящие принципы, которые касаются сбора и обработки тестовой плазмы с низким содержанием тромбоцитов, а также этапов скрининга и подтверждения в тестах коагуляции, 16 но многие лаборатории не соблюдают их.17 Текущая ситуация такова, что разные лаборатории часто используют разные тесты для скрининга первой линии на LAC и что эти тесты сильно различаются по чувствительности к действию антител. Очевидно, что неоднородная классификация пациентов как положительных или отрицательных по APL затрудняет сравнение результатов различных клинических исследований и способствует разногласиям в выводах о связи между APL и исходом беременности, а также к широкому разбросу регистрируемых частот APL в разных популяциях. .1 18

Номенклатура потери беременности

Наряду с этими методологическими техническими проблемами, интерпретации литературы по APL и невынашиванию беременности также мешают различные определения потери беременности, а также различия в сопутствующих заболеваниях и акушерских анамнезах в изученных популяциях. Последнее важно, поскольку предыдущая потеря беременности является независимым фактором риска последующей потери6. Традиционно в США потери беременности до 20 недель беременности группируются вместе как «аборты», а смерть в утробе матери после этого — как «мертворождение» или «внутриутробная беременность». смерть », тогда как европейские акушеры использовали триместры, где гибель плода до 16 недель беременности называется« абортом », а потери после этого -« гибелью плода ».19 «Рецидивирующая потеря беременности» определяется неоднородно в опубликованных отчетах по APS, частично из-за этой разной терминологии. В будущих исследованиях это должно быть преодолено путем использования недавно введенной новой акушерской номенклатуры, которая придает авторитет текущим знаниям в области репродуктивной биологии, отделяя потери в (до) эмбриональном периоде от гибели плода. 19 Преэмбриональный период длится от зачатия до трех недель беременности (примерно пять недель с первого дня последней менструации), за ним следует эмбриональный период, который продолжается до конца девятой недели беременности. .До 12% нормальных беременностей заканчиваются потерей до 10 недель беременности (так называемые (пре-) эмбриональные потери), и их наиболее частая причина — хромосомная аномалия плода. В новой номенклатуре период от 10 недель до родов называется периодом плода и потерей в этот период гибелью плода. Несомненно, что концептус вступил в эту стадию, когда длина плода составляет не менее 30 мм (макроскопически или с помощью ультразвука) или когда сердечная деятельность плода обнаруживается на сроке 10 недель беременности или позже.19 У здоровых женщин смерть плода (потеря после ≥10 недель беременности) встречается редко и обычно не связана с хромосомными аномалиями.19 Даже женщины с рецидивирующими (пре-) эмбриональными потерями имеют более 80% шансов на рождение живого ребенка, когда активность проявляется на сроке беременности 8–10 недель или позже.20

Лечение

Лечение беременных женщин с положительным результатом на АФЛ для улучшения исхода беременности является полностью эмпирическим. В 1983 году Lubbe и др. показали, что пять из шести женщин с LAC и плохим акушерским анамнезом родили живых младенцев, когда их лечили во время беременности преднизоном (40-60 мг в день) и аспирином в низких дозах (75 мг в день) .21 С тех пор такое лечение стало применяться во многих вариантах по всему миру, при этом о рождении живого ребенка сообщалось от 30 до 100% беременностей, леченных таким образом.1 Основанием для использования преднизона было подавление уровней АФЛ, тогда как аспирин может быть полезным за счет необратимо блокирует действие циклооксигеназы в тромбоцитах, тем самым подавляя синтез тромбоксана тромбоцитов A 2 и предотвращая тромбоз сосудов плаценты. Однако кортикостероиды, применяемые в течение длительного периода беременности, обладают значительными побочными эффектами, такими как диабет, гипертония, остеопороз, (пре-) эклампсия и преждевременные роды, вторичные по отношению к преждевременному разрыву плодных оболочек, как показано Cowchock et al. 22 Последнее исследование представляло собой рандомизированное исследование, в котором сравнивали преднизон (40 мг) с нефракционированным гепарином (оба в сочетании с низкими дозами аспирина). Оба лечения привели к 75% живорождений, но в группе, получавшей гепарин, было значительно меньше осложнений. С 1992 г. гепарин в сочетании с аспирином в низких дозах заменил преднизон для лечения беременных женщин с положительной реакцией на АФЛ во многих центрах. Недавнее проспективное исследование, в котором беременным женщинам с положительной реакцией на АФЛ, у которых было по крайней мере три спонтанных последовательных выкидыша, поочередно назначались только низкие дозы аспирина или аспирин плюс подкожный гепарин два раза в день, было обнаружено 44% живорождений у женщин, получавших только аспирин, и 80% — у женщин лечится комбинацией.23 Рандомизированное, но в остальном сопоставимое исследование также показало, что только аспирин уступает аспирину плюс гепарин (42% против 71% живорождений) .24 Примером неоднородного определения aPL в литературе является то, что исследование Kutteh исключало женщин с LAC, 23, тогда как в исследовании Rai и соавт. 80% пациентов имели LAC в отсутствие aCL.24 Сомнения в том, всегда ли нужен гепарин, вытекают из неконтролируемого проспективного исследования25, в котором 91% живорожденных принимали только низкие дозы аспирина в aPL-положительные беременные женщины с минимум двумя самопроизвольными абортами и только 6% живорождений в анамнезе.Вероятно, различия в критериях включения и исключения, используемых в разных исследованиях, являются основной причиной таких противоречивых результатов.

Хотя безопасность низких доз аспирина во время первого триместра беременности все еще является предметом споров, 26 лечение аспирином начинают при беременностях с положительным результатом АФЛ до зачатия, 10 23 25 или при положительном результате теста на беременность. 24 Лечение гепарином начинают при положительном результате теста на беременность 10. 23 или сердечная деятельность плода. 24 Во всех проспективных исследованиях эффективности гепарина при беременностях, связанных с АФЛ, использовался нефракционированный гепарин.Однако за последние несколько лет был накоплен большой опыт использования низкомолекулярного гепарина, назначаемого во время беременности, для профилактики и лечения венозного тромбоза или для улучшения исхода беременности у женщин с положительной реакцией на АФЛ (27). 28 По сравнению с нефракционированным гепарином низкомолекулярный гепарин более удобен для пациента, поскольку обычно требуется только одна подкожная инъекция в день. Кроме того, это связано с меньшей потерей костной массы и меньшим риском кровотечения и тромбоцитопении, вызванной гепарином.Однако опыт использования высоких доз низкомолекулярного гепарина во время беременности все еще ограничен.

Тромбоз

Несколько отчетов о случаях и небольшие серии случаев предполагают, что лечение женщин с АФС во время беременности высокими дозами внутривенного иммуноглобулина снижает частоту осложнений беременности, связанных с АФС. Тем не менее, недавно опубликованное уникальное рандомизированное двойное слепое исследование не выявило улучшенных акушерских или неонатальных исходов, кроме тех, которые были достигнуты при лечении гепарином и низкими дозами аспирина.29 Это явный аргумент против использования этого дорогостоящего лечения в лечении беременностей, связанных с APL.

И беременность, и послеродовой период являются тромбогенными периодами. В общей популяции венозные тромбоэмболические осложнения возникают во время беременности и в послеродовой период в количестве одного и двух на 1000 родов, соответственно.30 Ишемический инсульт, наиболее частое проявление тромбообразования в области артерии во время беременности, встречается у 4–5 на 100000 человек. родов и нередко связано с (пре-) эклампсией.31 Вероятно, наличие aPL у беременной женщины дополнительно увеличивает риск венозного и артериального тромбоза, поскольку aPL являются фактором риска как тромбоза, так и (пре-) эклампсии.9 10 Однако степень, в которой APL увеличивают эти риски, не оценивалась в контролируемых исследованиях.

Многие пациенты с тромбозом, связанным с АФЛ, получают лечение вне беременности пероральными антикоагулянтами в течение длительных периодов времени для предотвращения рецидивов32. У пациентов, которым необходима антикоагулянтная терапия во время беременности, обычной практикой является переход с пероральных антикоагулянтов на гепарин до зачатия или самое позднее в течение двух недель. пропущенного периода, поскольку пероральные антикоагулянты проникают через плаценту, обладают тератогенным действием при сроке беременности от 6 до 12 недель и могут вызвать внутричерепное кровотечение у плода.Опубликованных проспективных данных об исходе беременности у женщин с положительным результатом на АФЛ и тромботическим анамнезом нет, и на вопрос о том, увеличивает ли тромботический анамнез дополнительно риск неблагоприятного исхода беременности у женщин с положительным результатом на АФЛ, нет ответа.

Рекомендации

Из-за несовершенных данных, доступных в настоящее время, невозможно дать основанные на доказательствах рекомендации о том, как следует лечить пациенток с АФБ во время беременности. Целесообразно рассматривать беременность с АФЛ как группу высокого риска осложнений и предлагать тщательное наблюдение командой врачей разных специальностей.Лечение должно быть индивидуальным, с учетом акушерского анамнеза, наличия или отсутствия в личном или семейном анамнезе тромбоэмболических событий, сопутствующих заболеваний, применяемых лекарственных препаратов и факторов риска тромботических заболеваний, отличных от APL. В случае повторной (пре-) эмбриональной гибели всегда следует исключать генетические, анатомические и другие причины. Имея личный анамнез тромбоэмболических событий, необходимо учитывать их количество, характер и тяжесть, а также обстоятельства, при которых такие события произошли.

Методические указания по лечению

В качестве руководства для лечения беременных с АФЛ мы предлагаем следующее:

1
АФЛ-положительные пациенты без тромботического анамнеза
  • Всегда проводите профилактическое лечение низкомолекулярным гепарином в течение шести недель в послеродовом периоде, чтобы предотвратить венозные тромбоэмболии.

  • Если в анамнезе не более двух необъяснимых (пре-) эмбриональных потерь, нет необходимости в лечении во время беременности.

  • При наличии в анамнезе трех или более последовательных (пре-) эмбриональных потерь или по крайней мере одной гибели плода (с нормальной морфологией) начните прием аспирина и профилактической дозы низкомолекулярного гепарина при подтверждении беременности. Обоснование использования гепарина состоит в том, что этот препарат, помимо его антикоагулянтного действия, по-видимому, способствует успешной имплантации на ранних сроках беременности.24 Объяснение этого наблюдения может заключаться в том, что гепарин связывает aPL и, таким образом, предотвращает aPL, снижая физиологический охват клеток трофобласта. с мощным антикоагулянтным белком аннексином V, но это еще предстоит установить.24 33

  • Когда гепарин используется в течение длительного периода времени, рассмотрите возможность дополнительной пероральной дозы кальция (1000 мг / день) и регулярно контролируйте количество тромбоцитов.

  • Не давайте низкомолекулярный гепарин по крайней мере за 12 часов до и через четыре часа после спинальной или эпидуральной анальгезии.

2
пациенты с тромботическим анамнезом, положительные по АФЛ
  • Всегда проводите профилактическое лечение низкомолекулярным гепарином в течение шести недель в послеродовом периоде, чтобы предотвратить венозные тромбоэмболии.Если есть показания для длительной пероральной антикоагуляции до текущей беременности, это лечение следует возобновить.

  • При венозных тромбоэмболических событиях в анамнезе: назначать профилактические антикоагулянты во время беременности. Это стандартная профилактическая доза низкомолекулярного гепарина для большинства пациентов. Подробная информация о личном тромботическом анамнезе и наличии дополнительных факторов риска венозных тромбоэмболических событий может привести к использованию более высоких доз низкомолекулярного гепарина.Акушерский анамнез определит использование аспирина.

  • При наличии в анамнезе тромбоза артерий дать общий совет невозможно. Тип профилактического лечения, используемого вне беременности (аспирин или антикоагулянтная терапия с определенной интенсивностью), и акушерский анамнез определяют, будет ли аспирин или низкомолекулярный гепарин, или оба вместе, или антикоагулянты высокой интенсивности, наиболее подходящими. В последнем случае для некоторых пациентов переход с высоких доз гепарина на пероральные антикоагулянты между 16 и 36 неделями беременности может быть привлекательной и безопасной альтернативой лечению гепарином на протяжении всей беременности.

Антифосфолипидный синдром (APS) | Симптомы, лечение

Важно понимать симптомы и влияние APS, а также знать, когда обращаться за помощью. Вы должны иметь возможность связаться со своей командой специалистов за советом, когда он вам понадобится.

Если вы принимаете лекарства, например варфарин, вам следует избегать контактных видов спорта и занятий, которые могут привести к травмам.

Разжижающие кровь препараты могут вызвать очень сильные синяки. Поскольку они увеличивают время, необходимое для свертывания крови, может быть трудно остановить кровотечение, если вы порежетесь.

Если вы беременны, вам также необходимо сообщить своему акушеру-консультанту о любых изменениях в вашем здоровье.

Снижение риска образования тромбов

Есть несколько лекарств, которые могут помочь предотвратить образование тромбов. Есть также способы снизить риск образования тромбов в крови, в том числе:

Отказ от курения

Курение сгущает кровь, затвердевает и сужает артерии, что может увеличить риск образования тромбов.Он также повышает кровяное давление и частоту сердечных сокращений, увеличивая риск сердечных заболеваний, инсультов и необратимого повреждения вен и артерий. Если вы можете остановиться, это поможет. Ваш врач может помочь вам найти лучший способ бросить курить.

Помните об алкоголе

Алкоголь обладает антикоагулянтным действием, что означает, что он может сделать вашу кровь более жидкой и может замедлить способность вашей печени перерабатывать варфарин, что влияет на уровень вашего INR. Правительственные директивы рекомендуют не употреблять более 14 единиц в течение недели.Однако из-за того, что он влияет на уровень МНО, ваш ревматолог может порекомендовать вам пить меньше указанного.

Оставайтесь гидратированными

Пейте много жидкости, особенно воды, чтобы не обезвоживаться.

Избегайте эстрогеновых контрацептивов и ЗГТ

Старайтесь избегать контрацептивов или заместительной гормональной терапии (ЗГТ), содержащей эстроген, так как это может увеличить риск образования тромбов. Спросите своего врача о других типах контрацепции, например о таблетках или инъекциях, содержащих только прогестоген, о применении спирали Мирены или о барьерных методах.Кожные пластыри при ЗГТ считаются более безопасными, чем таблетки, потому что они не делают кровь такой липкой и несут меньший риск образования тромбов в венах. Существуют также негормональные методы лечения, которые могут помочь с некоторыми симптомами, такими как приливы.

Двигайтесь вокруг

Старайтесь не сидеть слишком долго в одном положении. Например, если вы отправляетесь в длительную поездку на автобусе или дальний рейс, постарайтесь спланировать заранее и забронировать место у прохода или место с дополнительным пространством для ног, чтобы вы могли размяться и пошевелить ногами.Если вы путешествуете в машине, вам также необходимо регулярно останавливаться, чтобы размять ноги. Некоторые люди рекомендуют носить эластичные чулки во время долгого путешествия, чтобы снизить риск образования тромбов в нижней части ног. Спросите своего специалиста, подойдет ли это вам. Даже когда вы сидите за столом или дома, старайтесь вставать и двигаться как можно чаще.

Прочие условия

Беременность увеличивает риск образования тромбов, поэтому за вами следует внимательно наблюдать и назначить медикаментозное лечение, чтобы уменьшить осложнения.Такие заболевания, как диабет, высокое кровяное давление или холестерин, также могут увеличить ваш риск, старайтесь не упускать их, регулярно проходя медицинские осмотры. Если у вас есть семейная история сгустков крови, выкидышей или других аутоиммунных состояний, таких как волчанка или проблемы с щитовидной железой, это также может подвергнуть вас большему риску. У некоторых людей также могут образовываться тромбы, если у них есть инфекция, например, боль в горле. Это все, что вам может посоветовать врач.

Упражнение

Хотя нет никаких упражнений, которые могли бы помочь конкретно с этим заболеванием, регулярные упражнения поддерживают вашу форму, поддерживают здоровье сердца и предотвращают образование тромбов.

Йога, ходьба, плавание и тайцзи — это хорошие виды упражнений с малой нагрузкой, которые могут помочь вам физически и морально. Тайцзи также помогает при любых проблемах с равновесием.

Поговорите с медицинским работником, прежде чем вносить какие-либо изменения в свой обычный распорядок дня.

Диета

Вы должны стремиться регулярно придерживаться здоровой, сбалансированной диеты, содержащей хорошее сочетание углеводов, белков, фруктов, овощей и нежирных молочных продуктов.

Важно убедиться, что в вашем рационе есть продукты, содержащие витамин К. Витамин К влияет на способность крови к свертыванию и может повлиять на работу варфарина. Слишком мало витамина К в вашем рационе может повысить уровень МНО, а слишком много — снизить его. Витамин К в основном содержится в листовых зеленых овощах, таких как:

  • шпинат
  • капуста
  • брокколи
  • спаржа
  • салат-латук.

Его также можно найти в:

  • нут
  • печень
  • яичных желтков
  • крупы цельнозерновые
  • зрелый сыр и сыр с плесенью
  • авокадо
  • оливковое масло.

Хотя важно, чтобы в вашем рационе были эти овощи, вам необходимо сбалансировать количество, которое вы едите каждый день. Слишком большое количество может увеличить риск свертывания крови и повлиять на уровень МНО, но слишком мало — вредно для здоровья. Поговорите со своим врачом о количестве витамина К в вашем рационе и о том, как он может повлиять на дозу варфарина.

Некоторые травы и специи также влияют на кровоток и время, необходимое для свертывания крови.

На антикоагулянтный эффект варфарина также могут влиять:

  • клюквенный сок
  • грейпфрутовый сок
  • Гранатовый сок
  • чеснок
  • Донг Квай
  • даншен ​​(красный шалфей)
  • коготь дьявола
  • Корейский женьшень
  • зеленый чай.

Член вашей медицинской бригады сможет посоветовать вам правильную здоровую диету, которая не помешает вашему лечению.

Увеличение количества незаменимых жирных кислот в вашем рационе, особенно омега-3 жирных кислот, может помочь снизить риск образования тромбов. Они содержатся в жирной рыбе. Однако клинических испытаний, подтверждающих это, нет.

Если вы пытаетесь завести ребенка, лучше избегать добавок рыбьего жира, так как они содержат большое количество витамина А, который может быть вредным.

Дополнительные и альтернативные методы лечения

В настоящее время не существует дополнительных лекарств, которые, как было показано, помогают при APS.

Помимо витамина К, такие добавки, как витамин С, витамин Е, коэнзим Q10, а также лекарственные средства «Дьявольский коготь» и зверобой также могут изменить реакцию организма на варфарин.

Поговорите со своим врачом, фармацевтом или медицинским работником, прежде чем пробовать какое-либо новое лечение.

Усталость

APS может вызвать сильную усталость как физически, так и морально, но есть способы справиться с этой усталостью.

Здоровое сбалансированное питание и регулярные упражнения помогут улучшить ваше общее физическое здоровье, а также улучшить настроение и уровень стресса. Придерживаясь обычного ночного режима, вы также можете улучшить качество и количество сна.

Старайтесь не делать слишком много всего за один раз — планируйте свои домашние дела, задачи или работу с учетом того, сколько энергии они будут использовать. Успокойтесь и постарайтесь не «взлетать и падать». Это когда вы пытаетесь сделать как можно больше за короткое время, прежде чем у вас закончится энергия.

Старайтесь сочетать легкую работу с той, которая требует больше энергии, с отдыхом между ними.

Стресс и проблемы с памятью

Люди с APS могут испытывать эпизоды потери памяти, беспокойства и замешательства.

Сделайте ваши дни и занятия более рутинными, чтобы уменьшить влияние этих периодов, так же как и средства для запоминания и обучение методам релаксации.

Головоломки, доски для запоминания, календари и общение — все это может помочь уменьшить последствия стресса и сохранить активность вашего ума, а также улучшить вашу память.

Это может помочь поговорить с друзьями и семьей о своем состоянии и объяснить, как оно влияет на вас. Некоторые люди также считают, что когнитивно-поведенческая терапия (КПТ) помогает им справляться с некоторыми проблемами, вызывающими стресс, плохой сон и плохое настроение.

Ваш врач может поговорить с вами о КПТ. Они также должны быть в состоянии связать вас с местной группой поддержки для людей с хроническими заболеваниями — многие из них оказывают аналогичное влияние на жизнь людей.

Вы также можете получить помощь и совет через сообщество благотворительной организации APS Support UK.

Ведение антифосфолипидного синдрома во время беременности: клиническое акушерство и гинекология

С тех пор, как он был впервые описан четверть века назад, антифосфолипидный синдром (APS) был связан с множеством медицинских и акушерских осложнений. Антифосфолипидный синдром определяется характерными клиническими признаками и наличием циркулирующих антифосфолипидных антител (aPL). Хотя было описано несколько антифосфолипидных антител, два из них наиболее клинически полезны — это волчаночный антикоагулянт (LA) и антикардиолипиновые антитела (aCL), которые связаны с повторной потерей беременности и тромбоэмболией. 1–4 Беременность с антифосфолипидным синдромом, приводящая к выжившим младенцам, часто осложняется нарушением роста плода, преэклампсией, плацентарной недостаточностью и преждевременными родами. 5,6 Однако соответствующее лечение APS во время беременности может значительно улучшить исходы как для матери, так и для новорожденных. В этом обзоре представлены планы ведения беременностей, осложненных APS.

Патогенез антифосфолипидного синдрома

Аномальная функция плаценты, скорее всего, является основной причиной акушерских осложнений, таких как гибель плода, нарушение роста, преэклампсия и аномалии сердечного ритма, связанные с АФС.Эти наблюдения, а также связь АФС с тромбозом привели к предположению, что тромбоз маточно-плацентарного кровообращения является причиной потери беременности и других осложнений у женщин с АФС.

Обширный инфаркт, некроз и тромбоз были выявлены в плаценте в результате неудачной беременности у женщин с АФС. 7–11 Спиральная артериальная васкулопатия в децидуальных сосудах также была связана с гибелью плода, связанной с aPL. 7,11 Эта децидуальная васкулопатия характеризуется острым атерозом, утолщением интимы, фибриноидным некрозом и отсутствием нормальных физиологических изменений в спиральных артериях, а также связана с преэклампсией и задержкой роста плода. 12 Недавнее крупное исследование «случай-контроль» подтвердило эти данные, сообщив о доказательствах тромбоза или инфаркта в 82% плаценты от женщин с АФЛ и внутриутробной смертью плода. 13

Тромбоз плаценты, децидуальная васкулопатия и эпизодический тромбоз сосудов, связанные с aPL, могут быть результатом способности aPL инициировать каскад тромбогенных медиаторов после связывания с поврежденным эндотелием, тромбоцитами или гестационными тканями. 14 Антифосфолипидные антитела могут индуцировать выработку эндотелиальными клетками Е-селектина, молекулы-1 адгезии сосудистых клеток и молекулы-1 внутриклеточной адгезии, что приводит к адгезии моноцитов и тромбогенности. 15 Повышенный синтез фактора активации тромбоцитов, тканевого фактора, образование тромбина, повышенная активация и агрегация тромбоцитов, а также ингибирование активации протеина C и функции плацентарного антикоагулянтного протеина I (аннексина V) также связаны с aPL. 16–23

Некоторые авторы подчеркивают гетерогенность патологических данных у пациентов с APS. 24 Гистологические аномалии, наблюдаемые в случаях APS, неспецифичны и не всегда присутствуют в тканях беременных женщин с aPL. 12,24 Таким образом, может оказаться, что другие факторы, помимо тромбоза плаценты, имеют отношение к некоторым случаям потери беременности и другим осложнениям, связанным с aPL.

Также может быть задействован аномальный метаболизм эйкозаноидов, поскольку повышенные уровни тромбоксана по сравнению с простациклином в тканях гестации были связаны с преэклампсией и задержкой роста плода, состояниями, также связанными с aPL. 25 Peaceman and Rehnberg 26,27 продемонстрировали, что aPL может увеличивать продукцию тромбоксана в плаценте, не влияя на образование простациклина.Та же группа показала, что аспирин снижает продукцию тромбоксана в эксплантатах плаценты в ответ на aPL, что является основанием для использования низких доз аспирина при беременности с APS. 28 Тромбоксановая блокада также может уменьшить потерю плода на мышиной модели APS. 29 Хотя многообещающе, роль экозаноидов в гибели плода человека, связанной с aPL, остается неопределенной. Некоторые исследователи не смогли наблюдать изменений метаболизма арахидоновой кислоты в ответ на aPL. 30,31

Плохой акушерский исход при нелеченной беременности вдохновил на использование медикаментозной терапии для улучшения исхода для плода у женщин с АФС.Лечение направлено на подавление иммунной системы (преднизон и внутривенный иммунный глобулин [ВВИГ]), предотвращение тромбоза (гепарин и аспирин) и улучшение плацентарного кровотока за счет снижения соотношения тромбоксана и простациклина (аспирин). Хотя многие исследования не рандомизированы и плохо контролируются, большинство исследователей приходят к выводу, что исходы плода при беременности с APS значительно улучшаются при лечении.

Ведение антифосфолипидного синдрома во время беременности

Правильный диагноз клинически значимого АФС имеет решающее значение для надлежащего консультирования и лечения беременных.В отличие от повторного невынашивания беременности, акушерские осложнения, такие как преэклампсия, ограничение роста и преждевременные роды, не обнаруживаются во всех популяциях женщин с АФС, что позволяет предположить, что может существовать целый спектр АФС. Например, женщины с системной красной волчанкой (СКВ) в анамнезе, тромбозом, внутриутробной или неонатальной смертью или тяжелой преэклампсией, которые также имеют средний или высокий уровень АФЛ, имеют значительно более высокий риск осложнений во время беременности, чем женщины с низкий уровень антител или антител, идентифицированных с ранним невынашиванием беременности как их единственной клинической особенностью заболевания.Следовательно, лечение этих пациентов также может отличаться.

Система классификации APS, предложенная в другом месте на этом симпозиуме, может помочь в определении подходящего лечения для данного пациента и разрешении разногласий в отношении лечения у некоторой подгруппы пациентов. Система классификации включает: 1) определенный или классический APS, определяемый как пациенты с LA или средними или высокими уровнями IgG или IgM aCL и гибелью плода, рецидивирующей преждевременной или эмбриональной потерей беременности, тромбозом или неонатальной смертью после родов в тяжелой форме. преэклампсия или дистресс плода; 2) синдром низкого уровня aCL IgG или IgM, связанный с внутриутробной гибелью плода или рецидивирующей преэмбриональной или эмбриональной потерей беременности; и 3) синдром aPL, отличный от LA и aCL, связанный с гибелью плода или рецидивирующей преэмбриональной или эмбриональной потерей. 32 Для целей этого обзора мы обсуждаем ведение APS во время беременности в трех конкретных группах населения, описанных в этой системе классификации.

ВЕДЕНИЕ ОПРЕДЕЛЕННОГО ИЛИ КЛАССИЧЕСКОГО АНТИФОФОЛИПИДНОГО СИНДРОМА
Консультации до зачатия

Соответствующее лечение классического АФС начинается с откровенного обсуждения рисков, связанных с этим состоянием во время беременности. В идеале пациенты должны пройти предварительное консультирование, чтобы обсудить свои медицинские и акушерские риски, включая потерю плода, тромбоз или инсульт, преэклампсию, нарушение роста плода и преждевременные роды.Если диагноз неясен, необходимо подтвердить наличие ЛП и АКЛ. Некоторые рекомендуют, но нет доказанной пользы от серийного тестирования во время беременности или от титрования лекарств для подавления уровня антител. Необходимо получить подробный медицинский и акушерский анамнез, потому что женщинам со связанными заболеваниями, такими как СКВ, почечная недостаточность, гипертония, аутоиммунная тромбоцитопения и гемолитическая анемия, может потребоваться дополнительная специализированная помощь. Пациентам с СКВ следует обсудить вопросы, связанные с обострением волчанки.

Все пациенты с APS должны быть обследованы на наличие анемии и тромбоцитопении, потому что оба эти состояния были связаны с APS. Основное заболевание почек может быть выявлено с помощью суточного сбора мочи на клиренс креатинина и общего белка, анализа мочи и креатинина сыворотки.

Схемы лечения во время беременности
Профилактика потери беременности.

Первой схемой, использованной для предотвращения выкидыша, была высокая доза преднизона (40 мг / день или более) в сочетании с низкой дозой аспирина (LDA; приблизительно 80 мг / день). 8,9 Хотя одна группа, использовавшая более низкие дозы преднизона, не обнаружила положительного эффекта, 33 в большинстве серий случаев сообщалось о 60-70% успешности беременностей, управляемых с помощью этого режима. 6,34–39

Терапия гепарином впервые была описана как успешное лечение потери беременности, связанной с aPL, в 1984 году. 6,5 С того времени в нескольких сериях случаев также сообщалось о примерно 70% случаев живорождений у женщин с APS, получавших тромбопрофилактические дозы нефракционированного гепарина натрия в сочетании с LDA. 6,39,40

Небольшое рандомизированное исследование показало, что гепарин и LDA, а также преднизон и LDA одинаково эффективны для предотвращения потери плода, связанной с aPL. 39 У женщин, получавших преднизолон, было значительно больше осложнений, включая преэклампсию и преждевременный разрыв плодных оболочек. 39 Связь преднизона с этими проблемами была подтверждена в другом рандомизированном исследовании преднизона у женщин с aPL. 41

Недавно Rai et al. 42 опубликовали историческое рандомизированное исследование гепариновой терапии APS.Выбранная популяция отличалась от группы женщин с APS в других крупных случаях тем, что: 1) у большинства пациентов была LA, но не aCL; 2) женщины с тромбозами или СКВ в анамнезе не включались; и 3) у большинства пациенток наблюдалась рецидивирующая потеря беременности на ранних сроках, а не потери во втором или в начале третьего триместра. Пациенты были рандомизированы для приема LDA или гепарина в тромбопрофилактических дозах (5000 единиц дважды в день) при первом обнаружении сердечной деятельности плода и продолжались до 34 недель беременности.Уровень живорождений был значительно выше у пациентов, получавших гепарин ( P = 0,01). В отдельном исследовании Kutteh 56 сравнивал исходы беременности у женщин с тремя или более потерями беременности в анамнезе и уровнями aPL ≥27 IgG или ≥23 единиц фосфолипида IgM, которые были рандомизированы для получения LDA с терапией гепарином или без нее. Пациенты с предшествующим тромбозом, СКВ или положительные по ЛП были исключены из исследования, и 40% включенных пациентов имели только антитела к aCL класса IgM.Лечение, состоящее из 10 000–20 000 единиц гепарина, вводимых два раза в день, начиналось при первом обнаружении сердечной деятельности плода и продолжалось до срока. Число живорождений было значительно больше у пациентов, получавших гепарин, по сравнению с теми, кто получал только LDA (80% группа гепарина против 44% группа LDA). 56 Эти исследования доказывают, что гепарин и LDA более эффективны, чем один LDA в достижении успешной беременности.

Лечение гепарином и LDA следует начинать после выявления жизнеспособной беременности, подтвержденной ультразвуковым исследованием (обычно 6 недель беременности).Если возможно, гепарин не следует использовать в сочетании с преднизоном в высоких дозах из-за опасений по поводу повышенного риска остеопенических переломов. Кроме того, исход для плода при использовании обоих препаратов, вероятно, не лучше, чем при использовании одного из них; поэтому мы рекомендуем использовать гепарин отдельно или в комбинации с LDA. 6

Тромбопрофилактика.

Женщины с определенным АФС подвержены повышенному риску тромбоза во время беременности. 6,43 Пациенты с АФС, не имевшие в анамнезе тромбозов, должны получать профилактические дозы (15 000–20 000 единиц в день в разделенных дозах) на протяжении всей беременности.Мы предпочитаем использовать более высокие дозы (20 000 единиц в день) гепарина во втором и третьем триместре, потому что более низкие дозы могут не обеспечить адекватной материнской тромбопрофилактики. 44

В настоящее время власти рекомендуют женщинам с АФС и тромбозом в анамнезе получать полную антикоагулянтную терапию на протяжении всей беременности. 45 Пациенты с APS и острым тромбозом во время беременности, очевидно, также нуждаются в полной антикоагуляции во время беременности. Соответствующая тромбопрофилактика в послеродовом периоде должна быть включена в тактику ведения, и пациенты могут быть переведены на варфарин натрия даже при грудном вскармливании.

Несмотря на свои преимущества, использование гепарина также может вызывать нежелательные эффекты, включая кровотечение, тромбоцитопению и остеопороз с переломом. Риск кровотечения и остеопенического перелома возрастает с увеличением дозы гепарина. Следует поощрять прием добавок кальция и витамина D, а также упражнения с нагрузкой на осевой скелет.

Низкомолекулярный гепарин безопасно применялся во время беременности и оказался многообещающим при лечении APS. 46,47 Последние данные предполагают, что низкомолекулярный гепарин связан с повышенным риском кровотечений во время проведения регионарной анестезии. Следовательно, если во время беременности назначают низкомолекулярный гепарин, необходимо тщательно продумать тактику ведения в срок. Эпидуральную или спинальную анестезию следует отложить до 24 часов после последней дозы низкомолекулярного гепарина. Некоторые врачи предлагают перейти на нефракционированный гепарин на 36 неделе беременности.

Профилактика осложнений плацентарной недостаточности.

Несмотря на улучшение исходов для плода, успешные беременности после терапии гепарином все еще сопровождаются акушерскими осложнениями. В когорте из 31 беременности, получавшей лечение гепарином в Университете штата Юта, две трети имели преэклампсию, более 40% имели нарушение роста плода и 25% родились на сроке менее 32 недель. 6 Еще одна крупная серия случаев у женщин со средним и высоким уровнем aPL и историями болезни, включающими системную красную волчанку, гибель плода или тромбоз, подтверждает, что частота акушерских осложнений при пролеченных беременностях под проспективным наблюдением остается высокой. 43 Таким образом, поиск улучшенных методов лечения женщин с определенным АФС продолжается.

Использование высоких доз внутривенного иммуноглобулина во время беременности у женщин с APL вызвало интерес из-за неофициальных сообщений об успешных исходах беременности при использовании этого лечения, обычно в комбинации с преднизоном, гепарином или LDA. 48–50 Большинство из них были более тяжелыми случаями невынашивания беременности, связанными с aPL («рефрактерные» случаи), при которых другие методы лечения не улучшались.В наибольшей серии случаев у пациенток, получавших ежемесячные внутривенные инфузии иммуноглобулина, нефракционированного гепарина и LDA, было мало осложнений, связанных с беременностью. 48 Ни у одной из 16 беременностей не было задержки роста плода, все роды произошли после 34 недель беременности, и преэклампсия была диагностирована только в 25%. Точно так же исследователи не отметили случаев преэклампсии и небольшого количества преждевременных родов в небольшой серии случаев у женщин с определенным АФС, получавших схему, включающую внутривенное введение иммуноглобулина. 51 Однако проспективное рандомизированное контролируемое пилотное исследование женщин с определенным АФС, все из которых получали гепарин и LDA, не обнаружило разницы в акушерских или материнских исходах между теми, кто лечился внутривенным иммуноглобулином по сравнению с плацебо (5% раствор альбумина). 52 Это исследование включало 16 хорошо охарактеризованных пациентов с LA и средним или высоким уровнем антител IgG к aCL. У всех была успешная беременность, а частота осложнений была довольно низкой, хотя у одной женщины был послеродовой тромбоз глубоких вен.Таким образом, оказывается, что внутривенное введение иммуноглобулина не дает значительных преимуществ, кроме лечения гепарином у женщин с APS. Тем не менее, остается возможным (и непроверенным), что женщины, у которых предыдущая терапия гепарином во время беременности оказалась неэффективной, могут получить достаточную пользу от добавления внутривенного иммуноглобулина для успешной беременности.

Пациенты должны проходить интенсивное наблюдение, например еженедельные визиты в клинику и раз в две недели нестрессовые тесты, для раннего выявления преэклампсии, нарушения роста плода и маточно-плацентарной недостаточности.УЗИ плода следует проводить каждые 4-6 недель, начиная с 18-20 недель беременности. Наблюдение должно включать в себя нестрессовое тестирование два раза в неделю и оценку околоплодных вод, как правило, начиная с 32 недели беременности. Пациентов также следует научить контролировать движения плода. В некоторых случаях тестирование плода может быть полезно уже на сроке от 24 до 25 недель беременности. 53 Рекомендуется разумное использование антенатального лечения бетаметазоном; Однако следует избегать повторных доз дородовых стероидов.

Послеродовое лечение.

После родов женщинам с APS следует сообщить о значительном риске развития неакушерских расстройств, связанных с APS. Недавнее исследование показало, что до половины женщин с АФС испытали серьезное медицинское осложнение в течение 5-летнего периода наблюдения, а у многих женщин, перенесших только потерю беременности, развились новые расстройства, такие как тромбоз или СКВ. 54 Мы выступаем за продолжение тромбопрофилактики в течение шестой недели после родов, чтобы минимизировать риск материнской тромбоэмболии.Этого можно безопасно достичь с помощью варфарина натрия. Пациенты с предыдущими тромбозами и APS должны получать антикоагулянтную терапию варфарином натрия в течение всей жизни для достижения международного нормализованного отношения 2,5–3,0. 55 Наконец, пероральные контрацептивы, содержащие эстроген, противопоказаны женщинам с aPL.

ЛЕЧЕНИЕ БОЛЬНЫХ С НИЗКИМ УРОВНЕМ АНТИТЕЛ

Лечение женщин с низким уровнем aPL во время беременности остается спорным.Женщины с LA или умеренно-высоким положительным уровнем IgG aCL и тромбозом в анамнезе подвергаются гораздо большему риску заболеваний, связанных с aPL, чем женщины с только IgM aCL или низкоположительным IgG aCL. 16 Таким образом, данные о лечении женщин с APS нельзя экстраполировать на женщин с aPL с низким титром.

Недавние проспективные испытания включали некоторых женщин с низким уровнем aPL. Одно исследование продемонстрировало идентичные показатели выживаемости плода после лечения преднизоном и LDA по сравнению с одним LDA. 41

Результаты недавнего хорошо спланированного исследования были аналогичными. 57 Опытные исследователи из Новой Зеландии включили в исследование 50 женщин с преимущественно преэмбриональной или эмбриональной потерей, а также с ЛА и aCL на любом положительном уровне. Женщины с предыдущим тромбозом или СКВ были исключены. Женщины были рандомизированы для получения либо LDA, либо плацебо; гепарин не вводили. Уровень живорождения был более 80% у женщин, получавших аспирин и плацебо! Частота серьезных акушерских или медицинских осложнений была низкой.Хотя почти 25% женщин, включенных в это испытание, имели ЛА, более половины женщин имели только низкие уровни IgG или IgM aCL и, таким образом, не соответствовали критериям АФС. Тем не менее, авторы надлежащим образом подчеркивают, что некоторым женщинам, у которых отмечена повторяющаяся потеря беременности, связанная с антифосфолипидами, не требуется лечение гепарином для успешной беременности.

ЛЕЧЕНИЕ СИНДРОМА АНТИФОСФОЛИПИДНЫХ АНТИТЕЛ, ЗА ИСКЛЮЧЕНИЕМ АНТИКОАГУЛЯНТА ИЛИ АНТИКАРДИОЛИПИНА Волчанки

Волчаночный антикоагулянт и aCL хорошо охарактеризованы и обычно считаются клинически значимыми.Некоторые другие aPL можно обнаружить с помощью различных иммуноанализов. Примеры включают антитела, связывающие фосфатидилсерин, фосфатидилхолин, фосфатидилэтаноламин, фосфатидилинозитол, фосфатидилглицерин и фосфатидную кислоту. Антифосфатидилсериновые антитела могут присутствовать у пациентов с APS или клиническими нарушениями, связанными с aPL. 58,59 Большинство из этих людей также имеют LA или aCL, однако, ставит под сомнение независимую связь между клиническими признаками APS и aPL, отличными от LA и aCL. 57 Поскольку LA и aCL наиболее сильно коррелируют с медицинскими проблемами, они являются двумя антителами против aPL, рекомендованными для рутинного клинического использования.

Нет информации о необходимости или эффективности лечения у женщин, у которых обнаружены антитела, отличные от LA или aCL. Поэтому в настоящее время мы не рекомендуем лечение этой группы.

Заключение

Несмотря на значительные риски, связанные с беременностью у пациенток с определенным АФС, своевременное начало соответствующего лечения приводит к улучшению результатов.Эксперты сходятся во мнении, что женщинам с определенным АФС показаны обильные тромбопрофилактические дозы гепарина или антикоагулянтные дозы гепарина. Текущие данные свидетельствуют о том, что женщины с неоднократно положительными низкими уровнями aCL, рецидивирующим преждевременным или эмбриональным выкидышем и без тромбоза в анамнезе или СКВ не нуждаются в лечении гепарином.

Список литературы

1. Бранч Д. В., Андрес Р., Дигре К. Б. и др. Связь антифосфолипидных антител с тяжелой преэклампсией. Obstet Gynecol.1989; 73: 541–545. 2. Харрис Э. Н., Чан Дж. К., Эшерсон Р. А. и др. Тромбоз, повторяющаяся потеря плода и тромбоцитопения. Прогностическая ценность теста на антитела к кардиолипину. Arch Intern Med. 1986; 146: 2153–2156. 3. Харрис EN. Синдром черного лебедя. Br J Rheumatol. 1987; 26: 324–326. 4. Хьюз Г. Р., Харрис Н. Н., Гарави А. Э. Антикардиолипиновый синдром. J Rheumatol. 1986; 13: 486–489. 5. Филиал DW, Скотт-младший. Клинические последствия антифосфолипидных антител: опыт Юты.В: Harris EN, ed. Фосфолипидсвязывающие антитела. Бока-Ратон, Флорида: CRC Press, 1991. 6. Branch DW, Silver RM, Blackwell JL и др. Исход леченных беременностей у женщин с антифосфолипидным синдромом: обновленная информация об опыте Юты. Obstet Gynecol. 1992; 80: 614–620. 7. Де Вольф Ф., Каррерас Л.О., Моерман П. и др. Децидуальная васкулопатия и обширный инфаркт плаценты у пациента с повторными тромбоэмболическими нарушениями, рецидивирующей потерей плода и лечением волчаночного антикоагулянта.Am J Obstet Gynecol. 1982; 142: 829–834. 8. Бранч Д. В., Скотт Дж. Р., Коченур Н. К. и др. Акушерские осложнения, связанные с приемом антикоагулянта против волчанки. N Engl J Med. 1985; 313: 1322–1326. 9. Люббе В.Ф., Батлер В.С., Палмер С.Дж. и др. Выживаемость плода после подавления материнского антикоагулянта против волчанки преднизоном. Ланцет. 1983; 1: 1361–1363. 10. Сильвер Р.М., Дрейпер М.Л., Бирн Дж. Л. и др. Необъяснимое повышение уровня альфа-фетопротеина в материнской сыворотке у женщин с антифосфолипидными антителами: предвестник гибели плода.Obstet Gynecol. 1994; 83: 150–155. 11. Наяр Р., Лаге Дж. М.. Плацентарные изменения в первом триместре беременности при системной красной волчанке у матери с антифосфолипидным синдромом: отчет о клиническом случае и обзор литературы. Hum Pathol. 1996; 27: 201–206. 12. Хонг Т.Ю., Де Вольф Ф., Робертсон В.Б. и др. Неадекватная реакция сосудов матери на плацентацию у беременных, осложненных преэклампсией, и у младенцев с малым для гестационного возраста возрастом. Br J Obstet Gynaecol.1986; 93: 1049–1059. 13. Out HJ, Kooijman CD, Bruinse HW, et al. Гистопатологические данные в плаценте от пациентов с внутриутробной гибелью плода и антифосфолипидными антителами. Eur J Obstet Gynecol Reprod Biol. 1991; 41: 179–186. 14. Локшин М.Д. Патогенез синдрома антифосфолипидных антител. Волчанка. 1996; 5: 404–408. 15. Симантов Р., ЛаСала Дж. М., Ло С. К. и др. Активация культивируемых эндотелиальных клеток сосудов антифосфолипидными антителами.J Clin Invest. 1995; 96: 2211–2219. 16. Сильвер Р.М., Портер Т.Ф., ван Лиуин И. и др. Антикардиолипиновые антитела: клинические последствия «низких титров». Obstet Gynecol. 1996; 87: 494–500. 17. Танненбаум Ш., Финко Р., Cines DB. Антитела и иммунные комплексы индуцируют продукцию тканевого фактора эндотелиальными клетками человека. J Immunol. 1986; 137: 1532–1537. 18. Филиал DW, Роджерс GM. Индукция активности фактора ткани эндотелиальных клеток сыворотками от пациентов с антифосфолипидным синдромом: возможный механизм тромбоза.Am J Obstet Gynecol. 1993; 168: 206–210. 19. Гинзберг Дж. С., Демерс С., Брилл-Эдвардс П. и др. Повышенное образование и активность тромбина у пациентов с системной красной волчанкой и антикардиолипиновыми антителами: данные о протромботическом состоянии [см. Комментарии]. Кровь. 1993; 81: 2958–2963. 20. Хамашта М.А., Харрис Э.Н., Гарави А.Е. и др. Иммуноопосредованный механизм тромбоза: связывание антифосфолипидных антител с мембранами тромбоцитов. Ann Rheum Dis. 1988; 47: 849–854.21. Кэмпбелл А. Л., Пиеранджели С. С., Веллхаузен С. и др. Сравнение эффектов антикардиолипиновых антител пациентов с антифосфолипидным синдромом и сифилисом на активацию и агрегацию тромбоцитов. Thromb Haemost. 1995; 73: 529–534. 22. Кариу Р., Тобелем Дж., Беллуччи С. и др. Влияние волчаночного антикоагулянта на антитромбогенные свойства эндотелиальных клеток: ингибирование тромбомодулин-зависимой активации протеина С. Thromb Haemost. 1988; 60: 54–58.23. Саммаритано Л. Р., Гарави А. Э., Соберано С. и др. Связывание фосфолипидов антифосфолипидных антител и плацентарного антикоагулянтного белка. J Clin Immunol. 1992; 12: 27–35. 24. Салафия С.М., Парк А.Л. Патология плаценты при системной красной волчанке и синдроме фосфолипидных антител. Rheum Dis Clin North Am. 1997; 23: 85–97. 25. Уолш SW. Преэклампсия: дисбаланс в производстве простациклина и тромбоксана в плаценте. Am J Obstet Gynecol. 1985; 152: 335–340.26. Миротворец AM, Ренберг К.А. Фракция иммуноглобулина G из плазмы, содержащая антифосфолипидные антитела, вызывает повышенную продукцию тромбоксана в плаценте [опубликованная ошибка приведена в Am J Obstet Gynecol 1993; 169: 439]. Am J Obstet Gynecol 1992; 167: 1543–1547. 27. Миротворец AM, Ренберг К.А. Влияние фракций G иммуноглобулина пациентов с волчаночным антикоагулянтом на продукцию простациклина и тромбоксана в плаценте. Am J Obstet Gynecol. 1993; 169: 1403–1406.28. Миротворец AM, Ренберг К.А. Влияние аспирина и индометацина на продукцию простациклина и тромбоксана тканью плаценты, инкубированной с фракциями иммуноглобулина G от пациентов с волчаночным антикоагулянтом. Am J Obstet Gynecol. 1995; 173: 1391–1396. 29. Shoenfeld Y, Blank M. Влияние антагониста тромбоксановых рецепторов длительного действия (BMS 180,291) на экспериментальный антифосфолипидный синдром. Волчанка. 1994; 3: 397–400. 30. Уокер Т.С., Триплетт Д.А., Джавед Н. и др.Оценка антикоагулянтов при волчанке: антифосфолипидные антитела, иммуноглобулин, связанный с эндотелием, секреция эндотелиального простациклина и уровни антигенного протеина S. Thromb Res. 1988; 51: 267–281. 31. Дадли Д. Д., Митчелл М. Д., Филиал DW. Патофизиология антифосфолипидных антител: отсутствие простагландин-опосредованного воздействия на культивируемый эндотелий. Am J Obstet Gynecol. 1990; 162: 953–958; обсуждение 958–959. 32. Wilson WA, Gharavi AE, Koike T, et al. Заявление о международном консенсусе по предварительным критериям классификации определенного антифосфолипидного синдрома: отчет международного семинара.Ревматоидный артрит. 1999; 42: 1309–1311. 33. Локшин М.Д., Друзин М.Л., Камар Т. Преднизон не предотвращает повторную гибель плода у женщин с антифосфолипидными антителами [см. Комментарии]. Am J Obstet Gynecol. 1989; 160: 439–443. 34. Гейтенби П.А., Кэмерон К., Ширман Р.П. Потеря беременности из-за антител к фосфолипидам: улучшение результатов при лечении аспирином. Aust N Z J Obstet Gynaecol. 1989; 29: 294–298. 35. Орди Дж., Баркинеро Дж., Виларделл М. и др.Лечение потери плода у пациентов с антифосфолипидными антителами. Ann Rheum Dis. 1989; 48: 798–802. 36. Рис Э.А., Ромеро Р., Клайн Л.П. и др. Волчанко-подобный антикоагулянт при беременности [письмо]. Ланцет. 1984; 1: 344–345. 37. Packham DK, Lam SS, Nicholls K, et al. Волчаночный нефрит и беременность. Q J Med. 1992; 83: 315–324. 38. Сильвейра Л.Х., Хаббл К.Л., Джара Л.Дж. и др. Предотвращение потери беременности, связанной с антикардиолипиновыми антителами, с помощью преднизона и аспирина.Am J Med. 1992; 93: 403–411. 39. Cowchock FS, Reece EA, Balaban D, et al. Неоднократные потери плода, связанные с антифосфолипидными антителами: совместное рандомизированное исследование, сравнивающее преднизолон с лечением низкими дозами гепарина. Am J Obstet Gynecol. 1992; 166: 1318–1323. 40. Rosove MH, Tabsh K, Wasserstrum N, et al. Терапия гепарином для беременных с антикоагулянтами против волчанки или антикардиолипиновыми антителами [см. Комментарии]. Obstet Gynecol. 1990; 75: 630–634. 41.Сильвер РК, МакГрегор С.Н., Шолл Дж. С. и др. Сравнительное испытание преднизона плюс аспирин по сравнению с одним аспирином при лечении акушерских пациентов с положительными антикардиолипиновыми антителами. Am J Obstet Gynecol. 1993; 169: 1411–1417. 42. Рай Р., Коэн Х., Дэйв М. и др. Рандомизированное контролируемое испытание аспирина и аспирина плюс гепарин у беременных женщин с повторным выкидышем, связанным с антителами к фосфолипидам (или антителами к фосфолипидам) [см. Комментарии]. BMJ. 1997; 314: 253–257.43. Лима Ф., Хамашта М.А., Бьюкенен Н.М. и др. Исследование шестидесяти беременностей у пациенток с антифосфолипидным синдромом. Clin Exp Rheumatol. 1996; 14: 131–136. 44. Барбур Л.А., Смит Дж. М., Марлар Р. А.. Уровни гепарина для профилактики тромбоэмболии во время беременности. Am J Obstet Gynecol. 1995; 173: 1869–1873. 45. Ginsberg JS, Hirsh J. Использование антитромботических средств во время беременности. Грудь. 1998; 114 (доп.): 524S – 530S. 46. ​​Dulitzki M, Pauzner R, Langevitz P, et al.Низкомолекулярный гепарин во время беременности и родов: предварительный опыт с 41 беременностью. Obstet Gynecol. 1996; 87: 380–383. 47. Хант Б.Дж., Даути Х.А., Маджумдар Г. и др. Тромбопрофилактика низкомолекулярным гепарином (фрагмин) при беременности с высоким риском. Thromb Haemost. 1997; 77: 39–43. 48. Кларк А.Л., Бранч Д.В., Сильвер Р.М. и др. Беременность, осложненная антифосфолипидным синдромом: исходы при внутривенной иммуноглобулиновой терапии. Obstet Gynecol.1999; 93: 437–41,4 49. Скотт Дж. Р., Бранч Д. В., Коченур Н. К. и др. Внутривенное лечение иммуноглобулином беременных с повторной потерей беременности, вызванной антифосфолипидными антителами и резус-иммунизацией. Am J Obstet Gynecol. 1988; 159: 1055–1056. 50. Wapner RJ, Cowchock FS, Shapiro SS. Успешное лечение двух женщин с антифосфолипидными антителами и устойчивые потери беременности с помощью внутривенных инфузий иммуноглобулина. Am J Obstet Gynecol. 1989; 161: 1271–1272.51. Spinnato JA, Clark AL, Pierangeli SS, et al. Внутривенная иммуноглобулиновая терапия антифосфолипидного синдрома при беременности. Am J Obstet Gynecol. 1995; 172: 690–694. 52. Branch DW, Peaceman AM, Druzin M, et al. Многоцентровое плацебо-контролируемое пилотное исследование внутривенного иммуноглобулина для лечения антифосфолипидного синдрома во время беременности. Группа изучения потери беременности. Am J Obstet Gynecol. 2000; 182: 122–127. 53. Друзин М.Л., Локшин М., Эдершейм Т.Г. и др.Мониторинг плода во втором триместре и преждевременные роды при беременности с системной красной волчанкой и / или циркулирующим антикоагулянтом. Am J Obstet Gynecol. 1987; 157: 1503–1510. 54. Сильвер Р.М., Дрейпер М.Л., Скотт Дж. Р. и др. Клинические последствия антифосфолипидных антител: историческое когортное исследование. Obstet Gynecol. 1994; 83: 372–377. 55. Khamashta MA, Cuadrado MJ, Mujic F, et al. Лечение тромбоза при синдроме антифосфолипидных антител [см. Комментарии].N Engl J Med. 1995; 332: 993–997. 56. Kutteh WH. Рецидивирующая потеря беременности, связанная с антифосфолипидными антителами: лечение гепарином и низкими дозами аспирина превосходит лечение только низкими дозами аспирина. Am J Obstet Gynecol. 1996; 174: 1584–1589. 57. Паттисон Н.С., Чемли Л.В., Бердсол М. и др. Имеет ли аспирин роль в улучшении исхода беременности у женщин с антифосфолипидным синдромом? Рандомизированное контролируемое исследование. Am J Obstet Gynecol. 2000; 183: 1008–1012. 58.Branch DW, Silver R, Pierangeli S и др. Антифосфолипидные антитела, отличные от волчаночного антикоагулянта и антикардиолипиновых антител, у женщин с повторяющейся потерей беременности, контроля фертильности и антифосфолипидного синдрома [см. Комментарии]. Obstet Gynecol. 1997; 89: 549–555. 59. Йетман Д.Л., Куттех WH. Панели антифосфолипидных антител и повторная потеря беременности: преобладание антикардиолипиновых антител по сравнению с другими антифосфолипидными антителами. Fertil Steril. 1996; 66: 540–546.

ВОЗ EMRO | Исход беременности у женщин с антифосфолипидным синдромом, получавших низкие дозы аспирина и гепарина: ретроспективное исследование | Том 16, выпуск 3

PDF версия

Т. Нару, 1 Р.С. Хан 1 и Р. Али 1

نتائج الحمل لدى المصابات بمتلازمة مضادات الفوسفولبيد اللاتي يعالجن بجرعة منة الحمل لدى المصابات بمتلازمة مضادات الفوسفولبيد اللاتي يعالجن بجرعة منة منالجن بجرعة منخفضة ملحمل لدى

طاهرة ناور, روزيلا صديقة خان, رحمت علي
الخلاصة: هذه دراسة استعادية لسجلات المستشفى لتحليل نتائج الحمل بعد معالجتين مختلفتين للحوامل المصابات بإسقاط حديث التشخيص مع متلازمة مضادات الفوسفولبيد في الحمل المشار إليه.وقد شملت الدراسة 64 امرأة ، تلقت 35 منهن الأسبرين والهيبارين. وقد اعتبر من المضاعفات التي تصيب الأمهات والأجنة كل من ارتفاع ضغط الدم المحرض بالحمل, والخداج, ونقص النمو داخل الرحم, وموت الوليد. ولم يكن ناك اختلافات يُعْتَدُّ بها إحصائياً في المضاعفات عند الأمهات أو ناء الحمل لدى المجموتت. وبالمقابل هناك اختلافات يعتد بها إحصائيا في المستويات الوسطية للمضادات من البروتينات المناعية جي للكارديوليبين. وقد ان عطاء الأسبرين لوحده أو بالتشارك مع الهيبارين ذي نجاعة)

РЕФЕРАТ : В этом ретроспективном обзоре больничных карт был проанализирован исход беременности с 2 различными видами лечения для женщин с повторным невынашиванием беременности с диагнозом антифосфолипидный синдром в индексной беременности. Из 64 женщин 29 получали аспирин и 35 — аспирин плюс гепарин. Вызванная беременностью гипертензия, недоношенность, задержка внутриутробного развития и неонатальная смерть рассматривались как осложнения для матери и плода. Существенных различий в антенатальных и материнских осложнениях между группами не было.Однако были значительные различия в средних уровнях антикардиолипиновых антител IgG. Аспирин отдельно или в комбинации с гепарином был одинаково эффективен у женщин с антифосфолипидным синдромом и повторным выкидышем.

Issue de la grossesse de femmes pésentant un Syndrome des anticorps antiphospholipides traité par l’aspirine à faible dos et par l’héparine: une étude rétrospective
RÉSUMÉ: Cétésé la érésésé la rétrosédés grossesse chez des femmes ayant fait des fausses couches à repétition, chez lesquelles un синдром антикорпоративных антифосфолипидов, эта диагностика и qui ont reçu deux traitements différents.Sur 64 femmes, 29 d’entre elles avaient reçu de l’aspirine, tandis que 35 étaient traitées avec de l’aspirine et de l’héparine. L’hypertension Induite par la grossesse, la prématurité, les retards de croissance intra-utérine и les décès néonatals onté considérés com des осложнения maternelles et foetales. Aucune различие значимых вступлений в осложнения prenatales et maternelles n’a été constatée entre les deux groupes. Соответствующий, важные различия в наблюдениях за другими антикардиолипиновыми IgG.L’aspirine seule possible la même efficacité que l’aspirine associée à l’héparine chez les femmes présentant un синдром антикорпоративных антифосфолипидов и что он делает fait des fausses couches à répétition.


1 Кафедра акушерства и гинекологии, Университет Ага Хана, Карачи, Пакистан (Переписка с Р.С. Ханом: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра ).
Поступила: 07.08.07; принята: 09/12/07

EMHJ, 2010, 16 (3): 308-312

Введение

Синдром антифосфолипидных антител (APS) — это заболевание, характеризующееся наличием средних и высоких уровней волчаночных антикоагулянтных антител (LAC) и антикардиолипиновых антител (aCL) — так называемых антифосфолипидных антител (aPL).APS был впервые описан в начале 1980-х годов у пациентов с системной красной волчанкой [1,2] и называется первичным APS, когда он встречается у здоровых людей [3]. APS связан с артериальным и венозным тромбозом, а также с потерей беременности на ранних сроках и гибелью плода на поздних сроках беременности [1–4]. В то время как тромбоз плаценты и инфаркт являются частыми проявлениями внутриутробной гибели плода, связанной с aPL [4], тромбоз не является универсальным признаком, и искались альтернативные механизмы потери беременности [5,6].

Проспективные клинические исследования подтвердили, что aPL являются факторами риска потери беременности как у пациенток с системной красной волчанкой [5], так и у здоровых первородящих женщин [7]. У женщин, у которых в анамнезе было 3 или более выкидышей подряд, стойкие положительные тесты на aPL были обнаружены у 15%, и в этих случаях частота последующей потери плода составляла до 60–90% без специального лечения [8, 9]. aPL также связаны с высокой частотой преэклампсии, задержки внутриутробного развития (IUGR), дистресса плода и преждевременных родов [10,11].

В ряде исследований оценивалась эффективность лечения низкими дозами аспирина, преднизолона, нефракционированного низкомолекулярного гепарина и совсем недавно внутривенного гаммаглобулина, по отдельности или в различных комбинациях. Однако результаты не согласуются [12,13]. В 2 рандомизированных контролируемых исследованиях было продемонстрировано, что низкие дозы аспирина в сочетании с гепарином приводят к значительному улучшению показателей живорождений [14,15].

Это исследование было направлено на определение исхода беременности у женщин с АФС и повторным невынашиванием беременности, получавших только аспирин или аспирин в сочетании с гепарином во время индексной беременности.

Методы

Образец и установка

Это исследование проводилось в больнице Университета Ага Хана в Карачи, Пакистан, в отделении третичной медицинской помощи, в котором в среднем проводится 3500 родов в год. Специальная амбулаторная служба обслуживает акушерскую помощь с высоким риском, ранние осложнения беременности и обследования, включая ультразвуковые допплерографии в отделении матери и плода. Медперсонал проводит регулярные дородовые консультации, а также проводит обучение пациентов самостоятельным инъекциям.

Критериями включения в исследование были женщины, которые перенесли 2 или более случаев внутриутробной смерти в 1-м или 2-м триместре или не менее 1 внутриутробной смерти или неонатальной смерти и 1 из следующих лабораторных данных до или во время индексной беременности: aCL> 5 GPL [IgG фосфолипидные единицы] или> 5 MPL [фосфолипидные единицы IgM].

Сбор данных

Исследование представляло собой ретроспективный анализ женщин, добровольно выбравших разные методы лечения. С января 1994 г. по декабрь 2003 г. данные были получены из системы индексации и кодирования данных, основанной на Международной классификации болезней, 9-е издание.Из 84 идентифицированных женщин 20 были исключены из-за неполной документации, а остальные 64 женщины были разделены на 2 группы: группа A (n = 29) получала аспирин в низких дозах (75 мг один раз в день перорально), а группа B (n = 35). ) получали аспирин (75 мг один раз в день перорально) плюс гепарин (5000 МЕ подкожно два раза в день) (группа B) во время первой беременности. Группа пациентов, получавших только аспирин, была группой пациентов, которые отказались от гепарина, поскольку инъекции были для них неприемлемы. Аспирин начинали с начала беременности либо после положительного теста на беременность, либо при наличии сердечной деятельности на УЗИ до 34-й недели гестации, в то время как в группе B гепарин начинали во 2-м триместре и продолжали до 36-й недели. беременность.

Большинство женщин были обследованы до беременности, когда они обращались в клинику для консультации по поводу более чем двух случаев потери беременности (внутриутробная и / или неонатальная смерть). В течение 1 триместра женщины наблюдались раз в две недели на предмет гипертонии и тромбоцитопении. Мониторинг плода начинался с 24–26 недель с ежемесячным сканированием роста до родов. Двухнедельное сканирование выполнялось при подозрении на тяжелое раннее начало ЗВУР вместе с допплеровскими исследованиями пупочной артерии. Сроки родов оценивались индивидуально на основании текущего и прошлого акушерского анамнеза и появления осложнений, напримерграмм. преэклампсия, ЗВУР или аномальные результаты Доплера. Женщинам, у которых срок беременности достиг 37 полных недель, было произведено плановое кесарево сечение или роды. У женщин, получавших гепарин во время беременности, лечение применяли до конца пребывания в больнице, а аспирин в низких дозах продолжали до 6–8 недель после родов.

Анализ

Данные были проанализированы с помощью SPSS, версия 10. Независимые выборочные t-тесты использовались для сравнения потерь беременности в 1-м, 2-м и 3-м триместрах, неонатальной смертности и статуса aPL.Для установления связи между возрастом матери, сроком беременности, массой тела при рождении, статусом aPL и исходом беременности использовались критерии хи-квадрат и точные тесты Фишера. A P — значение

Результаты

Всего в исследование были включены 64 женщины с АФС и повторным невынашиванием беременности: 29 женщин в группе А принимали только низкие дозы аспирина, а 35 женщин в группе В получали низкие дозы аспирина плюс гепарин. Таблицы 1 и 2 показывают демографические данные и статус антифосфолипидных антител у женщин.Не было значительных различий между группами по возрасту матери, количеству невынашиваемых беременностей в 1, 2 и 3 триместрах и неонатальной смертности.

Таблица 1 Возраст и характеристики беременности у женщин, получавших аспирин или аспирин плюс гепарин ( n = 64)

Наблюдалась значительная разница в средних концентрациях титров aCL IgG между группой A и группой B [8,88 (SD 7,17) ) GPL по сравнению с 15,88 (стандартное отклонение 13,77) GPL] ( P = 0,016) (таблица 2).Средние концентрации титров aCL IgM достоверно не различались между группами [10,73 (стандартное отклонение 7,19) MPL против 12,30 (стандартное отклонение 7,61) MPL] ( P = 0,403).

Таблица 2 Уровни антифосфолипидных антител у женщин, получавших аспирин или аспирин плюс гепарин ( n = 64)

Не было значительных различий между группами A и B в частоте преэклампсии [6/29 (20,7%) против 10/35 (28,6%)], преждевременных родов [9/29 (31,0%) против 12/35 (34,3%)] и IUGR [5/29 (17.2%) против 8/35 (22,9%)] (таблица 3).

Средний гестационный возраст и масса новорожденного при рождении существенно не различались между группами; средний гестационный возраст на момент родов в группах A и B составлял 35,9 (SD 4,1) месяцев и 35,6 (SD 3,6) месяцев соответственно. Средний вес при рождении в группах A и B составлял 2,47 (SD 0,85) кг и 2,36 (SD 0,77) кг соответственно. Было 6 неонатальных смертей (20,7%) в группе А и 3 (8,3%) в группе Б. Один ребенок в группе А умер от врожденного порока сердца (Таблица 3).Ни у одной из женщин не развилось тромбоэмболическое или цереброваскулярное событие.

Таблица 3 Исходы для матери и плода индексных беременностей у женщин, получавших аспирин или аспирин плюс гепарин

Обсуждение

APS широко признан фактором риска многочисленных акушерских осложнений, включая повторный выкидыш, IUGR, преэклампсию, гибель плода и преждевременные роды. С момента своего первоначального описания APS стал самой важной излечимой причиной повторного выкидыша [2].Распространенность aPL при повторном невынашивании беременности составляет приблизительно 15,5% [9,16]. Риск последующего невынашивания беременности у женщин с APL и предыдущей потерей беременности неизвестен, но, вероятно, превышает 60% [10].

Были использованы различные схемы лечения, как отдельные агенты, так и комбинации, чтобы улучшить низкий уровень живорождений среди этих женщин, при этом число живорождений составляло от 30% до 100% беременностей [1]. Однако лечение беременных aPL-положительных женщин для улучшения исхода беременности остается полностью эмпирическим.Недостаток данных крупных хорошо спланированных исследований различных вариантов ведения в сопоставимых группах беременных женщин с этим сложным заболеванием усложняет формулирование рекомендаций по ведению таких беременностей. Подход основан на наблюдательных исследованиях, личных знаниях и мнениях других людей, имеющих опыт работы с такими женщинами.

В нашем исследовании изучались женщины с АФС с индексной беременностью, получавшие только аспирин или одновременно аспирин и гепарин.Анализ данных не выявил каких-либо статистически значимых различий между группами лечения с точки зрения коэффициента живорождения или частоты антенатальных осложнений. Преждевременные роды были у 31,0% женщин в группе A по сравнению с 34,3% в группе B, в то время как 17,2% и 22,9% женщин перенесли ЗВУР в группах A и B соответственно. Точно так же тяжелая преэклампсия наблюдалась у 20,7% и 28,6% женщин соответственно. Эти результаты сопоставимы с международными данными [11,12,16,17].

Stone et al. проанализировали исходы беременностей после введения стандартного протокола у 33 пациенток с АФС и достигли уровня живорождений 91% у женщин с первичным АФС даже у тех, у кого была значительная заболеваемость прошлой беременностью с тромбозом или без него. На исход индексной беременности больше всего повлиял исход прошлой беременности [18]. Бранч и Хамашта указали, что лечение АФС должно быть индивидуальным и соответствовать предыдущим осложнениям беременности [19].

Проспективное исследование aPL-положительных беременных женщин, у которых было по крайней мере 3 спонтанных последовательных выкидыша, зафиксировало 44% живорождений у женщин, получавших только низкие дозы аспирина, и 80% — у женщин, получавших аспирин плюс подкожный гепарин два раза в день [14].Сравнимое исследование также показало, что аспирин уступает только аспирину с гепарином (42% против 71% живорождений) [15]. Ввиду неоднородного определения aPL в литературе, Kutteh исключил женщин с LAC [14], тогда как в исследовании Rai et al. У 80% пациентов был LAC в отсутствие aCL [15]. Между тем, Farquharson et al. обнаружили, что частота рождаемости была одинаковой в обеих группах (72% при приеме только аспирина по сравнению с 78% при добавлении гепарина к схеме лечения) [20]. Неопределенность в отношении того, всегда ли нужен гепарин, проистекает из этого неконтролируемого проспективного исследования, в котором 91% живорождений принимали только низкие дозы аспирина у aPL-положительных беременных женщин, у которых было как минимум 2 самопроизвольных аборта и только 6% живорождений в анамнезе [18].Различия в критериях включения и исключения, используемых в разных исследованиях, являются основной причиной таких противоречивых результатов [21].

Наше исследование показывает, что женщин с АФЛ и повторным невынашиванием беременности можно эффективно лечить только низкими дозами аспирина. Поскольку это исследование не включало контрольную группу, не получавшую лечения, мы не можем исключить возможность того, что другие аспекты акушерской помощи, помимо лечения как такового, повлияли на исход беременности.

Важным результатом этого исследования была статистически значимая разница в значениях IgG между группой аспирина и группой аспирина плюс гепарин (P = 0.016). Осложнения для матери и плода в 2 группах были схожими. Мы не можем исключить возможность лучшего результата в группе аспирина и гепарина из-за добавления гепарина. Постоянное присутствие IgG и IgM aCL необходимо клинически контролировать во время беременности для достижения оптимального результата. Это может иметь некоторые последствия для дальнейшего изучения и консультирования этих женщин.

Поскольку осложнения все еще возникают, а точный патогенетический механизм этих событий при APS остается неясным, необходимы дальнейшие рандомизированные исследования для определения оптимального режима ведения беременностей с APS.Среди комбинированной терапии аспирин вместе с гепарином в настоящее время является одним из лучших предлагаемых методов лечения с наименьшим количеством побочных эффектов. Необходимо учитывать возможность побочных эффектов при более продолжительной терапии гепарином и финансовые последствия для регионов с ограниченными ресурсами.

Список литературы

  1. Петри М. Патогенез и лечение синдрома антифосфолипидных антител. Медицинские клиники Северной Америки , 1997, 81: 151–77.
  2. Wilson WA et al.Заявление о международном консенсусе по предварительным критериям классификации определенного антифосфолипидного синдрома: отчет международного семинара. Артрит и ревматизм , 1999, 42: 1309–11.
  3. Ашерсон Р.А. и соавт. «Первичный» антифосфолипидный синдром: основные клинические и серологические особенности. Медицина (Балтимор), 1989, 68: 366–74.
  4. Out HJ et al. Гистопатологические данные плаценты от пациенток с внутриутробной гибелью плода и антифосфолипидными антителами. Европейский журнал акушерства и гинекологии , 1991, 41: 179–86.
  5. Di Simone N et al. Антифосфолипидные антитела регулируют экспрессию молекул адгезии клеток трофобласта. Фертильность и бесплодие , 2002, 77: 805–11.
  6. Di Simone N et al. Эффект in vitro сыворотки, содержащей антифосфолипидные антитела, на базальный и зависимый от гонадотропин-рилизинг-гормона хронический гонадотропин человека, высвобождаемый культивированными клетками трофобласта. Плацента , 1995, 16: 75–83.
  7. Love PE, Санторо, SA. Антифосфолипидные антитела: антикардиолипин и волчаночный антикоагулянт при системной красной волчанке (СКВ) и при нарушениях, не связанных с СКВ. Распространенность и клиническое значение. Анналы внутренней медицины , 1990, 112: 682–98.
  8. Lynch A et al. Антифосфолипидные антитела в прогнозировании неблагоприятного исхода беременности. Перспективное исследование. Анналы внутренней медицины , 1994, 120: 470–5.
  9. Rai RS et al. Высокая вероятность потери плода при нелеченой беременности у женщин с повторным невынашиванием и антифосфолипидными антителами. Репродукция человека, 1995, 10: 3301–4.
  10. Branch DW et al. Исход леченных беременностей у женщин с антифосфолипидным синдромом: обновленная информация об опыте Юты. Акушерство и гинекология , 1992, 80: 614–20.
  11. Lima F et al. Исследование шестидесяти беременностей у пациенток с антифосфолипидным синдромом. Клиническая и экспериментальная ревматология , 1996, 14: 131–6.
  12. Stone S, Poston L. Синдром антифосфолипидных антител во время беременности: от начала до результата. Обзор медицины плода и материнства , 2004, 15: 273–97.
  13. Empson M et al. Рецидивирующая потеря беременности с применением антифосфолипидных антител: системный обзор терапевтических испытаний. Акушерство и гинекология , 2002, 99: 135–44.
  14. Kutteh WH. Рецидивирующая потеря беременности, связанная с антифосфолипидными антителами: лечение гепарином и низкими дозами аспирина превосходит только низкие дозы аспирина. Американский журнал акушерства и гинекологии , 1996, 174: 1584–9.
  15. Rai R et al. Рандомизированное контролируемое исследование комбинации аспирина и гепарина у беременных с повторным невынашиванием беременности, связанным с антифосфолипидными антителами. Британский медицинский журнал, 1997, 314: 253–7.
  16. Backos M et al. Осложнения беременности у женщин с повторным невынашиванием, связанными с АФЛ, получавшими низкие дозы аспирина и гепарина. Британский журнал акушерства и гинекологии , 1999, 106: 102–7.
  17. Vinatier D et al.Антифосфолипидный синдром и повторные выкидыши. Европейский журнал акушерства, гинекологии и репродуктивной биологии , 2001, 96: 37–50.
  18. Stone S et al. Первичный антифосфолипидный синдром при беременности: анализ результатов в когорте из 33 женщин, получавших лечение по строгому протоколу. Журнал тромбоза и гемостаза, 2005, 3 (2): 240–2.
  19. Филиал DW, Хамаштинский МА. Антифосфолипидный синдром: акушерский диагноз, лечение и противоречия. Акушерство и гинекология , 2003, 101 (6): 1333–44.
  20. Фаркухарсон Р.Г., Квенби С., Гривз М. Антифосфолипидный синдром у беременных: рандомизированное контролируемое исследование лечения. Акушерство и гинекология , 2002, 100: 408–13.
  21. Balasch J et al. Низкие дозы аспирина для предотвращения невынашивания беременности у женщин с первичным антифосфолипидным синдромом. Репродукция человека , 1993, 8: 2234–9.

Клиническая характеристика, диагностика, патогенез и лечение

13.Кларк EA, Серебряный RM, Branch DW. Вызывают ли антифосфолипидные

антитела преэклампсию и HELLP-синдром? Curr

Rheumatol Rep 2007; 9: 219–225

14. Эшерсон Р.А., Галарса-Мальдонадо С., Санин-Блэр Дж.

HELLP-синдром, антифосфолипидные антитела и синдромы

. Clin Rheumatol 2008; 27: 1–4

15. Ле Тхи Тхуонг Д., Тиеули

´N, Costedoat N и др.

HELLP-синдром при антифосфолипидном синдроме:

ретроспективное исследование 16 случаев у 15 женщин.Ann Rheum

Dis 2005; 64: 273–278

16. Цириготис П., Манциос Г., Паппа В. и др. Синдром антифосфолипидов

: предрасполагающий фактор для раннего начала синдрома HELLP

. Rheumatol Int 2007; 28 (2): 171–174

17. Эркан Д., Тинкани А., Мерони П., Локшин М. Практика

вопросов / ответов об антифосфолипидном синдроме preg-

nancy. Представлено на: ежегодном собрании Американского колледжа ревматологии

; 6–11 ноября 2007 г .; Бостон, Массачусетс

18.Carp HJ, Shoenfeld Y. Антифосфолипидные антитела и бесплодие

. Clin Rev Allergy Immunol 2007; 32: 159–161

19. Санмарко М., Бардин Н., Камоин Л. и др. Антигенный профиль, распространенность

и клиническая значимость антифосфолипидных антител

у женщин, направленных на экстракорпоральное оплодотворение. Ann

N Y Acad Sci 2007; 1108: 457–465

20. Лонг А.А., Гинзберг Дж. С., Брилл-Эдвардс П. и др. Связь

антифосфолипидных антител с тромбоэмболической болезнью

при системной красной волчанке: поперечное исследование.

Thromb Haemost 1991; 66: 520–524

21. Петри М. Классификация и эпидемиология антифос-

фолипидного синдрома. В: Asherson RA, Cervera R, Piette JC,

Shoenfeld Y, ред. Антифосфолипидный синдром II:

Аутоиммунный тромбоз. Амстердам: Эльзевир; 2002:

11–20

22. Cervera R, Piette JC, Font J, et al. Антифосфолипидный синдром

: клинические и иммунологические проявления и

паттернов проявления заболевания в когорте из 1000 пациентов.

Arthritis Rheum 2002; 46: 1019–1027

23. Бланк М., Краузе И., Фридкин М. и др. Бактериальная индукция

аутоантител к b2 гликопротеину-I составляет

инфекционную этиологию антифосфолипидного синдрома. Дж. Клин Инвест

2002; 109: 797–804

24. Гоэль Н., Ортель Т., Бали Д. и др. Семейный синдром антифосфолипидных

антител: критерии заболевания и доказательства аутосомно-доминантного наследования

. Arthritis Rheum 1999; 42:

318–327

25.Сави М., Ферраччиоли Г.Ф., Нери Т.М. и др. Антигены HLA-DR

и антикардиолипиновые антитела у пациентов с системной

красной волчанкой в ​​Северной Италии. Arthritis Rheum 1988; 31:

1568–1570

26. Arnett FC, Thiagarajan P, Ahn C, Reveille JD. Ассоциации

аутоантител против бета2-гликопротеина I с аллелями

HLA класса II в трех этнических группах. Arthritis Rheum 1999; 42:

268–274

27. Кализ Р., Атсуми Т., Кондеатис Э. и др.Ген HLA класса II

Полиморфизм

при антифосфолипидном синдроме: анализ гаплотипа

у 83 пациентов европеоидной расы. Rheumatology 2001; 40:

31–36

28. Blank M, Cohen J, Toder V, Shoenfeld Y. Индукция антиофосфолипидного синдрома

у мышей naı

¨ve с моно-

клональными и человеческими поликлональными поликлональными волчанками. антитела. Proc

Natl Acad Sci U S A 1991; 88: 3069–3073

29. Мерони П.Л., Рибольди П. Патогенетические механизмы, опосредующие

антифосфолипидный синдром.Curr Opin Rheumatol 2001; 13:

377–382

30. Rote NS, Lyden TW, Vogt E, et al. Экспрессия

эпитопов фосфатидилсерина во время слияния трофобластной мембраны

: альтернативная гипотеза для антифосфолипидных анти-

телесных расстройств беременности. В: Dondero E,

Johnson PM, eds. Репродуктивная иммунология. Нью-Йорк:

Serono Symposia Publications, Raven Press; 1993; 97: 281–284

31. Rand JH. Опосредованное антифосфолипидными антителами нарушение

антитромботического щита аннексина-V: тромбогенный механизм

-анизма антифосфолипидного синдрома.J Autoimmun 2000;

15: 107–111

32. Ди Симоне Н., Раши Э., Тестони С. и др. Патогенная роль

антител против b2-гликопротеина I в антифосфолипидных ассоциациях

при потере плода: характеристика связывания b2-гликопротеина I с

клетками трофобласта и функциональные эффекты антител против b2-гликопротеина

I in vitro. Ann Rheum Dis 2005; 64: 462–467

33. Холерс В.М., Жирарди Г., Мо Л. и др. Активация комплемента C3

необходима для индуцированной антифосфолипидными антителами потери плода

.J Exp Med 2002; 195: 211–220

34. Girardi G, Berman J, Redecha P, et al. Рецепторы комплемента C5a

и нейтрофилы опосредуют повреждение плода при синдроме анти-

фосфолипидов. J Clin Invest 2003; 112: 1644–1654

35. Мартинес де ла Торре Y, Бураки К., Боррони Е.М. и др.

Защита от воспаления и вызванных аутоантителами

гибель плода из-за хемокинового рецептора-ловушки D6. Proc Natl

Acad Sci U S A 2007; 104: 2319–2324

36.Мерони П.Л., Ди Симоне Н., Тестони С. и др. Антифосфо-

липидные антитела как причина потери беременности. Lupus 2004; 13:

649–652

37. Венкат-Раман Н., Бакос М., Теох Т.Г. и др. Маточная артерия

Доплер в прогнозировании исхода беременности у женщин с

антифосфолипидным синдромом. Obstet Gynecol 2001; 98: 235–

242

38. Sangle S, D’Cruz DP, Hughes GR. Livedo reticularis и заболеваемость беременностью

у пациенток, отрицательных по антифосфолипидным антителам

.Ann Rheum Dis 2005; 64: 147–148

39. Локшин М.Д., Саммаритано Л.Р., Шварцман С. Валида —

критериев Саппоро для антифосфолипидного синдрома.

Arthritis Rheum 2000; 43: 440–443

40. Blank M, Shoenfeld Y. Антифосфатидилсериновые антитела

и репродуктивная недостаточность. Lupus 2004; 13: 661–665

41. Shoenfeld Y, Carp HJ, Molina V и др. Аутоантитела и

прогнозирование репродуктивной недостаточности. Am J Reprod Immunol

2006; 56: 337–344

42.Люббе В.Ф., Батлер В.С., Палмер С.Дж. и др. Выживаемость плода после подавления материнской волчанки-антикоагулянта преднизоном

.

Lancet 1983; 1: 1361–1363

43. Coomarasamy A, Honest H, Papaioannou S, et al. Аспирин

для профилактики преэклампсии у женщин с историческим риском

фактора: систематический обзор. Obstet Gynecol 2003; 101: 1319–

1332

44. Cowchock FS, Reece EA, Balaban D, et al. Повторные потери плода

, связанные с антифосфолипидными антителами: совместное рандомизированное исследование, в котором сравнивали преднизолон с лечением низкими дозами гепарина

.Am J Obstet Gynecol 1992; 166: 1318–

1323

45. Rai R, Cohen H, Dave M, et al. Рандомизированное контролируемое исследование

аспирина и аспирина плюс гепарин у беременных с

повторным выкидышем, связанным с антителами к фосфолипидам

(или антифосфолипидными антителами). BMJ 1997; 314: 253–257

46. Kutteh WH. Рецидивирующая потеря беременности, связанная с антифосфолипидными антителами

: лечение гепарином и низкими дозами аспирина

превосходит лечение только низкими дозами аспирина.Am J Obstet Gynecol

1996; 174: 1584–1589

272 СЕМИНАРА ПО ТРОМБОЗУ И ГЕМОСТАЗУ / ТОМ 34, НОМЕР 3 2008

Поддержка APS UK — Самопомощь | антифосфолипидный синдром — APS

Кирсти Бирни

Кирсти Бирни

В 2010 году у меня случился первый выкидыш, я думал, что это моя вина. Мне было 25, я только что вышла замуж и ела не лучшим образом, большую часть выходных пила, и у меня была напряженная жизнь, поэтому я похоронил все свои чувства вины и боли, улыбнулся и продолжил жизнь.

В декабре 2014 года я снова забеременела, и мы обрадовались. Но, к сожалению, наше счастье превратилось в печаль, когда в День подарков, на десятой неделе беременности, было подтверждено, что я потеряла нашего ребенка. Боль была невыносимой, а чувство вины ужасным. Я чувствовала, что подвела мужа, была неудачницей и не достойна быть мамой.

Каким-то образом мы нашли в себе силы попробовать еще раз, и в мае 2015 года мы осторожно позволили себе радоваться, когда у нас был еще один положительный тест на беременность; однако на восьмой неделе беременности наш ребенок снова погиб.

В этот момент мой терапевт направил меня для дальнейшего обследования, и, после анализа крови, я дал положительный результат на антифосфолипидные антитела, поэтому консультант разработал план моей следующей беременности. Однако к настоящему времени я был настолько обижен нашими потерями, что мы решили, что не можем попробовать еще раз, потому что я не думал, что у меня хватит сил справиться, если мы потеряем еще одного ребенка; мы решили, что счастливы только мы двое и наша собака.

Затем 2 января 2016 года произошло немыслимое: я обнаружила, что беременна !!! Наступила настоящая паника, я не мог потерять этого ребенка!

Я начала принимать аспирин, а затем, на седьмой неделе беременности, у нас было лучшее сканирование в нашей жизни: наш ребенок чувствовал себя хорошо, и мы видели, как его сердце сильно билось! Я начал с ежедневных инъекций гепарина и продолжал их, пока мне не исполнилось 32 недели.

К сожалению, в этот момент у меня развился аппендицит, и после операции родился наш драгоценный мальчик Коналл Джон Бирни, весивший всего 3 фунта 9 унций — пока он был маленьким, он был идеальным! После трех недель в детском отделении особого ухода наш маленький мальчик был дома со своей мамой и папой, и мы не можем вспомнить жизнь без него!

Коналл принес такую ​​радость и любовь в нашу жизнь, а также дал мне силу надежды на то, что чудеса действительно происходят!

Он также дал мне силы говорить о других моих младенцах, и хотя мне все еще больно, что я никогда не держал их на руках и не должен был говорить им, как сильно я их люблю, я улыбаюсь, когда думаю, что они на небесах и смотрят на всех нас .Кроме того, без них я бы никогда не сдал кровь и не обнаружил, что у меня есть антифосфолипидные антитела; следовательно, Коналла бы здесь не было.

На протяжении всего моего опыта я временами чувствовал себя безнадежным, все казалось таким негативным, поэтому было бы здорово, если люди, читающие мою историю, могут найти какую-то надежду. Это трудный путь, но оно того стоит !!!

Кэролайн Джексон

Кэролайн Джексон

У меня было два ранних выкидыша в 2008 году после более года попыток зачать ребенка.Один был в мае и один в сентябре, примерно через семь недель. Я находилась под наблюдением врачей-репродуктологов, так как у меня также был диагностирован поликистоз яичников. Я принимала лекарства от бесплодия во время выкидыша и продолжала принимать их после этого, чтобы помочь моей фертильности.

К сожалению, год спустя у меня больше не было беременностей. Я знаю, что это ужасно говорить, но я отчаянно пыталась снова забеременеть, поэтому я могла бы потерять ребенка, а затем меня могли бы направить на дополнительные анализы, но также боялась снова забеременеть, если бы я ее потеряла, если это делает любое чувство?

Врачи, которых я посещала в отделении ранней беременности, когда они сказали мне, что у меня случился выкидыш, сказали, что не могут направить меня на дальнейшие анализы, пока у меня не будет трех выкидышей подряд.Они объяснили, что выкидыши, которые у меня были, были «всего лишь одним из таких случаев», и что у меня были такие же шансы на нормальную беременность впоследствии, как и у всех остальных.

Это меня очень расстроило, так как мы с мужем чувствовали себя такими одинокими и беспомощными. Друзья и семья вокруг нас легко забеременели и рожали здоровых детей, но мы, казалось, не могли этого сделать. Только очень близкие родственники знали о нашем затруднительном положении, и я была очень рада, что мы никому не рассказали о беременностях, поскольку сказать маме и папе, что я их потеряла, было одним из самых сложных вещей, которые мне приходилось делать.

Когда я обратилась к своему врачу по бесплодию, он организовал для меня несколько анализов крови, а также назначил мне обследование яичников, чтобы повысить мою фертильность. Пришли первые результаты анализа крови, говорящие, что у меня может быть АФС, но через шесть недель анализ нужно было повторить. В октябре 2009 года мне сделали операцию сверления яичников, а в ноябре 2009 года после второго положительного анализа крови мне поставили диагноз АФС.

Я узнала, что беременна в декабре 2009 года, и сразу же начала делать ежедневные инъекции гепарина, инъекции ХГЧ (два раза в неделю), ежедневно принимать детский аспирин и должна была носить бедра с высокой степенью сжатия чулок (это было здорово зимой, но не во время летом!).

Думаю, первые четыре месяца я провела в полной панике, что потеряю ребенка. Даже после сканирования, когда мне удалось показать сильное сердцебиение ребенка и сказать, что все идет хорошо, я ждал, что все пойдет не так. Раньше я боялся пойти на сканирование: я думал, что они скажут: «Извините, миссис Джексон, нет сердцебиения», как они это делали, когда мне делали сканирование после выкидыша. Наша близкая семья не хотела слишком волноваться, никто не решался. Мы решили не выяснять, будет ли у нас мальчик или девочка, чтобы не слишком привязываться, если что-то пойдет не так.

Врачи сказали мне, что, хотя худший период беременности (первые три месяца) у меня закончился, я «еще не выбралась из леса», поскольку существует риск образования тромба и роста ребенка. затронутый. За беременностью внимательно наблюдали, и меня сканировали каждые четыре недели. Когда мне исполнилось четыре месяца, мы решили рассказать всем, если они еще не догадались, как я начинаю показывать. Во время беременности у меня не было никаких проблем, давление было очень стабильным.

Для всех было огромным облегчением, когда Хайден родился в пятницу 13 августа 2010 года (удачный день для нас!). Я продолжал делать инъекции гепарина и носить компрессионные чулки в течение шести недель после его рождения. Сейчас я не принимаю никаких лекарств и люблю каждую минуту материнства. У нас ушло много времени, чтобы получить сына, но он того стоил.

Мы также пополнили нашу семью в прошлом году, когда 3 апреля 2013 года родилась наша здоровая девочка Керис. Как только я узнала, что беременна, я снова начала делать инъекции гепарина.Беременность протекала очень хорошо, хотя она решила появиться раньше и прибыла на пять недель раньше. Не считая шестидневного пребывания в больнице, главным образом потому, что Керис нуждалась в фототерапии от желтухи, она была очень здорова. Наша семья теперь полноценна благодаря ежедневным инъекциям гепарина.

Рози Камара

Рози Камара

Когда мне было восемь лет, я страдала от сильной боли в суставах, которую регулярно связывали с болями роста.Однако примерно в десять лет мне поставили диагноз артрит.

В возрасте от 12 до 13 лет у меня начались регулярные кровотечения из носа, которые становились все более агрессивными. Я был госпитализирован, когда у меня было 14-часовое кровотечение из носа, которое чуть не убило меня, потому что количество моих тромбоцитов упало до одного (среднее количество тромбоцитов должно быть между 150-250).

Это привело к тому, что мне в 14 лет поставили диагноз ИТП — идиопатическая тромбоцитопеническая пурпура.

Из-за того, что антитела борются с моими тромбоцитами, мне поставили диагноз волчанка, и мой первый гематолог (который был не очень хорош) предложил удалить мою селезенку и сообщил, что у меня никогда не будет детей.

Указанный гематолог назначил мне стероидные препараты, когда мне было около 18 лет, чтобы стимулировать увеличение количества тромбоцитов, а с 14-18 лет меня регулярно госпитализировали. Моя семья сказала мне, что мне сделали переливание тромбоцитов, но я это помню.

Когда мне было 19, я был дома один в душе, когда у меня случился инсульт. Я потерял способность говорить, впадал в эйфорию и ужас, а инсульт продолжался в течение двух часов.

Я не знала, что происходит, но через две недели инсульт подтвердился с помощью МРТ, и мне немедленно назначили аспирин.

В последующие два месяца меня направили к новому ревматологу (по поводу артрита), и он подумал, что я страдаю заболеванием под названием APS — чем-то, о чем я никогда не слышал. Он дал мне листовку, и мне показалось, что многие симптомы подходят, но это сбивало с толку, поскольку в течение многих лет мне с уверенностью говорили, что я страдаю волчанкой.

После того, как я некоторое время принимал аспирин, гематолог решил попробовать мне варфарин. Принимая это, я не стала «терапевтом», а потом обнаружила, что беременна.

Меня сразу же направили к новому специализированному гематологу, чтобы вместе заниматься APS и беременностью. Мне делали инъекции гепарина (клексана) по 60 мг два раза в день, которые я делал сам. Беременность была естественной и успешной, хотя и пугающей во всем. Моей красивой дочке сейчас шесть лет.

После рождения моей дочери мой новый гематолог решил сделать еще одну инъекцию варфарина, но, к сожалению, мое тело не отреагировало на препарат, поэтому меня быстро вернули на ежедневные инъекции гепарина.

Спустя три года, когда был запущен ривароксабан, я посоветовал своему гематологу разрешить мне попробовать это лекарство. Он согласился, хотя ему и не понравилась эта идея, поскольку он не тестируется, как варфарин, и также не имеет противоядия, хотя над этим работают.

В течение полутора месяцев после приема мне в третий раз вернули инъекции гепарина, так как я не получал достаточного притока крови к моему мозгу, и эффект, который он оказал на мою память, был ужасным и опасным.Я регулярно забывала, где была и как куда-то добраться — например. в детскую, чтобы забрать ее.

Я снова попробовал варфарин (наряду с гепарином) с января 2017 года и, наконец, стал терапевтическим после четырех месяцев многочисленных анализов крови в неделю и тщательного наблюдения.

Когда я стал терапевтом, я смог перестать вводить гепарин и продолжить только варфарин. Однако через две недели я снова оказался в «опасной зоне», и мне пришлось возобновить прием гепарина.

Сейчас мне 27 лет, и я все еще принимаю инъекции гепарина ежедневно, но в прошлом году я заметил, что у меня появились новые симптомы.

Дэнни Ллойд

Дэнни Ллойд

Мне 44 года, и после всего, через что я прошел, моя мантра теперь:

«Все будущее находится в неопределенности; живи немедленно ».

Я действительно увлекся спортом с четырнадцати лет, когда играл в регби на школьном турнире. Это привело к интересу к силовым тренировкам, и я даже занял третье место на конкурсе Mr West Britain Contest в 1995 году. Я нацелился на большее количество соревнований, когда APS остановил меня на моем пути.

У меня были неописуемые и странные симптомы, но после постановки диагноза было обнаружено, что я перенес мини-инсульт и повреждение почек. Мне назначили антикоагулянты, но по-прежнему была утомляемость и мышечная слабость, из-за которых я был открыт для разрывов мышц, синяков и порезов.

Это положило конец бодибилдингу, но я обратил свое внимание на джиу-джитсу, а затем и дзюдо. Однако это был не лучший вид спорта для меня, поскольку лечение антикоагулянтами означало, что я был очень подвержен травмам, таким как мышечные разрывы, порезы и синяки.Вместо этого я сосредоточился на шоссейном велоспорте и пользе йоги.

Рождество 2012 года стало для меня периодом, изменившим мою жизнь. После пары очень трудных в эмоциональном плане лет я обнаружил то, что считал ошибкой, и дела пошли еще хуже.

Я лег спать в канун Нового года, проснулся около 5 утра и потерял сознание, когда я попытался встать. Я помню, как вызывали скорую помощь, которую несла вниз бригада скорой помощи, но с тех пор у меня осталось от двух до трех месяцев странных воспоминаний: другие пациенты, другие палаты, ложные воспоминания и кусочки информации, которые мне рассказали другие люди.

Я разработал наихудший сценарий для любого, у кого есть APS: катастрофический APS (CAPS). В это время меня часто перемещали из неврологического отделения, отделения интенсивной терапии, интенсивной терапии и соседней специализированной больницы. В то время уровень смертности от CAPS составлял 50%.

Я перенес инсульт, повреждение почек из-за кровотечения, кровоизлияние в надпочечники, которое привело к недостаточности надпочечников (болезнь Аддисона), а также неврологические инфекции гидроцефалии и вентрикулита, которые вызвали дальнейшее повреждение мозга.

Изначально повседневные вещи становились невозможными и часто приводили меня в ужас. Я не мог ничего сделать для себя, и мне пришлось заново учиться тому, что я считал само собой разумеющимся с детства, например, говорить и сидеть.

Мой прогресс в реабилитации был медленным и разочаровывающим, но я воспользовался своим упорным характером и сначала начал плавать. Я чувствовал себя в большей безопасности во время плавания, так как постоянно боялся упасть из-за нарушения равновесия. Затем я работал на беговой дорожке и велотренажере.

Мой вспомогательный работник поставил мне цель посетить класс спиннинга в течение нескольких месяцев. Мой баланс был и остается серьезной проблемой, но мне удалось достичь поставленной цели, и два года спустя мы оба все еще посещаем еженедельные спин-сессии.

Однако наиболее важным поворотным моментом в моей реабилитации было открытие тайцзи. Я был далек от идеи с самого начала, и помню, как сказал: «Я ни за что не делал упражнения для стариков!» Через десять минут я был впечатлен и зацепил — я наконец нашел свое призвание.Прогресс и разница в моих повседневных способностях огромны.

Я считаю, что физическая активность вернула мне жизнь, которой стоит жить. Во время госпитализации я все время жаловался, что ухаживаю за собой, хорошо питаюсь, поддерживаю форму, но это случилось со мной, так в чем был смысл. Тем не менее, я помню, как медсестра, наверное, устала от моих жалоб, сказала: «Когда-нибудь думала, что тебя, возможно, еще не было бы здесь, если бы не было?»

Теперь я верю в стоицизм, и моя личная философия заключается в том, что трудности, которые мы преодолеваем, на самом деле формируют и демонстрируют характер человека.У каждого из нас есть власть над собственным разумом, но не за пределами событий; мы должны просто определить и разделить вопросы на те, которые находятся вне нашего контроля, и те, которые у нас есть выбор.

Я понимаю, что если я смогу выжить в том, что я сделал, и прожить достойную полную жизнь, которую я веду сейчас, несмотря на мои трудности, я могу сделать практически все.

Эдди Маккей

Эдди Маккей

Меня зовут Эдвард Маккей, Эдди. В 2004 году мне исполнилось тридцать лет.Я был здоровым и здоровым непьющим / некурящим человеком, который работал в местном фонде охраны дикой природы. В декабре того же года я был прикован к постели, и мне поставили диагноз грипп. Я не помню многого из этого, потому что усталость, самая сильная боль в конечностях, которую я когда-либо испытывал, и трудности с концентрацией внимания из-за головных болей делают этот период для меня немного туманным. Примерно через неделю я снова встал на ноги, но вечером 27 января 2005 года, в течение полутора часов, моя левая нога перестала болеть, и я попал в экстренную и неотложную помощь с полным ТГВ на ноге.

Через несколько дней мне поставили диагноз: антифосфолипидный синдром.

В течение первых шести лет, не имея реального понимания того, что означает этот диагноз, я жаловался на головные боли, нарушения зрения, трудности с концентрацией и запоминанием вещей, моя левая нога, страдающая обширным ТГВ, все еще опухала и вызывала боль и общую боль и усталость, которая, кажется, бежит с головы до ног. За это время, увидев множество консультантов и не получив реальных ответов, я обнаружил веб-сайт Фонда синдрома Хьюза.Информация помогла мне сосредоточить мои вопросы на моем терапевте, и это, в свою очередь, направило меня к консультанту, знающему синдром Хьюза. Она обратилась к моим опасениям, исключив любые другие причины моих симптомов.

Трудности, с которыми я сталкиваюсь, по-прежнему делают самые простые повседневные задачи трудными в большинстве случаев и невозможными для других. Изюминкой моей истории является то, что моей матери, которой было чуть за 70, в июне этого года (2014) был поставлен диагноз синдром Хьюза, и, несмотря на семейную связь и почти идентичные симптомы, ей все же потребовалось более двух месяцев, чтобы пройти обследование. от синдрома Хьюза, который привел к серьезному тромбообразованию в легких и голове.Она постепенно примиряется с трудностями, через которые она наблюдала, как я переживаю последние девять с половиной лет, и теперь сама переживает их.

Надеюсь, моя история и история моей матери могут немного помочь и побудить любого, мужчину или женщину, как можно скорее пройти тестирование, если у них возникнут какие-либо симптомы, которые могут иметь отношение к APS.

Энн Ньюман

У меня были мигрени с детства, хотя они не считались особой проблемой, пока не признали их признаком АФС гораздо позже, когда мне наконец поставили диагноз двадцать лет назад.Поскольку в подростковом возрасте мне не верили, я чувствовал себя униженным и сбитым с толку, поэтому я делал все, что мог, чтобы отрицать или скрывать свои нарушения зрения, пока я не смог справиться в классе и мне пришлось отправиться в «лазарет» с болезненными головными болями. .

Когда мне было двадцать с небольшим, мигрени, казалось, утихли, и у меня не было причин подозревать, что меня беспокоит беременность, пока я не посетила дородовой курс. Когда я сказал группе, что не чувствую, как мой ребенок сильно двигается, акушерка, которая посещала класс, сказала «о!» И выглядела немного обеспокоенной, но не дала никаких советов.

Вскоре после этого меня положили в больницу с диагнозом тяжелая преэклампсия, и моя дочь родилась раньше срока в Уиттингтоне в Лондоне на шестимесячном сроке беременности под общим наркозом. У нее был ограниченный рост, и она весила 2 фунта и 2 унции. Я мог держать ее в одной руке, так как ее длина была от кончика моего среднего пальца до дюйма ниже моего запястья. За ней ухаживали в неонатальном отделении и выписали через шесть недель.

В следующем году, приспособившись к отцовству, мы с мужем подумали о брате или сестре для нашей дочери и были направлены в клинику для беременных с высоким риском.Присутствовал гематолог-консультант и, изучив мои симптомы, сказала мне, что не может сбрасывать со счетов дальнейшие осложнения беременности, и спросила нас, уверены ли мы, что хотим попробовать еще раз. Поскольку риск для моей дочери и меня был настолько велик, мы решили больше не рождать детей и посчитали, что нам вообще повезло иметь ребенка. Консультант взяла меня в качестве пациента в свою клинику и, официально поставив мне диагноз АФС, прописала мне аспирин. Это казалось таким простым, учитывая все предыдущие трудности, с которыми мы столкнулись как семья.

Три года спустя у меня была ТИА, которая затем вызвала судорожный припадок, и мне впоследствии прописали варфарин и противосудорожные препараты для устранения продолжающегося повреждения тромба. Мои зубы сломались в результате изъятия, были исправлены и теперь выглядят лучше, чем оригиналы! К сожалению, меня уводили с дороги, что очень раздражало, но было безопаснее для меня и всех остальных за рулем.

В последующие годы мы всей семьей решили начать оценку усыновления, но нам сказали, что нам, скорее всего, откажут на основании моего плохого здоровья.Вместо того, чтобы оспаривать это, мы, к сожалению, отказались от участия, поскольку не были так хорошо информированы, как сейчас. По правде говоря, я хотел, чтобы мы все избежали разочарования, особенно наша дочь, которая была вовлечена в процесс и подрастала.

В последние несколько лет расстройства зрения вернулись, и мне поставили диагноз «припадки частичного фокуса». И снова я не мог водить в течение года, но после того, как мое лечение изменилось и появилось достаточно таблеток, чтобы заставить меня хрипеть, я снова за рулем. Недавно мне исполнилось 58 лет, а нашей дочери 23 года, она здорова и наша радость.

Санги Патель

Санги Патель

В ноябре 2002 года меня срочно доставили в больницу Святого Томаса в Лондоне с подозрением на менингит, а через пять дней меня выписали с высокой дозой обезболивающего. Мне было двадцать лет, и мне пришлось взять отпуск из университета, потому что я просто не мог функционировать.

Мои симптомы были классическими для менингита с сильной светобоязнью, очень жесткой шеей, большой сыпью, и я искренне думал, что моя голова вот-вот взорвется!

К счастью, д-ру Грэму Хьюзу показали мои снимки, поскольку медицинский персонал был озадачен, и, в конце концов, меня вызвали в отделение волчанки в Сент-Томасе в феврале 2003 года, где меня проверили, а затем поставили диагноз АФС.

Изначально меня пробовали принимать плавикс (клопидогрель), аспирин и клексан (гепарин), но в 2004 году мне в конце концов назначили варфарин.

Все это было очень трудно понять, и, поскольку в то время я ничего не знал об APS, часть меня думала, что я внезапно проснусь, не имея этого однажды.

У меня продолжали развиваться другие заболевания, что означает, что я на протяжении всей жизни принимаю лекарства от некоторых болезней.

Изо дня в день меня это не беспокоит, но за десять лет мне стало невероятно трудно поддерживать свой INR.По общему признанию, некоторые из причин — это моя собственная вина и самоуспокоенность по поводу важности и серьезности риска, содержащегося в этом состоянии. Когда вы занимаетесь чем-то так долго, вы проходите фазы отрицания или лени, что неприемлемо, но реально.

Это было сложно, особенно зная, что я хочу ребенка, это заставляет меня волноваться, несмотря на все удивительно успешные беременности.

Некоторые методы лечения или лекарства, которые я не могу принимать для лечения других заболеваний, потому что я должен принимать варфарин, и попытки объяснить людям (немедицинским), почему и т. Д., Могут быть довольно утомительными, хотя я ценю, что люди пытаются помочь.Через некоторое время человек может стать пресыщенным, и только после того, как у меня снизится МНО и появятся неприятные симптомы, я пойму, сколько внимания мне нужно уделять.

Несмотря на эти трудности, я хочу, чтобы другие люди с APS знали, что они могут сделать все возможное, в полную силу вперед со своими мечтами и своей жизнью. У меня были очень тяжелые времена, когда мне поставили диагноз, но я добился удивительных вещей в своей жизни, несмотря на наличие АФС.

Я рад сообщить, что я по-прежнему единственная азиатская женщина, возглавляющая футбольный клуб 1-й Премьер-лиги — здесь есть недавняя статья, теперь я также являюсь международным автором, и меня только что подписало кастинговое агентство называется BInspired.

Я надеюсь, что смогу вдохновить других людей, которым только что поставили диагноз.

Энн Сумра

Энн Сумра

Мне 62 года, по профессии я детский физиотерапевт, и вплоть до 40 лет была очень активной и здоровой.

Около пятнадцати лет назад у меня ночью случилась ужасно сильная головная боль. Я принял обезболивающие и снова заснул. На следующее утро я почувствовала себя странно с правой стороны, но муж сказал, что я выгляжу нормально.Я пошел на работу, но баланс и координация были плохими.

При поступлении в больницу ничего не было найдено, хотя с тех пор моя правая сторона меня не чувствовала. Оглядываясь назад, врачи думают, что у меня в стволе мозга образовался тромб. В то время я работал на трех работах неполный рабочий день, и мне посоветовали бросить одну, что я и сделал. Я продолжала работать в школе для детей с умеренными трудностями в обучении. Я всегда чувствовал усталость, боли в суставах и мышцах, но никто не знал почему, и все мои анализы были отрицательными.

Я просто подумал, что это работа и семья. Мое равновесие и координация все еще были не очень хороши, и в некоторые дни я обнаруживал, что моя память была плохой.

В июне 2004 года, когда мне было 54 года, верхняя часть указательного пальца правой руки выглядела так, как будто на ней была инфекция. Я игнорировал это, пока через пару дней он не начал распространяться. Я пошел в отделение легких травм и был в ужасе, узнав, что это сгусток крови. Последовала поездка к пострадавшему и госпитализация на препаратах, разрушающих тромб.

Пришли анализы, которые показали, что у меня был положительный результат на антикоагулянт от волчанки, который является одним из тестов на синдром Хьюза.Мне назначили варфарин в низкой дозе, но это не улучшило мои симптомы. Постепенно я получал то, что можно описать только как «мозговой туман», потерю памяти и ужасную усталость. В то время дела в семье были трудными, и я обнаружил, что принимаю варфарин, регулярно сдаю анализы и риск кровотечения слишком велик. Мой консультант разрешил мне прекратить прием лекарства при условии, что я немедленно вернусь к нему, если у меня появятся еще какие-либо симптомы инсульта или сгустка.

Я продолжал работать, но это была борьба.Я не мог обрабатывать или писать отчеты, не мог вспоминать повседневные вещи, не мог складывать и не мог думать, как ставить цели. У меня были проблемы с общественным транспортом и вождением. Мне было трудно вспомнить, куда я собирался, почему и как туда добраться. Когда я говорил или писал о ребенке-пациенте, я не мог их вспомнить. Мне приходилось заставлять мужа ежемесячно складывать мои счета. Я сказал ему посреди слез: либо я схожу с ума, либо у меня рано начинается болезнь Альцгеймера. Усталость тоже была ужасной.Раньше мне приходилось лежать на полу в перерывах между лечением детей и часто было трудно дойти до дома. Никто не мог помочь, хотя врачи сочувственно кричали.

Наконец, в июле 2005 года я принял решение бросить работу, так как это было несправедливо по отношению к кому-либо. Поскольку я работал не по найму, у меня не было возможности отступить или получить доступ к финансам, поэтому стресс не помогал. Я не мог физически продолжать заниматься спортом, например, теннисом и т. Д., И иногда мне было трудно даже поддерживать разговор. Никто не говорил о болезни Альцгеймера, но я очень испугался и впал в депрессию.Я потерял веру в себя. Консультации помогли. Моя семья была прекрасной, но это не изменило ситуацию.

В сентябре 2006 года у меня начались визуальные симптомы, и я вернулся к своему консультанту, который настоял, чтобы я снова начал принимать варфарин. У каждого человека, принимающего варфарин, есть личная цель, известная как INR. Это мера толщины крови. Обычно целевые показатели довольно низкие, поскольку избыток варфарина может вызвать кровотечение. Когда человек впервые начинает прием варфарина, ему также часто дают гепарин, который действует быстрее, повышая уровень в крови.Я случайно поднялся до 4, и это было похоже на чудо. Однажды утром я проснулся, чувствуя себя снова нормальным. Симптомы головного мозга, усталости, потери памяти, боли в суставах и мышцах действительно уменьшились. Мой консультант согласился, что у меня может быть цель выше 4, чего я сейчас и пытаюсь достичь.

Но это все еще американские горки, пытающиеся управлять этим. Он может меняться день ото дня, в зависимости от таких вещей, как уровень стресса, диета, сон, упражнения и многое другое. Самое сложное, с чем мне приходится справляться, — это непредсказуемость.Иногда мой разум острее бритвы, а иногда — без видимой причины. Но по крайней мере сейчас я учусь регулировать темп и следить за своей диетой, у меня бывают дни, когда я снова чувствую себя нормально. Сейчас все чаще, и я испытал такое облегчение, когда обнаружил, что у меня нет Альцгеймера.

Тесты на синдром Хьюза очень простые и недорогие. Три анализа крови покажут наличие антител, и в первую очередь это может запросить терапевт.Я так рад, что у меня появился молодой регистратор, который знал, что нужно проверять, и чувствую себя очень счастливым, что я могу жить относительно нормальной жизнью.

Я надеюсь, что моя история поможет другим, у кого могут проявляться эти симптомы в относительно молодом возрасте. Пожалуйста, пройдите обследование, потому что если у вас синдром Хьюза, вам действительно могут помочь.

Вики Табретт

Вики Табретт

В июле 2011 года я только что закончил свой первый год обучения в университете, это было летом перед началом второго года обучения; Я был на Ибице в девичьем отпуске с моими друзьями, мы ели предварительные напитки в нашей квартире, выпивали несколько домашних коктейлей перед тем, как отправиться на ночлег.

Я пошел в ванную и по возвращении в комнату мне внезапно стало очень, очень жарко, мое лицо горело, потом я начал истерически смеяться, мои друзья продолжали спрашивать меня: «Вики, давай, давай, что смешно, позволь нам рассказать шутку. Но я не мог, потому что не мог говорить. Потом они поняли, что что-то не так. Я почувствовал, как мое лицо опустилось, и мне показалось, что мое тело стало очень тяжелым, очень внезапно. Я не мог говорить.

Мои друзья понятия не имели, что происходит, они вызвали врача скорой помощи, который пришел и сделал мне прививку от аллергии на случай, если это была аллергическая реакция на что-то, он даже не осмотрел меня … все решили, что если я не К утру лучше поехать в местную больницу.

На следующее утро, когда мои друзья по очереди наблюдали за мной всю ночь, мы пошли в местный медицинский центр, когда я впервые осознал, что не могу ходить, я буквально волочу ногу за собой. За завтраком я не мог держать нож и вилку, моя правая рука была полностью зажата и онемела. Я был напуган и истощен, и я даже не мог говорить, чтобы передать свой страх.

В медицинском центре доктор спросил моих друзей, что случилось, и они объяснили.Врач даже не осмотрел меня, просто сказал, что это, вероятно, отравление алкоголем, дал мне таблетки витамина B, чай с ромашкой и отправил в путь. Я провел в отпуске еще 3 дня.

Очевидно, к настоящему времени вся моя семья была проинформирована, поэтому, когда я вернулся в Великобританию, меня сразу же доставили в больницу. Меня сразу приняли на полное обследование и анализы. Это было, когда они диагностировали ишемический инсульт в левой части моего мозга, они отметили многочисленные шрамы от ТИА на обеих сторонах мозга.Анализ крови показал, что у меня первичный антифосфолипидный синдром.

Мне сразу назначили варфарин и поместили в инсультное отделение. Я был самым молодым человеком примерно на 50 лет. Я был несчастен. Моя реабилитация после инсульта началась сразу же, как и моя логопедия. Я лежал в больнице больше месяца.

Я мог бы сдаться, погряз в жалости к себе. ‘Почему я? Почему это случилось со мной? », Но я решил не делать этого и продолжил. Я вернулся в университет в сентябре, их замечательные специалисты по инвалидности разработали множество программ, чтобы мне помогали проходить каждую лекцию, включая специальный ноутбук с программами, что означало, что мне не приходилось печатать свои эссе — тип разговора и т. .Это было потрясающе, из-за всей этой поддержки мне удалось окончить учебу вместе со всем классом в 2013 году.

Я продолжал проходить курс реабилитации после инсульта, в общей сложности около 18 месяцев физиотерапии и около 6-8 месяцев логопедии. Я ушел, немного контролируя свою правую руку и мог ходить, в плохие дни я все еще хожу с палкой. У меня все еще нет абсолютно никаких ощущений в правой части тела, но ты найдешь способ адаптироваться, ты должен. Что касается побочных эффектов APS, я считаю, что они сочетаются с последствиями инсульта.

Усталость очень сильна, мне помогает установившийся распорядок, это означает, что я могу работать неполный рабочий день, что замечательно, и моя компания очень приспособлена к моим разумным изменениям.

У меня нулевой уровень витамина B, поэтому я должен вводить себе инъекции концентрированной дозы каждые 3 месяца. Я также принимаю таблетки железа, эта комбинация помогает, но не лечит. Бывают дни, когда я не могу встать с постели, я просто измучен, просто так, я научился справляться.

Мигрень — это еще кое-что, с чем мне нужно бороться. Я не нашел ничего, что помогло бы, кроме как 4-хголовая палка, охлаждающая полоска от мигрени и сон.Чем больше я испытываю стресс, тем чаще они бывают.

Феномен Рейно, это у меня действительно было много лет назад, я впервые заметил это в 2008 году, мои руки всегда были холодными, затем ноги и лицо. Мне прописали лекарство, но я обнаружил, что оно совсем не помогает, когда кровь возвращается, все еще агония, но снова то, с чем я справляюсь. Зимой я ношу перчатки, чтобы спать.

Livedo reticularis, это пятнистая сетчатая сыпь, я не обнаружил, что это проблема, кроме того, что она выглядит немного мрачной, я считаю, что она становится более заметной при изменении температуры.

Мозговой туман, спутанность сознания, потеря памяти, я часто очень запутываюсь, и моя память ужасна, мне все время приходится все записывать. Фотографии помогают, но даже тогда мне жаль, что у меня не было органических воспоминаний.

Итак, по большому счету, я управляю своей жизнью каждый день наилучшим образом.

Я влюбилась и встретила мужчину, который теперь мой муж, на втором курсе университета, он никогда не знал меня до инсульта, поэтому он понимает все, каждую причуду — и полностью поддерживает меня, да, у нас бывают трудные дни, но какой брак не т?

Мы решили, что хотим попробовать и завести ребенка, мне удалили катушку Мирены.Мы не забеременели 2 года, поэтому я пошла к врачам, они сказали, что это могло быть потому, что я так долго принимала варфарин. Так что моя антикоагулянтная клиника заменила меня на дальтапарин. Однако они посоветовали мне отменить варфарин на 3 дня и на 4-й день начать инъекции….

На третий день у меня случился сердечный приступ, у меня рядом с сердцем образовался сгусток. Поэтому мне немедленно вернули варфарин и посоветовали никогда больше его не прекращать. У меня есть шанс завести детей. Мы с мужем смирились с этим, это было тяжело, но снова то, с чем нам пришлось столкнуться.Итак, теперь у нас есть маленькая собака-спасатель по имени Гиббс, он наш ребенок.

Через некоторое время я понял, что мои месячные были очень, очень тяжелыми и болезненными. Поэтому я пошла к своему специалисту в больнице Святого Томаса, доктору Брин, она посоветовала, что если о детях определенно не может быть и речи, то есть процедура, называемая аблацией, которую я мог бы рассмотреть — она ​​направила меня в гинекологию. Я встретился с ними, мы обсудили это, и я согласился, что это стоит риска, поэтому я прошел все тесты.

При первоначальном обследовании они обнаружили что-то на моем левом яичнике, они подумали, что это киста — после МРТ они обнаружили, что это опухоль 27×16 см, и ее нужно будет удалить хирургическим путем как можно скорее.Я лечился в онкологическом центре в Гизе и Сент-Томасе, как вы понимаете, я был в ужасе. Я не только боролся с идеей потенциально заболеть раком, но и знал, что для этого им придется отказаться от варфарина. В декабре 2019 года мне сделали лапаротомию, мне удалили левый яичник, фаллопиевую трубу, опухоль и сделали абляцию одновременно. Слава богу, опухоль была доброкачественной, и я все еще выздоравливаю.

Однако это не конец моей истории, вдобавок ко всему, начиная с нескольких лет назад и до последних двух недель у меня были «инциденты» или «забавные повороты» во сне, мой муж был в ужасе и каждый раз вызывала скорую помощь, мне делали компьютерную томографию, и это был не инсульт, вызванный кровотечением; но после посещения специалиста по инсульту мне предварительно поставили диагноз комплексный абсанс, очевидно, на основании повреждений, причиненных инсультом 9 лет назад.?!

Мне пришлось отказаться от водительских прав, вернуть свой автомобиль Motability и дождаться следующей партии лекарств, чтобы контролировать их. Впереди еще один долгий путь, но я доберусь туда. Я знаю, что сделаю это, я зашел так далеко и буду продолжать, потому что я полон решимости прожить свою лучшую жизнь.

Я создал новую страницу в Instagram, чтобы давать советы и документировать свою жизнь и мое путешествие a.p.s_warrior Я хочу, чтобы было известно, что APS — это то, что у вас есть, а не то, чем вы являетесь. Это может определять ваше настроение и некоторые из ваших действий, но не ОПРЕДЕЛЯЕТ ВАС !! Удачи вам всем в ваших путешествиях xxx

Люси Томас

Люси Томас

Мне всегда казалось, что я не смогу зачать ребенка, так как у меня синдром поликистозных яичников.Мы с мужем были вместе десять лет и всегда думали, что не сможем создать собственную семью. Однако, вернувшись из Австралии, чтобы навестить нашего нового племянника, мы решили, что хотим создать семью, и планировали посетить специалиста по фертильности; Поэтому для меня стало большим и долгожданным сюрпризом, что в январе 2014 года я внезапно забеременела без какого-либо вмешательства.

У меня было кровотечение примерно на восьмой неделе, но в остальном беременность шла по плану. Затем, в июле 2014 года, на 29 неделе беременности, все изменилось.Во время обычного визита к акушерке ее беспокоил размер нашего ребенка. Меня отправили в больницу на допплерографию — мы не были готовы ко всему, что вот-вот должно было развернуться …

Несколько дней спустя у меня произошла отслойка плаценты, и было решено, что мне нужно экстренное кесарево сечение. Вызвали моего мужа, и он поспешил быть рядом со мной во время рождения нашей дочери, но после дальнейших осложнений ему сказали, что он не может оставаться в комнате.

Мне сделали общий наркоз, муж поцеловал меня в лоб, и следующее, что я помню, — это просыпаться с сестрой и мужем, смотрящими на меня.Я спросил, где Изабель. Мой муж сообщил мне, что Изабель умерла во время родов. Она родилась с весом 880 граммов, который, как мы позже узнали, был классифицирован как ребенок с низкой массой тела при рождении или технический термин: ЗВУР — ограничение внутриутробного роста.

Восстановление после операции было медленным. Мои ноги и живот опухли, и я не могла ходить пять дней. Все это время я находился в больнице, и в ближайшие дни и недели мне стало все труднее дышать и стоять прямо.У меня были боли в груди, которые быстро приписали боли от операции. Поскольку у меня никогда не было операций, я не знала, чего ожидать. Я верил, что медики знают, о чем говорят, и что через несколько дней со мной все будет в порядке. Постепенно мое состояние ухудшалось. Я чувствовал слабость и тревогу, у меня были резкие боли в груди, и я не мог идти больше, чем улитка, и не мог выпрямить спину из сгорбленного положения.

Однажды утром, через три недели после операции, я проснулся с ощущением припухлости в задней части правой ноги.Видимой припухлости не было, но что-то не так. Я пошел к своему терапевту, который в качестве меры предосторожности отправил меня в больницу, но консультант больницы очень хотел отправить меня домой — со мной все было в порядке. Однако я настаивал. Я знал, что они что-то упустили. В конце концов, он посмеялся надо мной и сказал, что сделает мне сканирование легких. Я ждал в больнице еще три дня для этого сканирования. Когда он в конце концов пришел, он подтвердил множественную двустороннюю легочную эмболию — сгустки крови в обоих легких.

Перенесемся вперед на семь месяцев, теперь мне поставили диагноз антифосфолипидный синдром (APS), и я на протяжении всей жизни принимаю антикоагулянты, что сопряжено с определенными рисками, но перевешивает риски альтернативы.Печально то, что в соответствии с действующими руководящими принципами многим людям приходится терпеть боль потери трех младенцев, прежде чем они даже будут рассмотрены для тестирования, несмотря на то, что в большинстве случаев для подтверждения диагноза достаточно простого анализа крови.

С повышением осведомленности об APS среди медицинских работников и более широкого сообщества, я надеюсь, что люди смогут распознать признаки и симптомы и положить конец ненужным страданиям, которые приходится терпеть многим семьям. Женщина с APS имеет 80% -ный шанс на успешную беременность, если она правильно диагностирована и лечится.

Нам повезло, что нас поддерживает замечательная семья и друзья — в первый день рождения Изабель они удивили нас замечательным видео, они все собрались и испекли праздничные торты — с друзьями и семьей из Австралии, Нью-Йорка, Мадрида, Вовлечены Франция и Великобритания. Более того, они тайно собирали средства в память об Изабель:

http://uk.virginmoneygiving.com/SomeoneSpecial/babyIsabelle

Бет Уиллис

Бет Уиллис

Мне было 18 лет, когда меня положили в больницу с подозрением на тромбоэмболию легочной артерии.Через неделю после инъекций гепарина меня отправили домой, сказав, что симптомы неубедительны и, вероятно, это плеврит. Мне дали обезболивающие, и никаких дальнейших анализов не проводилось. Я очень хотел продолжить обучение, поэтому больше не задавал вопросов.

Моя история болезни на тот момент показала, что я сильно страдал от железистой лихорадки в 13 лет, у меня была диагностирована болезнь Рейно, и в анамнезе были кожные высыпания в жаркую погоду, но на эти вещи не обращали внимания.

Итак, я пошел в университет только для того, чтобы рискнуть быть исключенным, потому что я все время начал терять сознание.Иногда несколько раз в неделю я терял сознание, а в остальное время мучился ужасным головокружением. Сотрясения, которые я получал, иногда были довольно сильными, и университет беспокоился о страховании, а также о проблемах со здоровьем и безопасностью, когда я был там.

Меня отправили к кардиологу, который назначил мне различные сердечные препараты, включая бета-блокаторы, которые казались странными для молодой женщины с низким кровяным давлением. Все лекарства, которые я пробовал, вызвали ужасное недомогание. Один врач даже хотел установить кардиостимулятор, но, к счастью, мои родители были категорически против этого, так как не было никаких результатов, которые показали, что с моим сердцем что-то не так.

Мне продолжало становиться хуже, я все еще терял сознание и страдал от сильного головокружения, головных болей и боли в суставах. Меня отправили к неврологу, который сказал (цитирую): «Я устал видеть этих глупых девочек с невротичными матерями, которые, вероятно, просто страдают анемией и нуждаются в красном мясе».

Излишне говорить, что я не вернулся к нему.

Каким-то образом мне удалось закончить университет, но я боролся. Я был в отчаянии и провел небольшое исследование у врача, который проводил испытания на пациентах с симптомами обморока, и мне удалось к нему обратиться.

Я был госпитализирован в Национальную неврологическую больницу на неделю, и они провели множество тестов, но все они оказались безрезультатными. Они решили, что это может быть разновидность вазовагального обморока или головокружения, и попробовали еще какое-то лекарство, от которого меня снова заболело.

Я боролся с рецидивирующим плевритом, из-за которого я не мог действовать на несколько месяцев. Трудно было поддерживать работу и отношения, и даже друзьям надоедают ваши извинения. К счастью, у меня есть близкие родственники, и я мог положиться на них, но не для молодости, когда все твои сверстники отправляются в мир.

Во время очень тяжелого эпизода плеврита меня доставили в отделение неотложной помощи, и молодой студент-врач посмотрел на мою карту и спросил, проходил ли я тест на волчанку, о которой я никогда не слышал. Были начаты анализы, которые дали положительный результат, и затем меня направили к ревматологу, который назначил мне новое лекарство.

Хотя обмороки прекратились и мое кровяное давление, казалось, улучшилось, другие мои симптомы не изменились. Это явно меня разочаровало, и я несколько раз возвращался к ревматологу с жалобами на ужасные боли в груди и одышку.Во время этого он ни разу не заказал сканирование или рентген и даже сказал мне, что я преувеличиваю, а боли в груди — это приступы паники. В очередной раз меня назвали «глупой девочкой».

Я перенес небольшой инсульт, который был ужасающим. Я начал терять чувствительность правой стороны лица, руки и правой стороны тела. К счастью, меня срочно доставили в больницу, где мне положили гепарин, и в течение нескольких дней я восстановил способность пользоваться правой стороной, и у меня не было серьезных повреждений.

Даже после этого никаких дополнительных тестов не проводилось, и я решил, что все не может оставаться прежним.

Моя семья исследовала другие больницы и обнаружила, что в больнице Святого Томаса в Лондоне есть клиника волчанки. Мне пришлось бороться с моим местным фондом первичной медицинской помощи, чтобы получить направление, и мне дважды отказывали, прежде чем они согласились позволить мне быть увиденным в Лондоне. К тому времени, когда я получил направление, я так сильно страдал от боли в груди и одышки, что не мог подняться по лестнице. Мои суставы болели, и мое головокружение было настолько сильным, что каждый день был битвой.

Врач в Сент-Томасе взглянул на меня, вызвал медсестру за инвалидной коляской и сам отвел меня в отделение неотложной помощи.Они провели сканирование VQ и обнаружили массу нескольких PE. Врач сказал мне, что он никогда не видел таких больших сгустков на сканировании пациента, которое было еще живым, — ужасно слышать.

Они сделали анализы крови, и мне поставили диагноз — высокий положительный АФС.

К сожалению, из-за задержки с диагностикой у меня возникли проблемы с легкими, с которыми всегда будет бороться. Прискорбно думать, что этого можно было избежать с помощью простого анализа крови в 18 лет или если бы кто-нибудь из врачей, лечивших меня в течение этого семилетнего периода, заметил мои симптомы.

С момента постановки диагноза я перестроил свою жизнь и справился со своими симптомами, насколько это возможно. Такие лекарства, как варфарин и стероиды, существенно изменили ситуацию, как и фантастические врачи в больнице Святого Томаса.

Встречи с другими пациентами через APS Support UK также сыграли огромную роль в том, чтобы помочь мне смириться и понять свое состояние.

Ивонн Рен

Ивонн Рен

Я получил подтверждение диагноза антифосфолипидного синдрома в больнице Святого Томаса 21 апреля 2005 года.Мне было 52 года.

Я никогда не страдала от головных болей, но у меня было несколько приступов мигрени во время каждой из двух моих беременностей в 1980-х, а затем один или два раза в год после этого.

В 2003 году, в возрасте 50 лет, я перенес один из этих приступов на работе, который привел к сильной головной боли, светобоязни, мигалкам, фрагментированному зрению, нарушению памяти, неспособности обрабатывать действия и не узнавать моих коллег.

Я думал, что у меня инсульт (я физиотерапевт, поэтому я знал предупреждающие знаки).Мои коллеги отвезли меня в местное отделение A&E, но к тому времени, когда меня осмотрели, симптомы исчезли, и меня отправили домой. Весь эпизод был списан на «стресс», так как я был в разгаре крайне неприятного развода.

Неделю спустя мне сказали, что у меня опухоль сзади на глазах после обычного осмотра, и отправили обратно в A&E. Причины не были указаны.

В этот момент один из моих самых старых и близких друзей, консультант по медицине, настоял на том, чтобы я устроил мне МРТ.Я очень не хотел, чтобы это произошло, но, слава богу, он у меня был, поскольку он выявил некоторые поражения в моем мозгу, и меня направили к неврологу. Опять же, мне очень повезло, что он знал об APS, посчитал это возможным диагнозом и направил меня к гематологу.

Наконец, через 18 месяцев после серьезного приступа «мигрени», который я испытал на работе, и после многочисленных анализов крови мне был поставлен диагноз APS. Я также начал принимать большие дозы варфарина (антикоагулянта) на всю жизнь.

Лечение антикоагулянтами проводилось в моей местной больничной клинике антикоагулянтов. Персонал всегда был замечательным и очень отзывчивым.

К сожалению, варфарин означал, что мне приходилось еженедельно посещать клинику, чтобы контролировать МНО (международное нормализованное соотношение), меру того, насколько быстро кровь будет свертываться, потому что, если доза будет неправильной, вы можете подвергнуться риску свертывания или кровотечения. .

После года приема варфарина я крупно выиграл в Бинго и купил свой собственный аппарат для мониторинга (400 фунтов стерлингов, хотя сейчас он стоит всего 300 фунтов стерлингов!), Так что я могу регулярно видеть, что такое INR, и соответственно корректировать дозу варфарина.Это полностью освобождает. Я был везде со своей машиной Coaguchek XS, зная, что могу следить за тем, что делает моя кровь! К сожалению, на действие варфарина влияет так много вещей, в том числе зеленые овощи, некоторые травы, физические нагрузки, нарушение сна, некоторые лекарства, отпускаемые по рецепту, дальние поездки и алкоголь, поэтому здорово, что я могу контролировать свою кровь без длительных визитов к врачу. клиники и скорректируйте дозы варфарина, чтобы они оставались в пределах моего терапевтического диапазона.

Когда мне впервые поставили диагноз APS, я почувствовал облегчение от того, что мои проблемы с памятью не были вызваны деменцией, но беспокоился о долгосрочных последствиях и опасностях для жизни, связанных с этим заболеванием и варфарином. Примерно в то же время мне также поставили диагноз гипотиреоз, и я чувствовал себя довольно истощенным и нездоровым, продолжая работать полный рабочий день и занимаясь разводом.

Мне потребовалось несколько лет поддержки со стороны медицинских работников, моей семьи и дорогих друзей, чтобы понять, что жизнь может быть полноценной и полноценной.

Добавить комментарий